Страница 19 из 24
- Слишком много, иначе не лез бы с губами ко всем подряд, - кивнул Рик. Он не совсем понял, с чего вдруг Андреа нахмурилась и, прошипев: “Значит я теперь все подряд?”, гордо вскинула подбородок и удалилась на кухню. Удивленно хлопая глазами, Рик несколько раз прокрутил в голове весь их разговор, пока до него не дошло, что подразумевала под своими словами блондинка. Она, видимо, решила, что между Риком и Шейном что-то есть, и обиделась на последнюю реплику Граймса, хотя тот под “все подряд” имел в виду самого себя.
- Да блин, что за утро-то? - простонал он, хлопнув себя ладонью по лбу. Не успеешь выйти из одной депрессии, как уже не за горами другая из-за всех этих непоняток на пустом месте. И Шейн хорош тоже, накрутил тут любовных треугольников, пока Рик хворал, и кому теперь со всем этим разбираться?
С громким стуком распахнув дверь комнаты, содрогающейся от громоподобного храпа Шейна, Граймс уверенно подошел к другу, громко хлопая в ладоши. Уолш тут же лениво оторвал голову от подушки, пытаясь сфокусировать сонные глаза на гневном лице Рика. Когда это ему, наконец, удалось, он издал протяжный жалобный стон и накрылся с головой покрывалом.
- Нам нужно серьезно поговорить, - сдергивая тонкую ткань с мужчины, заявил Рик. - Поговорить о нас с тобой!
Но Шейн ни о чем говорить не собирался, крепкой хваткой держась за плед и перетягивая его на себя. Рик, успевший за время своей хвори сбросить пару кило, сейчас был заметно слабее соперника, так что в скором времени рухнул на Шейна, придавливая его к дивану. Решив, что так даже лучше - Уолш не сможет закрыться или отвернуться, - Граймс продолжил:
- В каком-то смысле я понимаю твои чувства, - стараясь ухватить ладонями лицо брыкающегося Шейна, вещал Рик. - Но и ты пойми, что сейчас совсем не время и не место выяснять наши отношения. У нас есть дочь, но это не делает нас…
- Че это вы тут делаете? - подозрительно поглядывая на лежащих чуть ли не в обнимку Рика и Шейна, спросил Дэрил. Судя по его дергающемуся глазу, мужик явно услышал часть монолога Рика, и теперь пытался сложить два и два, в итоге приходя к тому же выводу, что и Андреа. - Так вы че, того… самого? - опешил реднек.
- Нет! - в ужасе воскликнули Уолш и Граймс, а последний еще и добавил:- То есть, не то, что бы совсем нет, но и не да.
- Что это значит? - возмутился Шейн, скидывая с себя все еще что-то бормочущего Рика на пол.
- А, понял, - спокойно кивнул Дэрил и под изумленными взглядами копов вышел из комнаты. Что он там понял и почему так спокойно на это отреагировал, заставило Шейна и Рика на время позабыть о своей, не успевшей толком начаться, разборке и тайком проследовать за охотником, который, впрочем, ничем незаконным заниматься не собирался. Дэрил плотно позавтракал, почистил свой арбалет и даже поиграл немного с Джудит, пока Губернатор, напевая что-то на выдуманном языке, готовил для всех обед. В конце концов, ослабив бдительность, неудачливые отцы сели за стол в ожидании еды. И только когда стол был накрыт, и все взяли в руки ложки, в столовую деловой походкой вошла Андреа, сжимающая в руках какую-то кассету.
- Шейн, - громко заявила женщина. – Я думаю, ты должен знать кое-что о человеке, который находится рядом с тобой.
Шейн недоуменно вскинул брови, а Губернатор вдруг побледнел. Прежде чем кто-то успел что-либо сказать, прыткая блондинка подскочила к магнитофону и сунула в него кассету. Включив телевизор, работающий от старого генератора во дворе, Андреа нажала на кнопку воспроизведения, и на большом черном экране появилась картинка.
- Для тебя-я-я-я зомби воют за забором, для тебя-я-я-я я играю с саксофоном. Для тебя-я-я-я все эти звезды-ы-ы, будь моим, и твоим я буду тоже-е-е. – Из колонок раздался душераздирающий вой, от которого не только кровь в жилах стыла, но и волосы седели за считанные секунды. Одетые в ярко-оранжевые рубашки, выжигающие глаза, и ковбойские шляпы, на фоне заходящего солнца в необъятной пустыне Рик и Блейк пели дуэтом. Судя по их раскрасневшимся лицам и глупому смеху, оба были в стельку пьяны. Когда только успели устроить такое шоу?
