Страница 12 из 74
— Это не похоже на лекарство, — если Конли хочет, чтобы Тео оставался болен, и хочет использовать его как заложника, я клянусь, я сейчас же отправлюсь за мечом.
Вместо этого Конли становится серьезным, и, вероятно, искренним.
— Маргарет, это лучшее, что у нас есть. Если бы я мог быстро излечивать от последствий приема Ночного Вора, ты бы мне не понадобилась, не правда ли? Но это лечение даст ему возможность выздороветь. Он будет принимать медикамент, и, в конечном итоге, иммунная система его тела должна позаботиться об остальном.
Должна. И все равно, я верю, что он говорит правду, потому что я правда была бы ему не нужна, если бы у него было лекарство.
И даже более откровенно Конли говорит:
— И в главном офисе, я так же дам тебе координаты последнего осколка души Пола, вселенной, где ты снова сможешь собрать его. Там не будет поручений, та вселенная не доставляет мне неприятностей. Ты сможешь просто пойти, забрать пола и привести его домой. Хорошо звучит?
Я представляю, как пробуждаю Пола, держу его в объятиях и говорю, что никогда его не отпущу. Мне это нужно даже больше, чем Конли может подумать, больше, чем я когда-нибудь позволю ему осознать.
— Это звучит… необходимо.
И вот опять та усмешка.
— Это значит да?
Однажды, я заставлю Ватта Конли пожалеть, что он связался с нами, но сейчас я должна ему подыграть.
— Да. Теперь дай мне то, что нужно, чтобы сделать работу.
Он вытягивает руки, жестом показывая на каменные стены и горящие факелы.
— Я дам тебе данные, но мне нужно немного более утонченное окружение, чем это. Вернемся на твою родную землю? Я смогу передать первые координаты оттуда.
Он имеет в виду моё измерение. Я с облегчением слышу его предложение. Мама и папа заслуживают того, чтобы узнать, что происходит. Сейчас они уже, наверное, сходят с ума.
— Ладно.
Конли вынимает собственную Жар-птицу из-под воротника тоги. Жар-птица со замысловатым орнаментом и тускло-бронзовым цветом выглядит… загадочно. Больше антиквариатом, чем передовой технологией. Кажется, она скорее принадлежит этому измерению, чем нашему.
— Пройдем?
— Я хочу попрощаться с Полом. С этим Полом.
— Ты так сентиментально относишься к дубликатам, — говорит Конли, тряся головой. — Но я не буду дразнить тебя из-за этого другой я ведет себя точно так же.
Это определенно не то поведение, которое я видела в Конли из нашего мира, но неважно.
— Кроме того, тебе нужно отдать приказ о защите моих родителей. От обвинений в «колдовстве». Так?
— Ох, правда! — он склоняет голову на сторону. — Я сейчас же поговорю с Её Святейшеством. Папа Марта Третья. Сплетни говорят, что рядом с ней Борджиа — просто дети, — начиная двигаться к выходу, Конли добавляет: — Послушай, когда-нибудь, когда ты примиришься с этим и мы уже будем долгое время работать вместе, ты и я вспомним это и посмеемся.
Я не удостаиваю это ответом. Вместо этого, я хочу, чтобы он ушел, и потому буду искать Отца Пола.
Как я и догадывалась, он ждал. Пол стоит на коленях в маленькой комнате, которая оказывается отдельной молитвенной. Фреска с изображением Иисуса, воскрешающего Лазаря, покрывает одну стену. Перспектива сломана и лица стилизованы, и рисунок тоже выглядит более ранним, чем эпоха Ренессанса. Они еще не открыли заново техники древнего мира, и эта цивилизация всё еще выползает из Средних веков. Мигающий свет исходит от горстки сальных свечей в железных подсвечниках. Пол, Отец Пол, молится, но, когда я вхожу, он быстро бормочет что-то на латыни, крестится и поворачивается ко мне.
— Всё хорошо? Кардинал позаботится о твоей семье?
— Я надеюсь, — в комнате нет скамеек, только подставки для того, чтобы преклонять колени. Поэтом я тоже встаю на колени рядом с ним, это единственный способ быть достаточно близко.
Пол бросает взгляд на дверь, без сомнения волнуется, что нас увидят.
— Ты можешь попросить здесь убежища. С сестрами ты будешь в безопасности, пока твои родители не будут под защитой кардинала.
