Отпусти... Нам нельзя

Офигеть! Я только что лапал и едва прикоснулся губами к коже этой сиротинушки. Млять. А ведь всё начиналось так хорошо. Её не было целый день, так что я мог спокойно разгуливать по дому, чтобы не натыкаться на этого скелета. И тут на тебе. Приехали! Прибыли с мамашей после апгрейда. Увидел их через окно и почему-то захотелось увидеть её ближе, посмотреть, что же там ей такого сделали, что мама так отчаянно хвасталась отцу.

Посмотрел, мля. Нет, сначала все было неплохо. До того, как она повернулась, сверкнув глазами и позволив себе мне возразить. Надо сказать, мамка постаралась на славу. Из того, что я видел вчера, ничего не осталось, Вита и одета была стильно, и волосы приобрели уже не такой мышиный оттенок. Но главное глаза. Мне захотелось взглянуть в них ближе, да и повод был. Нечего было мне огрызаться.

Подошел, угрозу кинул и  даже руку на шее сомкнул для пущей убедительности. А вот потом…

Взглянул в ее глаза, полные страха, такие чистые, без тени цинизма или расчёта. На мгновение даже подумал, что она и вправду сюда приехала от безысходности, но сразу же одёрнул себя. Да уж, глаза впечатлили, но вот…

Почувствовал её запах и крышу снесло напрочь. Рука инстинктивно отпустила шею, начав двигаться по её телу. Что я там говорил? Что она страшненькая и вообще почти дистрофик?

Я ошибся…

Она худенькая, тоненькая талия, небольшая грудь, стройные ноги и красивые руки. Млять, Денис, ты совсем дебил? Одернул себя. О чем я думаю, какие нафиг красивые руки? Твою ж мать! У меня девчонки давно не было, вот я и вспылил.

Да, точно. Решил набрать Валенсию.

— Привет, детка.

— Привет, Дэн, — промурлыкала она.

— Как делишки? — продолжал кидать ей дежурные фразы.

— Нормально. Я соскучилась.

— Я тоже. Может, встретимся у тебя? — закинул я удочку.

— Давай. Родители будут завтра, так что можешь прикатить. Персоналу скажу, что мы будем инглиш учить, — хохотнула Валенсия.

— Ок. Жди. Скоро буду.

Ну и отлично, получу разрядку, и можно будет с новыми силами приступать за унижения этой тупицы. Не успел собраться, как снова позвонили. Гудок стоял только на друга, так что взял трубку сразу.

— Привет, Дэн, ну что там? Приехала красна девица?

— Привет. Ну вот ты прям угадал. Рыжуха прибыла.

— Чё и правда рыжая?

— Ага, — хохотнул я.

— Рыжухи у меня ещё не было. Как думаешь, стоит попробовать?

— Ну попробуй. Только она ж такое страшилище, у-у-у-у,.

— Худенькая? Мне такие нравятся, — почему-то меня передернуло, представив, как он облизывается с Витой.

— Ну да, — гоготнул я. — Только я бы убил эту заразу. Святая невинность, млять.  А ещё отец её запулил к нам в гимназию, представляешь, к нам в класс, Рома.

— О, это круто. Шансов больше будет.

— Мля, ты только о сексе думаешь, что ли? Не надоело еще?

— Ты чего? Или себе её присмотрел?

— Совсем дурак, что ли? Я к Валенсии сейчас еду, да и не нравятся мне дистрофики, это у тебя на них встаёт. Всё, давай, завтра поговорим. И это, ты давай думай, как её будем выживать. У меня нет желания с ней учиться.

— Окей, подумаю. Хотя, что тут думать? Ты же знаешь, как мы новеньких выживаем, у-у-у-у-у.

— Знаю, но эту нужно по-другому, а то ещё бате нажалуется, а я потом без машины, да? Я не согласен.

— Блин, я не подумал. Ладно, я помозгую. Хорошо провести вечер, — гоготнул друг и отключился.

Я оделся и помчался к Валенсии за расслаблением.

***

До конца расслабиться так и не удалось. Нет, всё было, но как-то…пресно, что ли?

— Что с тобой, Дэн? — промурчала рядом с ухом.

— Да эта приехала, папина дочка, млять. Бесит жуть.

— Красивая? — ревниво спросила девушка.

— О, да. Рыжие, мышиные волосы и тело дистрофички. Там есть на что посмотреть, — гоготнул я.

— Фууу, правда?

— Ага, — веселился я. — А еще она будет учиться в нашем классе.

— О боже, — выдавила Валенсия. — Я её уже ненавижу. Что будем делать?

— Что?

— Ну как эту мышь выживать будем?

— Не знаю, нужно как-то мягче и чтобы я не при делах был. Батя машину обещал на восемнадцатилетие, так что мне светиться нельзя, а она в любом случае нажалуется.