Страница 105 из 326
Блондинка из прошлого. Блондинка, давно маячащая на горизонте. Блондинка, глядя на которую, я стремительно и бесповоротно приближаюсь к обмороку.
Осознание накатывает резко и неожиданно, будто снежная лавина. Единственный возглас в горах запускает бешенную цепную реакцию.
Ксения — Фортуна — Девочка с портрета.
Уязвимое место Мортона, панический страх Каро, козырная карта фон Вейганда.
Давным-давно стоило смекнуть что к чему, соединить паззлы головоломки, выпустить интуицию на волю. Когда все ключи к истине собираются в твоих руках, нужно оказаться полным идиотом, чтобы не использовать удобную возможность.
Загадочная незнакомка на маскараде в замке Руж сразу всколыхнула в моей памяти образ Ксении, а в якобы покойной наследнице рода Блэквеллов мне так же чудилось странное и неуловимое сходство.
Теперь понятно с кем.
Пока я напрочь позабыла об элитной шлюхе из родного городка, вдову-алкоголичку сводил с ума призрак прошлого. Вполне реальный призрак, одержимый жаждой справедливого возмездия.
Сердце стрекочет в районе пищевода, ледяная дрожь овладевает телом, немеют кончики пальцев
Невероятно, невозможно, граничит с фантастикой.
Мысль скачет точно шарик по рулетке, с тревожным цокотом ударяясь о ячейки. Уповаешь на красное или на чёрное, а выпадает зеро.
И три абсолютно разные личности сливаются в одном изображении.
***
Моим первым порывом было захлопнуть ноутбук, вскочить на ноги, а потом кабанчиком метнуться в номер. Забаррикадироваться там и без лишних свидетелей проанализировать неожиданный поворот событий.
«Big brother is watching you», (Большой брат следит за тобой,) — внутренний голос кивнул в сторону Дорика.
Пожалуй, надо удалиться более изящно, не вызывая подозрений.
— Что такое? — от пытливого взора Маши ничего не скроешь. — Тошнит, — корчу соответствующую мину, обращаюсь к горе-жениху: — I think yesterday I went too far with Bacardi. (Думаю, вчера я переборщила с Bacardi.)
— Алкоголичка, — услужливо переводит моя заклятая подруга и в конец позорит хорошую девочку перед воплощением американской мечты: — She is alcoholic. (Она алкоголичка.)
— Пойду отойду, — пакую нехитрый скарб — ноут и минералку.
— Желаю поймать весёлых Ихтиандров, — напутствует с издёвкой.
— Спасибо, — криво улыбаюсь, спешу свалить подальше.
На пути к успеху всегда приходится чем-то жертвовать. Честностью, порядочностью, кристально чистой репутацией.
Лучше официально признать проблемы с дозировкой градусов, нежели посвятить праздных наблюдателей в жуткие тайны власть имущих.
Ну а что? Действую честно и по справедливости.
Фон Вейганд сам виноват. Не желает вводить меня в курс дел? Значит, своевольно туда введусь. Не пускает в дверь? Пролезу в окно.
Внимательно изучаю периметр, оглядываюсь, маниакально ищу взором скрытые камеры. Доверяю, но проверяю. Нахожу достойное пристанище на территории неприкосновенной резиденции.
«На территории туалета», — поправляет незримый скептик и давится от смеха.
О’кей, туалета.
Какая, в сущности, разница? Место весьма уединённое, своего рода оазис для глубоких и продолжительных раздумий. Ещё воду включим в целях дополнительной конспирации — шикардос.
Отточенным движением занимаю фаянсовый трон.
— Приступим, — призываю на помощь буйное воображение, созываю консилиум. — Господа, не надо стесняться. Прошу высказываться в порядке живой очереди.
Обаятельный психолог в элегантном костюме аккуратно присаживается на край ванны, робко поправляет галстук-бабочку, выуживает пухлый блокнот из недр пиджака.
— Допустим, пугающее сходство вам попросту привиделось, — выдвигает гипотезу.
— Да, привиделось так же, как и стук в апартаментах леди Блэквелл, — заявляю иронично.
— Однако существует подобная вероятность, — высовывается из-за плеча психолога скучный теоретик, нервно теребит в руках затёртый учебник геометрии. — Доказательствами не располагаем, основываемся исключительно на предположениях.