И только Шейн открыл рот, чтобы спросить, что все это значит, как неожиданно парочка на экране, отбросив микрофоны в сторону, буквально набросилась друг на друга, сливаясь в жарком поцелуе. На этом съемка заканчивалась, и гордая собой Андреа выразительно посмотрела на Уолша. Тот, помолчав с минуту, разразился громким смехом на пару с Дэрилом и Мартинесом. Даже Джудит улыбалась, дергая за волосы покрасневшего до кончиков ушей Рика, который принялся бубнить, что это все монтаж и ничего подобного никогда не было. Губернатор же уткнулся носом в свою тарелку, не желая участвовать во всем этом.
Лишь когда хватающийся за больной живот Шейн объяснил Андреа, что между ним и Риком ничего нет, и никогда не было, а все, что было ночью, было не более чем случайностью, женщина тихо ойкнула. Она принялась извиняться перед Риком за то, что выставила его перед всеми таким идиотом, раскрыв их с Блейком маленькую тайну, а Граймс, вскочив с места, заявил, что они немедленно уезжают.
- Хватит с нас, - прошипел себе под нос Рик, побежав в свою комнату за вещами. Шейн с ним согласился, буркнув, что с него достаточно «голубятины всякой», а Губернатор полез обниматься с Джудит, чуть ли не рыдая и не желая расставаться с девочкой. Андреа в расстроенных чувствах собрала группе в дорогу немного еды, а Дэрил и Мартинес опять успели под шумок куда-то улизнуть. Их застукал Рик на заднем дворе дома, и то случайно, когда пытался отыскать машину.
- Каждый поцелуй о чем-нибудь говорит, - хриплым тихим голосом сказал Дэрил. – Этот означал: «Прощай».
Не говоря больше ни слова, Диксон быстрым шагом прошел мимо притаившегося за углом Рика, который наивно полагал, что после поцелуя с Уолшем его уже ничем нельзя будет удивить. Да что там поцелуй, подумаешь. Вот Дэрил, говорящий весьма красивыми словами, да еще и с мужчиной, да за спиной Кэрол, да и вообще… Эти выходные точно выдались странными.
Провожать уезжающих гостей вышли все обитатели Вудбери – даже Милтон выполз из своего подвала, быстро помахал всем рукой и снова скрылся за тяжелой дубовой дверью. Хмурый Мартинес сухо кивнул севшему за руль Дэрилу, словно бы не хлюпал носом всего десять минут назад после прощания с реднеком. Как будто и не было этой ночи и их расставания, в этот раз – навсегда. Рик даже прослезился, наблюдая за мукой в глаза Дэрила, который курил, ожидая остальных.
- Временное перемирие закончилось, - сказал Блейк на прощанье Рику. – Скоро увидимся.
Как только все уселись, автомобиль тронулся с места, оставляя позади Вудбери, всех его жителей и эти немного странные выходные, вывернувшие наизнанку секреты тех, кто сидел в салоне машины, пребывая где-то в своих мыслях…
========== Арбалет ==========
Зима медленно начинала отступать, позволяя теплым лучам солнца и весеннему настроению брать верх. И хотя до долгожданного марта оставалось еще несколько недель, жители тюрьмы уже начинали готовиться к потеплению, раздумывая, стоит ли расширять старый огород и заниматься постройками, о которых не так давно заговорил Хершел. Старик снова поднял тему об отдельном жилье для некоторых парочек, и, как и в прошлый раз, много кто был на его стороне. Те же Тайриз и Карен, которые незаметно для всех сблизились до такой степени, что теперь всюду появлялись вместе. Или Боб и Саша, в отношениях которых все пока было не столь безмятежно, но они оба стремились к чему-то большему, чем простая дружба.
Рик о своем личном доме с красивыми кустами роз под окном, маленькой светлой кухней и гостиной с мягким диваном, заваленном плюшевыми подушками, практически не думал. Подобные мысли мелькали порой в его голове, но он тут же гнал их прочь, с головой уходя в чертежи новых заборов и укреплений для тюрьмы. Не так давно ему пришло письмо из Вудбери с предупреждением о скором вторжении – Губернатор хотел, чтобы враг был подготовлен к бою, как надо, ибо воевать с теми, у кого и оружие-то не заряжено, было слишком скучно. И потому Граймс вовсю корпел над рисунками, воображая себя вторым Да Винчи в попытке изобрести гигантских размеров арбалет, стреляющий бомбами. О том, где вообще взять эти бомбы, мужчина даже не думал. Гораздо интереснее было наблюдать за тем, как загораются глаза Диксона при виде чертежа арбалета, в разы превышающего в размере тот, который он постоянно таскал с собой.