Страница 3 из 19
– Что ты там увидела? – с тревогой спросила Сью. – Только смотри, нашего Джонни не обижай, пожалуйста. Сколько у него будет детишек? – добавила она.
– Его возлюбленная уйдет из жизни девственницей, – тихо проговорила гадалка, не отрывая взгляда от Джонни.
– Так, значит, – разочарованно протянула Сью. – Жалко, а я уже было поверила в своих мальчика и девочку. Чтобы ты знала, нет девственницы, которая бы устояла перед Джонни. Правда, Марджери?
– У них будет большая и трагическая любовь, и я никому не пожелаю такого, мой мальчик! – тихо и грустно промолвила гадалка. Оторвав взгляд от оторопевшего Джонни, быстро ушла вглубь аллеи.
– Вообще-то, я спокойно мог обойтись без этого предсказания, – обиженно пробурчал юноша.
Совсем не ожидавшие такой развязки девушки некоторое время стояли молча, затем подхватили расстроенного парня под руки и повели домой, наперебой уверяя его не принимать близко к сердцу всю эту чушь. Но новость была сенсационной, и сдержаться было просто не в их силах.
Уже на следующий день добрая половина университета знала о девственнице, которая должна принести любимцу всего курса трагическую любовь. Ребята посмеивались, рекомендуя подать в международный розыск по причине исключительной редкости этого феномена, а в глазах девушек романтический ореол Джонни поднялся на недосягаемую высоту.
Глава 3
Софи
Шел третий год учебы в университете, когда в их группу перевели новую студентку. Звали ее Софи, она оказалась классным математиком, лучшим на всем курсе. Роста была невысокого, в больших очках, очень стеснительная и поэтому немного всех сторонилась. Девушка жила как бы в своем мире, заполненном цифрами и формулами. Хотя фигурка у нее была очень даже ничего, но добраться до этой фигурки никому из парней не удавалось. Вскоре пошел упорный слух, что Софи девственница и к ее сокровенным местам еще не прикасались ни парень, ни девушка. Это казалось непостижимым для девятнадцатилетней студентки, но, судя по ее поведению, было очень похоже на правду. Когда пошли слухи о девственности Софи, все сразу вспомнили предсказание и принялись досаждать Джонни своими прогнозами на роковое будущее. Но возникшие надежды ничем не подпитывались, и вскоре уже никто не вспоминал о словах гадалки. Так было бы и дальше, если бы не одно происшествие, случившееся через несколько месяцев после появления Софи.
Все произошло на одной из тех хмельных и бесшабашных студенческих вечеринок, без которых невозможно представить студенческие годы. Жарким весенним вечером вся группа, включая Софи, собралась на квартире у Бобби, приятеля Джонни. Праздновали Международный женский день. Софи устроилась на кресле в уголке и не принимала участия в царившей суматохе. В большой комнате появился длинный, узкий стол, который стал быстро заполняться различными закусками, бутылками шампанского и другими многообещающими напитками. Джонни, чтобы уклониться от беготни с продуктами и прочих организационных забот, объявил себя художником и на большом белом листе принялся рисовать обнаженных Адама и Еву в Эдеме. Рисовал он хорошо, поэтому рядом стали вертеться любопытствующие ценители его искусства. Решив поучаствовать в создании шедевра, они прицепили к рисунку ветку дерева с привязанными яблоками. Впрочем, яблоки долго не удержались: девушки тут же взялись делать селфи на фоне творения новоявленного маэстро, предварительно со смаком надкусив яблоко на дереве. Всеобщую атмосферу веселой суеты несколько нарушала притихшая в уголке Софи, но на нее практически никто не обращал внимания. Девушка прятала в глубине души обиду на всех и пыталась что-то разглядывать на своем планшете.
В конце концов стол быт накрыт, и веселая компания расселась за ним. Во главе стола пристроился высокий парень, которому торжественно поручили открыть первую запотевшую бутылку шампанского. И здесь обнаружилось, что он никогда этого раньше не делал. Под его неумелыми усилиями пробка с шумом отлетела, и из горлышка хлынул поток пенного и сладкого напитка. Перепуганный парнишка решил его оборвать, для чего ввинчивающими движениями большого пальца руки попытался заткнуть бутылку. Образовалась очень тонкая и длинная извивающаяся струя шампанского, которая облила всех без исключения сидящих за столом и давящихся от смеха студентов. Тоненькие блузки девушек вдруг стали мокрыми и практически прозрачными, и оказалось, что под ними одежды почти ни у кого не было.
