Страница 5 из 118
— Она в безопасности, — сразу ответил Адам. — После того, что натворили мои родители, их не только заточат в Хаебраме, но и понизят до плебеев, и, скорее всего, и нас в придачу. Теперь я отверженный. На данный момент никому не будет интересно, если я женюсь на плебейке. Я люблю тебя, Сельма. Нам пришлось так долго прятаться, поэтому я хочу, чтобы о нас узнал весь мир. Сейчас маги нас любят, потому что мы вернули им их дочерей. Возможность, наконец обнародовать наши отношения, сейчас более благоприятна, чем когда-либо прежде. Мы вот-вот найдём пятый атрибут и сломим власть патрициев. Всё идёт хорошо.
— Знаю, — тихо ответила я. Адам был прав, а его оптимизм был хорошей поддержкой. Ещё никогда раньше обстоятельства так хорошо не складывались для нас, и я с радостью стала бы его женой. Но я просто не могла заставить молчать осторожный голос в голове. Он всё время формулировал мои самые глубокие страхи. — Но всё равно это не настолько безопасно. Рискованно уже даже лететь в Гондану. Морлемы могут поджидать нас там.
— Они не прилетели, когда мы приехали сюда и не прилетят, когда будем уезжать, — серьёзно заметил Адам. — Расстояние для этого слишком мало. Кроме того, они, вероятнее всего, не могут покинуть Корво. Ладислав Энде и адмирал наложили на остров защитное заклинание. Бальтазар и его Морлемы сейчас там заперты.
— Это всего лишь предположение. Мы не знаем, действительно ли они не могут покинуть остров или просто не хотят, — ответила я, наблюдая за Торином, как он старается не слушать наш разговор и с интересом разглядывает камень, который Адам пнул в скалу в нескольких метрах от нас. — Также мы не знаем, какие двери есть у Бальтазара в укрытие. Возможно, у него есть доступ к домам, о которых нам неизвестно. Избежать защитное заклинание не должно представлять для него проблемы.
— Верно, — ответил Торин, ещё внимательнее разглядывая скалу. — Однако Морлемы не могут путешествовать через двери.
— Так и есть, — подтвердил Адам. Он смотрел на Торина. — Ты, видимо, хочешь от нас избавиться?
Торин удивлённо повернулся.
— Возможно, — ответил он, и теперь на его лице появилась улыбка. — Если бы я был один, то, наверняка, смог бы вскоре уговорить господина Лилиенштейна сократить время поиска, применив немного больше магии, — он обошёл камень и уставился на лежащий рядом поменьше. Затем наклонившись вперёд и поскрёб поверхность. — Но, возможно, в этом больше нет необходимости.
— О чём ты говоришь?
Сделав несколько шагов, Адама подошёл к Торину и тоже склонился к красному камню.
— О том, что я кое-что нашёл, — торжествующе ответил Торин.
Я подошла к ним, разглядывая камни.
Торин соскрёб поверхность камня, и под ней был хорошо виден стык. Два камня были соединены вместе раствором или чем-то подобным.
— Неплохо, — одобрил Адам. — Твой дедушка превратил дом не в песок, а в камни. Мы могли бы рыться в песке ещё много лет, так ничего и не найдя.
— А камни явно лежат на поверхности, — ответила я. — Пойду позову господина Лилиенштейна.
Я уже собиралась пойти позвать его, как Торин внезапно схватил меня за руку.
— Нет, — решительно произнёс он. — Я приведу господина Лилиештейна, и вместе мы спокойно разберём эту скалу на части. Это займёт некоторое время. А вы двое немедленно отправляйтесь в Шёнефельде и взовите к совести Лоренца.
Я секунду помедлила и вопросительно посмотрела на Адама. Я ничего не имела против того, чтобы покинуть эту пустошь и вернуться домой. И теперь, когда, казалось, наша задача выполнена, мы могли уехать с чистой совестью.
Адам быстро кивнул.
— Согласна, — сказала я. — Мы едим домой, а вы продолжайте искать Звезду Комо.
Герои
Когда я вышла из туристического агентства госпожи Трудиг, в Шёнефельде царила мирная атмосфера. Солнце сияло высоко в небе, а на рыночной площади, как обычно, поздним летом, было жарко. Ким Гёрнер выставил перед «Гостинной Шёнефельде» зонтики, столы и стулья, и некоторые семьи сидели там, ели мороженное, пили кофе и разговаривали в непринужденной обстановке.
