Страница 117 из 169
Дарси крепко сжал зубы и поднял над головой нож...
И тут.., перепонка в глубине правой пустой глазницы вампира вспучилась, прорвалась и на щеку его, извиваясь и пульсируя, выполз серо-голубой пальцеобразный червяк!
- Господи Иисусе! - Дарси, почти теряя сознание, упал навзничь. Манолису пришлось действовать самому. Он стрелял и стрелял в лицо Армстронга, лихорадочно нажимая на курок своего пистолета с глушителем, пока наконец и лицо, и выползший на него отвратительный червяк не превратились в одно кровавое месиво. Когда магазин пистолета опустел, Манолис выхватил из судорожно сжатых пальцев Дарси нож и отрубил вампиру голову.
Дарси отвернулся, его стало рвать, и между судорожными спазмами он сдавленно шептал, обращаясь к Манолису:
- А теперь.., мы.., должны сжечь.., это дьявольское отродье!..
***
Манолис был к этому готов. Масляные лампы, несмотря на свое великолепное оформление, отнюдь не были только декоративными. В них было налито масло, а в кухне хранилась еще целая канистра горючего. К тому моменту, когда Дарси удалось справиться со рвотой и спазматическими болями в животе, все, что осталось от Армстронга, уже вовсю пылало. Манолис стоял и смотрел на огонь, пока наконец Дарси не взял его за руку и не отвел на безопасное расстояние.
- Никогда нельзя знать наверняка, - сказал Дарси, вытирая носовым платком рот. - А вдруг внутри у него осталось нечто большее, чем этот отвратительный червь!
Но, как выяснилось, больше там ничего не осталось...
***
- Надеюсь, что вы на этом не успокоились, - сказал, выслушав их рассказ, Гарри. - Масло не могло спалить его полностью.
- Манолис раздобыл пластиковый мешок на молнии для перевозки покойников, объяснил Дарси, - и мы отвезли его в мусоросжигатель, находящийся в промышленной части города. Мы сказали, что это бездомный пес, забравшийся в сад и подохший там.
- В печах для сжигания мусора такая температура, что от его костей останется лишь пепел, он сгорит дотла, - добавил Манолис.
- Итак, мы прошли вторую кровь, - хрипло произнес Гарри, но в голосе его слышалась столь несвойственная ему ярость, что Дарси и Манолис одновременно обратили к нему удивленные взгляды, заметив которые, Гарри отвернулся. Дарси, однако, успел заметить, что глаза его печальны как никогда. И конечно же, он знал тому причину.
- Что касается Сандры, Гарри... - начал было он, пытаясь еще что-то объяснить, но Гарри не дал ему договорить.
- Вашей вины здесь нет, - сказал он. - уж если кто и виноват, так это я. Мне следовало самому убедиться, что она в безопасности и далеко от всего этого. Но сейчас мы не можем думать о ней, а я не имею права думать о ней, не должен, если хочу быть в состоянии думать о чем-либо еще. Манолис, вы уже получили ту информацию, которую ожидали?
- Огромное количество информации, - ответил грек. - Почти все, кроме того, что для нас наиболее важно.
Манолис вел машину, Дарси и Гарри расположились на заднем сиденье. Они уже подъезжали к центру Нового города, где находились апартаменты, о которых говорил Папастамос. Еще не было и шести часов вечера, но некоторые туристы, принарядившись уже отправлялись развлекаться.
- Взгляните на них, - указал Гарри, но голос его при этом остался холодным и равнодушным. - Они счастливы, они смеются и наряжаются. Весь день над их головой сияло голубое небо, они купались в голубом море. И весь мир казался им прекрасным. Им и в голову не приходит, что среди всего этого голубого цвета существуют алые нити. А если им об этом сказать - они не поверят... Расскажите мне все, что вам известно, - обратился он к Манолису.
- Лазаридис весьма успешно занимается археологией, - начал Манолис. - Он стал известен около четырех лет назад, после сделанных им нескольких успешных находок на Крите, Лесбосе и Скиросе. О том, где он жил раньше и чем занимался, сведений очень мало. Однако гражданство у него греческое и... румынское. Случай довольно странный, если не уникальный. Соответствующие службы в Афинах занимаются этим вопросом, но, - он пожал плечами, - это же Греция. На все нужно время. А у этого Лазаридиса есть весьма высокопоставленные друзья. А может быть, он просто купил себе гражданство? Если верить слухам, денег на это ему вполне хватило бы. Какие о нем ходят слухи? О, множество! Говорят, что он утаивает или продает не слишком разборчивым коллекционерам по меньшей мере половину тех сокровищ, которые ему удается найти. Говорят еще, что он.., как у вас это называется?., царь Мидас! Все, к чему он прикасается, превращается в золото. Ему достаточно лишь кинуть беглый взгляд на тот или иной остров - и он уже знает, имеются ли на нем клады. Даже сейчас его люди производят раскопки в Халки - древнем замке крестоносцев.
- Все это мне понятно, я знаю, в чем тут дело, а вам я объясню несколько позже, - кивнув головой, сказал Гарри. - Продолжайте.
Манолис свернул с оживленной улицы налево, в тихую аллею, потом снова налево - на маленькую частную стоянку для машин, располагавшуюся позади его отеля.
- Поговорим внутри, - предложил он. Комнаты были просторными и удобными. Судя по всему, хозяин отеля был чем-то обязан местной полиции, и теперь Манолис получал с него плату за долг. Во время разговора он приготовил для всех холодные напитки Для грека он слишком уж заметно потел, а когда Гарри сказал ему об этом, в ответ лишь пожал плечами.
- Я совершил преступление, - ответил он. - Я стал убийцей, и меня это очень беспокоит.
- Вы имеете в виду Армстронга? - спросил Гарри. - Да за всю свою жизнь вы не совершили ничего более стоящего!
- И все же я это сделал, и я скрыл свой поступок, мне от этого не по себе.
- Забудьте об этом! - настаивал Гарри. - Вполне возможно, вам придется вновь совершить то же самое, и, боюсь, раньше, чем вы думаете. Лучше расскажите мне еще о Лазаридисе.
Манолис кивнул головой.
- Он покупает остров, точнее даже скалу, неподалеку от Сирны. Просто удивительно! Вы бы только видели этот остров! Крохотная полоска берега и утес - вершина торчащей из моря скалы. Но он собирается построить там себе дом, прямо на широком уступе этой скалы. Когда-то там уже стояла башня, маяк, построенный еще крестоносцами. Можно только гадать, чем он собирается там заниматься. Там нет даже воды, абсолютно все придется доставлять туда морем. И он окажется там единственным живым существом!