Вечеринка стала явно приобретать эротический характер. После нескольких тостов, которые почему-то непроизвольно скатывались к особенностям сладкой, искупанной в шампанском женской красоты и страсти ее поклонников, языки окончательно развязались. Все раскрепостились, и даже Софи сконфуженно смеялась рискованным анекдотам, которые увлеченно рассказывал сосед слева, незаметно и легонько поглаживая ее колено под столом. Девушке хотелось убрать его руку, но ей все-таки было приятно от тайной ласки, и больше всего на свете хотелось стать частью этой веселой компании.
Застолье сменилось энергичными танцами, которые незаметно перешли к играм, все более насыщенным откровенной эротикой. Захмелевшая компания принялась играть на раздевание, и под смех и восторженные вопли почти все оказались полураздетыми. Наконец «королева бала», которая была избрана путем очень настойчивого самовыдвижения, впрочем, при непротивлении остальных, объявила игру, довольно бестолковую, но веселую, причем победителю должен был достаться приз – одна из девушек, которую предстояло выбрать по жребию. После жарких перепалок и бурных перипетий игры Джонни неожиданно обнаружил, что оказался ее победителем. Вскочившая Марджери принялась метать жребий, который выпал на Софи. Бедная девушка, сидевшая среди возбужденной и хохочущей толпы, вдруг с ужасом поняла, что сейчас придется отдаться этому красивому полуобнаженному и уже основательно выпившему парню, стоявшему в центре комнаты, и что ее отказ никто не примет. Таковы правила игры, и именно сейчас придется решать: с ними ли она или навсегда останется для них изгоем. Ее охватила дрожь, хмель сразу куда-то улетучился. Вдруг взволнованная девушка почувствовала, что кто-то положил на ее обнаженное плечо руку. Она оглянулась – это был Бобби. Он наклонился и тихо сказал на ухо: «Не бойся, ты сейчас можешь уйти – никто не будет в обиде». Ей ничто не мешало сейчас уйти, она это понимала. Но также было ясно, что если она уйдет, то надолго, если не навсегда, останется инородным элементом в этой такой веселой и замечательной компании. И она решилась.
Девушка встала, давая понять, что покидать вечеринку не собирается. Марджери тут же подхватила ее под локоть и завела в спальню. Потом, слегка подтолкнув Софи к креслу, пропела: «Раздевайся!» – и убежала, захлопнув за собой дверь. Софи выключила свет, сняла с себя одежду и села в кресло, подобрав ноги. Она инстинктивно постаралась прикрыться руками. Все ее существо было полно страха перед тем неведомым, что она сама выбрала, но отступать уже было поздно.
Через несколько минут она услышала, что кто-то вошел в комнату и принялся снимать брюки. Вспыхнул свет, и у двери Софи увидела полностью обнаженного Джонни. Опустив взгляд, она с ужасом увидела, что он готов лишить ее того достоинства, которым она уже в глубине души начинала тяготиться. Из ее глаз непроизвольно потекли слезы испуга, а по телу пробежала предательская дрожь.
Джонни глянул на обнаженную девушку и вдруг увидел в ней до смерти перепуганного маленького ребенка с глазами, полными слез. Весь пьяный кураж сразу куда-то улетучился, жалость к девушке вытеснила все накопившееся желание. Он улыбнулся, подошел к дрожащей Софи, взял на руки и отнес на кровать. Потом заботливо накрыл простыней, наклонился, поцеловал завиток волос у виска и тихо прошептал: «Не бойся, спи». Сам отошел к креслу, устало в нем растянулся и быстро заснул. Сквозь сон ему почудилось, что кто-то стоит рядом и гладит по голове.
Проснулся рано. В комнате он был один, укрыт простыней, а голова после вчерашних возлияний была не совсем своя. Джонни быстро оделся и вышел на кухню. Там на диване, укрывшись и обнявшись, мирно спали две девушки, а у плиты Бобби готовил себе кофе. Увидев слегка помятого приятеля, он усмехнулся, достал из холодильника банку пива и бросил Джонни. Тот, приняв холодный освежающий напиток, пришел в благодушное состояние. Одна из девушек пошевелилась, накрывавшая ее накидка сползла. Джонни хотел ее шлепнуть, но Бобби перехватил его руку.