Страница 41 из 73
- Стоять! - заорал один из трёх оставшихся.
Пришлось замереть под дулом пистолета, это был «ТТ», не попрыгаешь. Один из оставшейся тройки, подскочив, зашёл со спины, дальше резкая боль в затылке, и темнота. Похоже вырубили. Опасаются, и это правильно.
Очнулся я в темноте. Было очень холодно и воняло немытыми телами, парашей, грязью и особенно свежей и застарелой кровью. Знакомый запах. Быстро осмотревшись, определил, что я в камере. Хм, а нападающие были в штатском. Я у ментов или в гостях у госбезопасности? Я вообще думал это бандиты, решил поиграть и оказался тут. Широкие нары и полтора десятка человек в камере, все спят. Мест на нарах не хватает, трое на соломе на полу, я четвёртый. На мне галифе, исподнее, и всё. Сапог нет, ноги босые, фуражка, френч и остальное отсутствует. Избит, и сильно, похоже долго вымещали злость над бессознательным телом. Лицо практически в кровавую кашу превратили. Это всё поправимо, но лечить я ничего не стал. То, что не военные тут замешены, это ясно, вот и будем на это давить, пусть разбираются кто посмел. Слегка убрал температуру, и подлечил воспаление рваной раны на руке, не знаю откуда она взялась, а то могло заражение начаться. Остальное выглядит страшно, но не критично.
Похоже снаружи уже ночь, серьёзно меня приголубили. Думаю, Шапошников там уже ищет со всеми собаками. Будем ждать. Было холодно, поэтому я слегка прибавил температуру тела, чтобы не дрожать, ничего из одежды доставать не стал, поэтому решил уснуть. Как-то не спалось, поэтому стал изучить диаграмму показаний диагностики. Колено ещё разбили, сволочи, то-то так болит. В остальном критичного мало, колено, рана на затылке, чуть череп не проломили, рваная рана, ну и ушибы внутренних органов. Похоже били те, кто уверен, что ответа не получат. Вот я бы так не был уверен, мстить всегда нужно. Ну или если кто слово «месть» не любит, есть его полный синоним, кинуть ответку. Закончив изучать результаты диагностики, я стал вспоминать момент, когда меня брали. Взор работал, и кто где находился я знал. А ведь оперативников я за жильцов принял и их гостей. То, что управдом был в курсе, это ясно, те трое из его квартиры появились, значит он навёл. Чую у нас будет новый управдом. О нет, никакой заявы. Просто вышел человек и пропал. Наверное, бандиты зарезали, а тело спрятали. Никто не узнает, что с ним стало. Потом, а пока спать. Нужно сил набираться.
Однако не дали, Взор показал, как к нам спускаются трое, и остановились у нашей камеры. Хотя их тут было с десяток, но заняты едва половина и все занятые были переполнены. Видимо такое воздействие на умы сидельцев, психологический прессинг. В замочной скважине ржаво заскрежетал ключ. Многие из моих сокамерников на этот звук зашевелились. Один остался у двери, а двое других, подхватив на руки одного из сокамерников, тот был изрядно бит, и как я понял эта тройка собиралась продолжить начатое, понесли его к выходу. Дверь захлопнулась и снова всё замерло. Сокамерники шушукаясь вскоре начали снова засыпать. Мой сон пропал и возвращаться не хотел, видимо времени было достаточно, пока я был без сознания, чтобы отдохнуть. Поэтому активировав опцию «Дальнее ухо», стал подслушивать что наверху творится. Здание было двухэтажное, это точно не Лубянка и подслушав дежурного по отделу, что отвечал на звонок, я понял, что нахожусь в районном отделении города Москвы. Причём район не мой, где моя квартира находилась, а совершенно другой, хотя и соседний.
Наверху был дежурный и четверо сотрудников милиции. Один в кабинете на втором этаже что-то писал, а те трое что забрали сокамерника, его я не считаю, занимались зарядкой. По-моему, буцкающие звуки доносились и досюда. Один сидел за столом и смотрел, двое били. Тот что смотрел, время от времени советовал что-то подписать, но неизвестный отказывался. Мужик, крепкий оказался. Вообще я думал милиция тут нормальная, а беспредел подобный на Лубянке творят, однако увиденное, мигом развеяло иллюзию о хороших сотрудниках милиции. Надо быть реалистом. Нет, возможно днём, в светлое время суток — это нормальный отдел, с нормальными сотрудниками, но по ночам явно филиал ада. А вообще странный этот арест, я военнослужащий, мы военные вообще вне их юрисдикции, если только я кого не убил, и меня застали над трупом, да и то должны передать военной прокуратуре. Что-то тут не связывается.
