Держу тебя

  Оленька сориентировалась мгновенно, метнулась строчить многостраничное заявление с описанием оскорблений, морального и физического ущерба, причинённого ей вовсе не по неосторожности.

  Выбрался Сергей спустя двадцать один час сорок три минуты и три удара дубинкой по хребту и рёбрам. И это был лучший из возможных сценариев. На его счастье сестрица, которой ему дали позвонить лишь утром, среагировала оперативно, поставив на уши Матвея Розенберга, его брата – владельца крупного бизнеса по продвижению М1 и ММА в России, – и чёртову дюжину адвокатов, причитающихся подобным людям.

  Оленька, после небольшой, но, по всей видимости, впечатлившей её беседы, забрала заявление, заверив, что претензий к Сергею Витальевичу не имеет. С представителем власти пришлось сложнее, неизвестно, на какие рычаги нажали Розенберги, но Серёге остаётся работать на них до скончания веков или продать обе почки.

  Не такая и дурная перспектива, и в том, и в другом случае. Всё зависело от того, сможет ли он вернуть Машу.

  Да – и он готов сдастся в пожизненное рабство, тем паче, объективно, шоколадней места для детского тренера ещё поискать нужно, а Сергею семью кормить, решать проблему зрения жёнушки. Она хоть и ретроградка, и гомофобка, но его ретроградка. Любимая. Вместе с очками, вышивками и восхитительными губами. Нет – и Серёге не нужны почки, да и жизнь не нужна, в этом городе – точно.