Страница 63 из 110
Прервав их разговор, подошла Анжела. Она словно скользила по каменистой осыпи. Следом за ней подтянулись Варре и Андерсон.
- Спенсер, - возбужденно обратилась она к экстрасенсу, - у нас есть идея.
Джилл равнодушно посмотрел на девушку.
- Нумерология! - объявила она.
- Что?
- Клайборн интересовался числами, ведь так? - выпалила она на одном дыхании. - Их оккультным значением и применением?
- И что из того?
- Числа на дверях. Клайборн знал, что 666 - число зверя из Апокалипсиса.
Выражение лица Джилла Спенсера ничуть не изменилось.
- Думаю, что о числе зверя знают все.
- Но это был и его номер тоже! Номер Клайборна, - продолжала девушка. И тогда она быстро написала в пыли древнееврейскую систему нумерологии, где цифры заменяли буквы имени.
- Попробуем записать имя Милеса Клайборна, - продолжала она. - И тогда мы получим: четыре, один, три, пять, три, три, три, один, один, два, семь, два, пять, пять. Все вместе будет сорок пять. А четыре плюс пять - девять. Шесть, шесть, шесть - восемнадцать. Один плюс восемь - девять. Он и дверь имели один и тот же номер. Это была его дверь, и он не мог избежать ее. Как говорится: так было предопределено. Его номер был на этой двери. Кроме того, в различных типах нумерологии цифра девять всегда обозначает смерть... так же, как девятка пик.
Джилл кивнул. Он выглядел озадаченным. Однако Дом Дверей готовился к новому ходу, не давая экстрасенсу полностью сосредоточиться на словах девушки.
- Итак, куда же ты предлагаешь направиться дальше?
- Мы должны поработать с нашими числами, - ответила она. - И тогда мы узнаем, какая из дверей больше всего подходит... самая подходящая. Кому что требуется. Моя цифра шесть. Соответственно, моя дверь двести двадцать вторая. Двойка хорошая цифра, она символизирует мир и гармонию, спокойствие и искренность. И если она хороша для меня, она так же подойдет и всем остальным.
Джилл нахмурился.
- Слишком это легко! - сказал он. - Откуда ты все это знаешь? Я имею в виду... древнееврейскую нумерологию?
- Я всегда интересовалась нумерологией, астрологией и подобными штуками, - ответила девушка. - Просто так вышло, что лучше всего я знаю древнееврейскую систему.
Джилл кивнул.
- А какой у меня номер?
- Пять, - уверенно ответила девушка. - Я уже высчитала. Ты живешь на нервах, но ты также находчивый, жизнерадостный, многосторонний... словно этот кристалл. Ты можешь быть и сексуальным... - Варре фыркнул. - И рассудительным. Иногда ты нетактичен, но стараешься никого не обидеть. И еще: ты любишь путешествовать.
- Настоящий спаситель? - сухо поинтересовался Варре.
Джилл покосился на француза и спросил Анжелу:
- А он?
- Его цифра? - Девушка начала что-то высчитывать. - Пятьдесят один. Его цифра шестерка, как и моя. Дверь номер двести двадцать два. Но у него три имени. Три основных слагаемых характера: амбиции, гордость и, в меньшей степени, превосходство над окружающими.
Джек Тарнболл соответствовал числу тридцать восемь, которое было эквивалентно одиннадцати, или тоже двум. А Дэвид Андерсон - трем.
- Если мы серьезно отнесемся к этой теории, дверь двести двадцать два наилучший выбор, - подытожил Джилл.
- Ты что, серьезно? - с огорчением спросила Анжела.
- Да! - удивил ее Джилл. На лице его расплылась усмешка.
Андерсон и Варре не поверили своим ушам. Они смотрели на Джилла так, словно он бредил.
- Что? - вяло пробормотал Андерсон. - Вы, в самом деле верите во всю эту ерунду? Джилл, я бы хотел серьезно...
- Помолчите, - остановил министра Джилл. - Не важно, во что мы верим, главное то, во что верил Клайборн. Машина - кристалл, Дом Дверей, или как ее там, придала форму вещам согласно его мышлению, его вере. И если они сейчас прислушивается к тому, что мы думаем, во что верим...
- Двести двадцать вторая дверь, - закончил за экстрасенса Тарнболл.
Они как один повернулись и направились во тьму, обходя огромный кристалл, прошли мимо дверей 444 и 333. Вот впереди показалась дверь 222.
- Случайно не подскажешь ли, какой номер был у Джона Баннермена? спросил Джилл, когда они остановились на относительно безопасном расстоянии от кристалла.
Анжела посчитала.
- Семерка, - объявила она. - Три и пять не дробятся. Я думаю, его дверь будет семьсот семьдесят седьмая. Семерка - цифра ученого, философа, мыслителя. Люди под этой цифрой живут в уединении и держатся в стороне от остальных... Люди вроде него имеют защиту, владеют собой, а также обладают мощным интеллектом. Семерки не совсем от мира сего, и они, как правило, плохо относятся к большей части человечества.
- Знаете, а я неожиданно заинтересовался этой нумерологией! - заявил Тарнболл. Он взглянул на темный силуэт Джилла. - Итак, Баннермен у нас под цифрой семь?
Его замечание напоминало вызов. Джилл почувствовал: что-то происходит, - всего за полсекунды до того, как все случилось...
Глава тридцатая
Сит из фонов сделал несколько ошибок, совершил ряд оплошностей. Он потерял хирургический инструмент в ту ночь, когда пытался убить Спенсера Джилла. Другая ошибка заключалась в том, что он вовремя не побеспокоился по поводу этой пропажи. Сит повел себя столь равнодушно, потому что считал: ни один человек не сможет разобраться, как работает эта штука. Может, кто и догадается о ее назначении, но использовать не сможет. Однако он забыл про Джилла с его способностями. Или, быть может, в дальних уголках подсознания Сит верил в Джилла, но отогнал мысль о нем, потому что шансы на то, что Джилл сумеет разобраться с инопланетным инструментом, были астрономически малы. Как можно использовать палочку серебристого металла, к тому же с вмятиной? Даже если люди ее обнаружат, то все равно отложат находку в сторону, спрячут в какой-нибудь куче хлама, потеряют. Человеческая раса вообще неразумно использует металлы и злоупотребляет жидкостями!
Другой просчет Сита заключался в небрежности во время наблюдения за прогрессом тестируемой группы. Если бы он просматривал записи синтезатора, тогда, наверное, заметил бы, как Джилл изучал инструмент, и сумел бы все исправить. Сит знал бы, что Джилл заполучил инструмент и разобрался, как им пользоваться. Также Сит пропустил сообщение, что машина для очистки потеряла свое жало. Просмотрев записи много позже, Сит и в самом деле обнаружил эти факты. Незнание же поставило Сита в крайне невыгодное положение.