Тут тот неизвестный, что что-то писал, с бумагами спустился в дежурку, где дежурный принимал срочную телефонограмму. Вот что я услышал:
- Товарищ старший лейтенант, тут срочный запрос, поднимать отдел, начать поиски и патрулирование улиц. Срочно разыскивается военнослужащий, техник-интендант первого ранга Гусаров. О нахождении немедленно доложить. Пропал в городе Москва. Идут широкомасштабные поиски, привлечены все силы, включая столичный гарнизон.
- Обзвони всех, у кого есть телефоны, отправь посыльных к остальным. Что мне тебя учить действовать по стандартным процедурам? Машину за начальством не забудь услать… Погоди, Гусаров? Что-то знакомое… Посмотри в журнале, не доставляли ли некоего Гусарова. Кажется, он в форме был.
- Не знаю, товарищ старший лейтенант, это до меня было, я вечером на дежурство заступил… Точно, есть такой. Доставлен опергруппой Ларина. Написано, что задержан по подозрению в убийстве, тут без подробностей, при задержании нанёс тяжёлые травмы двум сотрудникам.
- Поработали над ним серьёзно, там мясо, а не человек. Похоже Ларин был уверен, что проблем с ним не будет, списали… Ну что смотришь, сержант, звони начальству, пусть сам решает.
Когда прибыл начальник, тот сокамерник всё же подписал что ему дали, забили, не выдержал. Капитан, начальник отдела, быстро всё решил. Приказал удалить все записи обо мне, меня самого обработать под жертву банального ограбления, со смертельным исходом, а тело выкинуть как можно дальше, не в их районе. Мою судьбу решили пятеро, остальные не в курсе. Нет, я всё понимаю, за место и должность держатся, но такой беспредел разве можно творить? Сдал бы своего старшего опера и всех делов, так нет, решил прикрыть его. Да и Ларин этот, аура знакомая, один из той тройки, тот что в меня целился, был с ним солидарен. На Ларина всё и взвалили, чтобы сделал со мной что задумано. Отреагировал я мгновенно, пробежался и всех сокамерников отправил в Хранилище. Потом натянул комбинезон танкиста, шлемофон, лицо материей замотал, на ноги ботинки, вооружился, за ремень засунул два «Парабеллума», в руках «МП-40», на ремне подсумки. Так что, когда дверь открылась, и в помещение вошёл Ларин с тремя подчинёнными, я не думал ни секунду, автомат забился в руках, очередями полосуя бандитов в форме. Добив подранков, я выскочил наружу и рванул наверх. Там выстрелы слышали, уже бежали к оружейке, некоторые доставали табельное оружие, что при них было. Поднявшись по лестнице, я заминировал дверь толовой шашкой, переждав взрыв внизу, после чего снова поднявшись, швырнул две «лимонки» за угол, где готовились к штурму шесть милиционеров, тут их много собралось вызванных по тревоге, потом выскочил и добил подранков, и начал зачищать кабинеты один за другим. Взор здорово помогал, пустые кабинеты я не брал, и всегда сначала кидал по две гранаты, а после разрывов добивал. Шансов у местных не было никаких. Пленных я не брал, только того сокамерника, который лежал в углу кабинета в луже крови, убрал в Хранилище, он ещё жив был.
Второй этаж я штурмовать не стал. Выскочив на улицу, расстрелял двух сотрудников милиции в форме, что бежали к зданию, наповал оба, и стал из «МГ» расстреливать окна на втором этаже, потом в те кабинеты где были люди, закидывал противотанковые гранаты. От их разрывов здание дрожало, я серьёзно думал, что оно сложиться как карточный домик. Ну вот, в живых остались только сидельцы в остальных камерах, до которых, если честно, дела мне не было. Дальше достал «БА-10», и погнал к своему дому. Во дворе моей машины не было, что я там припарковал перед арестом. Чужаков тоже. Если меня и искали, то тут все розыскные мероприятия закончили. Там одним ударом ноги выбил дверь в квартиру управдома, вырубил его жену, а самого, крепко связав, вытащил на улицу, руки привязал к арматуре что торчала из стены, раньше тут труба водостока крепилась, а ноги к крюку бронемашины. После этого газанул, и дёрнул, разорвав урода пополам. Точнее руки оторвались, но и так неплохо. Я был очень на него зол. Отвязал, бросив на месте, и погнал прочь. Стараясь двигаться по тем улицам где не было поисковых групп, Взор их показывал. А на тёмной улице высвободил сокамерников, сложив на тротуаре, многие начали просыпаться, и покатил к больнице. Там всё убрал, оставшись окровавленных галифе и нательной рубахе, и добредя до крыльца больницы, обычная городская, лёг на новенькие носилки, накрывшись белой простынёй, предварительно постучав в двери. Рядом лежало тело того мужика, которого избивали в кабинете, он в тяжёлом состоянии был, и ему требовалась срочная медицинская помощь. А здание милиции ярко полыхало, там пожарные работали, так что его дело точно сгорело.