Внешне всё было в порядке. Но я видела детали, на которые люди здесь не обращали внимания: вывеска с «закрыто», уже несколько месяцев висящая на двери книжного магазина господина Лилиенштейна, серый облачный покров, нависший над массивом, который никак не хотел вписываться в ярко-голубое летнее небо. Скорее всего, Теннебоде навещали маги, и нельзя было, чтобы их заметили.
Я также узнала идущего по рыночной площади мужчину в чёрном костюме, который растерянно оглядывался по сторонам. Учитывая то, как он выглядел, он, скорее всего, только что пришёл в себя и удивлялся, как оказался здесь. С большой вероятностью, он пытался войти в палату сенаторов. Но защитное заклинание магических бюрократов ввело его в заблуждение, нашептав, что у него срочные дела на рыночной площади. Судя по его угрюмому лицу, он постепенно начинал понимать, что не сумел туда войти. Такое отчетливо заметное разочарование на его лице свидетельствовало о том, что это была не первая его попытка. Некоторое время он задумчиво стоял и смотрел на Каштановую аллею, где заканчивался Шенефельде, туда, где находилась палата сенаторов, а еще дальше в лесу располагался дом семьи Торрелов.
Казалось, он раздумывает, стоит ли сделать еще одну попытку. Но, в конце концов, осознав свое бессилие, он опустил голову и пошел к ратуше, где находилось организованное палатой сенаторов бюро по приему граждан, прямо напротив лечебных кабинетов моей бабушки.
Мне вдруг захотелось помочь ему и уговорить сосредоточиться, чтобы преодолеть барьер, возведенный палатой сенаторов. Однако я осталась стоять, так и не решившись заговорить с ним, потому что в связи с предстоящей свадьбой боялась впасть в немилость у палаты сенаторов.
То, что мы делали, по-прежнему было вне закона. Единственной причиной, придавшей нам смелости, был тот факт, что даже «Хроника Короны» назвала Адама и меня героями, и мы воспользовались моментом, чтобы наконец открыто продемонстрировать наши отношения. Сам примус был нам обязан, потому что мы освободили его дочь из лап Морлемов. Мы много лет ждали такой возможности. Это была не полная победа, так как закон все еще был против нас. Но в данный момент мы были уверены, что он не будет истолкован дословно.
В то время как мужчина в костюме вошёл в ратушу, я отвернулась и направилась в Глиняный переулок 13, где жил Лоренц, вероятно прямо сейчас погрузившейся в мир из розового плюша и тюля. Как я могла передать ему планирование нашей свадьбы и сразу после этого уехать из города?
Внезапно я усомнилась в том решении, которое приняла несколько недель назад. Но в то время я не заглядывала в будущее так далеко. Сразу после выпускного вечера я покинула Шёнефельде вместе с Адамом, отправившись на поиски Звезды Комо. Это казалось мне более важным, чем планирование и подготовка свадьбы.
Я была так сосредоточенна на этой задаче, что практически выкинула из головы, насколько хорошо или плохо Лоренц сможет справиться со своей. Как я могла быть настолько безрассудной?
— Сельма!
Вздрогнув от неожиданности, я обернулась, когда услышала позади своё имя. Но уже когда поворачивалась, я узнала позвавший меня голос.
— Лиана, — обрадовалась я, когда та уже бежал в мою сторону.
Её светлые, вьющиеся волосы разметались вокруг, и я снова заметила, что с её хрупкой фигурой и голубыми глазами она похожа на фею. Но это впечатление сразу улетучилось, когда она споткнулась, и лишь быстро отреагировав, мне удалось помочь ей избежать болезненного падения.
— Как всегда безудержная, — ухмыльнулась я, крепко обняв Лиану.
— Как хорошо, что ты наконец вернулась, — она крепко прижала меня к себе. — Разве вы не хотели оставаться в Австралии до начала следующего семестра? — Лиана отошла на шаг назад. — Но я уже догадываюсь, почему ты вернулась так рано.
Лиана осторожно огляделась по сторонам, как будто ожидала за следующим углом неприятный сюрприз.