Монахини? Я проведу ночь в монастыре? У Маргарет из этого мира совсем недостаточно развлечений.
Однако, она будет рядом со своим Полом. Этого достаточно. Всё, чего я хочу — это быть рядом с моим.
Я подношу руку к лицу Пола и провожу пальцами по его щеке. Он резко вдыхает. Они хотя бы целовались? Пол нерешительно накрывает мою руку своей, так что я держу в ладони его лицо. Если бы я поцеловала его сейчас, он бы не сопротивлялся. Он бы поцеловал меня в ответ так страстно, что… ну, эта комната бы сгорела.
Но я украла первую и единственную ночь Великой Княжны Маргариты с лейтенантом Марковым. Я больше не буду ничего красть. Каждая я должна прожить эти моменты сама.
— Всё будет хорошо, — говорю я, больше себе, чем ему. — Ты и я — мы что-нибудь придумаем.
— Наш путь нелегок.
Старомодные, элегантные фразы Пола напоминают мне лейтенанта Маркова, и это в первую очередь напоминает мне как я влюбилась в Пола, и я больше не могу этого выносить. Мне нужно домой, путь к спасению души Пола начался.
— Путь непрост, — говорю я. — Но мы пройдем его вместе.
Это правда в каждом мире, везде. Мне нужно поверить в это.
Я беру свою Жар-птицу и Жар-птицу Пола, обе висят вокруг моей шеи, и одна из них несет осколок души Пола, и прыгаю домой.
Я полностью ожидала, что мои родители начнут сходить с ума из-за того, что сделал Ватт Конли, и из-за сделки, которую мы подписали. Чего я не ожидала — это бесповоротного запрета идти.
— Папа… — я отвела волосу назад обеими руками, пытаясь успокоиться. — Ты знаешь, что у нас нет другого выбора.
— Мы этого не знаем, — настаивает папа. — Нам нужно по меньшей мере попытаться вытащить Пола из остальных воплощений. Мы проследили его до… Вселенной Средневековья, разве нет? Так что мы придумаем как отслеживать осколки. Нам не нужны чертовы координаты Конли.
— У нас уже есть координаты, — Тео сидит на диване в рубашке в клетку и джинсах, бледная тень обычного Тео. Пластиковый больничный браслет всё еще висит у него на запястье. — Почему бы нам не использовать их?
Пакет с данными прибыл из корпорации Триада несколько часов назад, сразу после моего прибытия. Хотя мы уже видели координаты, те, которые приведут нас во второе измерение «откроются» когда я внесу данные, доказывающие, что я сделала грязную работу Конли. Каждое предательство откроет мне еще одно измерение, еще один кусочек души Пола.
Мои родители даже не хотят загружать информацию в Жар-птицу. Папа настаивает:
— Мы справимся сами.
Тео стонет:
— Ладно, Генри. Мы даже не знали, что расщепление возможно несколько дней назад. Отследить осколки в альтернативных измерениях? Придумать, как это сделать может занять месяцы.
— Или дни, — говорит мама. — Единственная причина, по которой мы не разрешили загадку, это то, что мы даже не пытались. Очевидно, наши противники в другой вселенной освоили это, если бы это было не так, у Конли в первую очередь не было бы технологии, чтобы расщепить Пола. Мы можем сделать то же что они. Нам нужно только начать.
Папа кивает, подбодрившись.
— И, если Триада смогла придумать лекарство для состояния Тео, ну, мы тоже сможем.
— Мы не врачи, Генри, — мама бросает взгляд на бутылку с Ночным Вором на полке, которую они едва ли начали изучать. — Но все равно, мы можем попытаться. Подчиниться Конли — наш последний выход.
— Это и есть последний выход! — я больше не спорю с родителями, но сейчас я чувствую, что готова закричать. — Вы не понимаете? Пола разорвали на части. Если я этого не сделаю, мы можем никогда его не вернуть. Если хотя бы одно из воплощений Пола умрет, тогда… тогда мы потеряем его навсегда.
Мамино выражение лица более сострадающее, но она все равно качает головой.
— Это риск, да. Но достаточно отдаленный, учитывая его возраст и здоровье.
Я вспоминаю лейтенанта Маркова, окровавленного и слабого, умирающего в снегах России.