— Зачем нам доказательства? — возмущается суетливый практик с безумными глазами, грубо расталкивает оппонентов и вырывается вперёд. — Тут вывод предельно ясен. К гадалке не ходи. Ксения похожа и на Фортуну, и на девочку с проклятого портрета. Те же черты лица, тот же разрез глаз. Открой анкету, посмотри снова. Ничего не поменялось.
Покорно вывожу ноут из спящего режима, внимательно исследую фото в профайле.
— Кхм, определённо похожа, — раздаётся осторожное покашливание откуда-то сбоку.
Оборачиваюсь и вижу бюджетную версию Шерлока Холмса. Приземистый товарищ в наряде времён викторианской эпохи нервно попыхивает трубкой, нагло сплёвывает на кафельный пол.
— Какого хрена? — возмущаюсь. — Сгоняй за пепельницей, чувак.
— А вы уверены, что на сайте размещена именно Ксения? — психолог отвлекает от кровавой расправы.
— Город проживания совпадает, аналогичная ситуация с адресом, телефон точно не вспомню, но вроде прежний, — попеременно тыкаю пальцем в соответствующие графы. — Никаких сомнений. Такие приключения не забываются. Чего стоит эксперимент с глистогонной таблеткой?.. Только странно — как это я раньше свою подружку-лесбиянку проморгала?
— Странно, что вообще заметила её среди огромного количества клиенток, — бормочет теоретик и принимается разрисовывать зеркало загадочными формулами.
— Для лучшего понимания необходимо обратиться к работам Канта, — на пороге возникает военрук, размахивает моим конспектом по философии. — За креативность поставлю вам удовлетворительно, тем не менее, на будущее…
— Хватит! — еле успеваю вытолкать незваного гостя прочь и закрыться на щеколду. — Даёшь нормальные идеи, нечего топтаться вокруг да около.
— А у них нет нормальных идей, только твои, — издевательски хихикает скептик.
— Хотите об этом поговорить? — заискивающим тоном произносит психолог.
— Проваливай, — растворяю неугодный персонаж в пространстве. — От вас, мозгоправов, что в реале, что в фантазиях — одинаково пользы нет.
— Советую найти изображение падчерицы Каро, дабы сравнить и убедиться в собственных выводах наверняка, — демонстрирует полезность детектив.
— Найдем, — обещаю сладко, махаю на прощание теоретику: — Ничего личного, ты чудесный парень. Проблема не в тебе, а во мне. Не люблю зануд.
Долго терзаю гугл вдоль и поперек, чудом обнаруживаю важную улику в блоге живого журнала. Статья а-ля «Богатые тоже плачут». Пара общих фраз о злом роке, перечень трагических смертей знаменитостей на пике славы, кое-где прикреплены изображения.
— Диана Блэквелл, наследница многомилионного состояния, погибла в автокатастрофе, — детектив озвучивает нужный абзац. — За несколько месяцев до печальных событий снялась в провокационной фотосессии для мужского журнала.
Листаю страницу ниже, чувствую, как черно-белые кадры выбивают воздух из легких.
Не просто банальное сходство в некоторых чертах. Практически точная копия.
Выглядит значительно моложе, но, судя по датам, здесь ей только семнадцать. Получается этим снимкам двадцать лет. Брюнетка, но краску для волос никто не отменял. Глаза темно-карие как на портрете, но я давно подозревала, что Ксения носит контактные линзы.
Возвращаюсь к профайлу на сайте. Год рождения отличается, число тоже, но такие детали можно подтасовать.
— Диана выжила, избежала козней Каро, переехала в Украину и начала карьеру элитной шлюхи, — формирует цепочку размышлений детектив.
— Бред, — отмахиваюсь. — С какой радости?
В наследнице рода Блэквеллов ощущается порода, природная аристократичность, доля высокомерия и цинизма. Эта девушка явно наслаждалась лучшим и выросла в роскоши, с пеленок привыкла отдавать приказы и по первому требованию получать желаемое. Она бы не стала промышлять проституцией.
И тут всплывает принципиальная разница.
Размещаю фото на экране так, чтобы мои подозреваемые оказались рядом. Плечом к плечу.