Страница 41 из 102
Дом преподавателя музыки оказалось не так-то просто найти, поэтому девочка развернула карту и помогла ему выехать на проспект Буэнос-Айреса. За полосками газонов на обочинах высились многоквартирные жилые дома. Кризи остановил машину около тротуара и прошел с девочкой по траве к подъезду. Рядом с дверью находилось переговорное устройство. Позвонив, Кризи сказал, что привез Пинту, и дверь распахнулась.
- Я не долго, Кризи, не больше часа.
- Играй там похуже.
Она ему улыбнулась.
- Постараюсь.
Он вернулся в машину и стал читать газету. Из открытого окна верхнего этажа доносились слабые звуки рояля.
Через час он увидел, как входная дверь отворилась. Девочка приветливо помахала ему рукой и направилась к машине. Она была еще примерно в сорока метрах от Кризи, когда из-за угла вынырнул черный автомобиль и, въехав на обочину, оказался на газоне. Кризи увидел, что в нем сидят четверо мужчин, и тут же понял, что происходит. Быстро выскочив из машины, он выхватил пистолет. Пинта в удивлении остановилась.
- Беги, Пинта, беги! - закричал Кризи.
Автомобиль резко затормозил, перекрывая девочке путь. Задние дверцы его распахнулись, и на газон выскочили двое мужчин. Но Пинта отреагировала мгновенно - она нырнула под протянутую руку одного из них, обежала сзади черный лимузин и со всех ног бросилась бежать к своему телохранителю. Двое похитителей, вынув пистолеты, погнались за девочкой. Кризи навел пистолет, но стрелять не мог: Пинта была как раз между ними. Один из преследователей догнал Пинту, схватил ее и поволок в машину. Второй обернулся и выстрелил в Кризи, но пуля прошла выше. Кризи всадил две пули ему в грудь.
Тот, который схватил Пинту, пытался втиснуть ее на заднее сиденье, но девочка отбивалась изо всех сил, кричала и пиналась ногами. К тому времени, когда ему удалось справиться с ребенком, Кризи уже был рядом с черной машиной. Бандит повернулся и стал наводить на него свой пистолет. Кризи выстрелил ему в голову, целясь как можно выше, чтобы пуля не отрикошетила в машину. Пуля попала чуть ниже носа, выбила мозги и отбросила тело назад, прямо на распахнутую дверцу, которая под весом тела захлопнулась. Потом с переднего сиденья раздались три выстрела, и Кризи упал на землю. Колеса, провернувшись на траве, быстро уносили черный автомобиль прочь. Когда он съехал с газона на широкую ленту шоссе, Кризи услышал, как девочка выкрикнула его имя.
Он почти не мог двигаться - пули задели какой-то важный нервный узел. Было очень спокойно. Он лежал и ждал, что кто-нибудь ему поможет. Отгоняя боль, он думал только об одном: надо выжить. Он слышал, как Пинта прокричала его имя. Она не звала Кризи на помощь, увидев, что он упал, девочка кричала от боли.
Глава 9
Рядом с постелью сидела сиделка и читала книгу. После того количества наркотических и успокаивающих средств, которым его напичкали, Кризи никак не мог прийти в себя, все было, как в тумане. Над ним с двух сторон были укреплены капельницы с питательным раствором, ритмично стекавшим по прозрачным трубочкам - одна тянулась к его носу, другая уходила под повязку на правой руке.
Дверь в палату отворилась, и полицейский в форме обратился к сиделке.
- Посетитель пришел. Врач разрешил впустить только на одну минуту.
Гвидо пересек комнату, приблизился к постели.
- Кризи, ты меня слышишь?
Кивок был почти незаметен.
- Худшее уже позади. Теперь ты точно оклемаешься.
Снова чуть заметный кивок.
- Я останусь в Милане. Зайду к тебе попозже, когда ты сможешь говорить. - Гвидо повернулся к сиделке. - Вы будете с ним все время?
- Кто-нибудь будет с ним постоянно, - ответила женщина.
Гвидо поблагодарил ее и вышел из палаты.
Элио и Феличия ждали в коридоре.
- Он пришел в себя, но говорить сможет только через день-два. Пошли домой, завтра я сюда вернусь.
Врач сказал им, что, когда Кризи доставили в больницу, он был при смерти. Операцию ему сделали сразу же, быстро залатали его и заштопали. Как объяснил врач, операция эта была промежуточной. Если Кризи оправится от послеоперационного шока и восстановит силы, ему сделают еще одну, более серьезную операцию. Строить сейчас какие бы то ни было прогнозы нет смысла доктор красноречиво пожал плечами. Они распрощались и ушли.
* * *
Два дня Кризи находился между жизнью и смертью, потом стал понемногу приходить в себя. У него, должно быть, железная воля, сказал врач Гвидо. Огромная воля к жизни.
На следующий день Кризи уже мог говорить.
Первый вопрос, который он задал, был крайне лаконичным:
- Пинта?
- Сейчас ведутся переговоры, - ответил Гвидо. - Такие дела быстро не решаются.
- Мое состояние?
Гвидо подробно, со знанием дела все ему объяснил.
- Тебя ранило дважды - в живот и в правое легкое. К счастью, пули были тридцать второго калибра, иначе мы здесь не разговаривали бы. Легкое они тебе залатали, с ним скоро будет все в порядке. Рана в живот гораздо опаснее. Нужна еще одна операция, и хирург надеется, что она пройдет удачно, а он - человек опытный. В этой больнице операции после огнестрельных ранений - дело привычное.
Кризи внимательно выслушал друга и спросил:
- Двое, в которых я стрелял, умерли?
Гвидо кивнул.
- Одному ты попал в сердце. Обе пули всадил. Второму мозги вышиб. Отличные выстрелы.
Кризи покачал головой.
- Я действовал медленно, чертовски медленно!
- Они были профессионалы, - без всякого выражения сказал Гвидо.
- Да, я знаю. Кроме того, они не ожидали сопротивления. Первый сначала выстрелил в воздух, чтобы меня напугать. Если бы я действовал быстрее, можно было бы всех их прикончить. Они действовали очень небрежно.
Кризи устал, и Гвидо поднялся, чтобы уйти.
- Я съезжу в Комо, проведаю Балетто. Посмотрю, может быть, смогу им как-то помочь.
Что-то привлекло его внимание. Некоторое время он стоял и с удивлением смотрел на распятие, висевшее на шее Кризи. Заметив взгляд Гвидо, Кризи устало проговорил:
- Я расскажу тебе об этом позже.
Визит в Комо успеха не имел. Гвидо ездил туда вместе с Элио. В доме были Вико Мансутти с женой. Казалось, адвокат взял на себя все дела. Этторе был ошеломлен и подавлен случившимся. А Рика, когда они вошли в комнату, просто дрожала от ярости. К этому времени все раскрылось. Она уже знала, что Кризи был нанят за гроши, только для того, чтобы ее утихомирить. Знала она и о его пьянстве.