Страница 17 из 29
А он в ответ окинул меня своим пронзительным взглядом и улыбнулся уголками губ. Само спокойствие. Совсем не изменился.
— Здравствуй, Мия. Вообще-то, это как раз ты меня преследуешь. Я уже собирался уходить, но если настаиваешь, немного задержусь.
— Ник. Давай начистоту. Ты здесь, чтобы снова со мной встретиться? Подстроил всё? Что тебе от меня нужно? Чего ты хочешь?! — я разозлилась не на шутку, а он в ответ лишь широко разулыбался.
— Принцесса, ты неподражаема. Я здесь, потому что меня пригласили, как члена клуба. То, что ты здесь, я заранее не знал. И вообще, только сегодня прибыл в город. Но ответь, ты, действительно, хочешь знать, что я хочу? — он сделал шаг и едва коснулся моей руки.
Снова эта предательская дрожь. Сердце, а ты марш в угол! Раз, два, три, дышим. На этот раз Никите не удастся обвести меня вокруг пальца. Ни одному его слову не верю.
— На меня больше не действуют твои интонации, — вру, конечно. С разбега хочется броситься ему на шею, но теперь я подружились с гордостью, и что более значимо, со здравым смыслом. Слезы выплаканы, страдания закопаны. Смотри, сколько хочешь. Но тоски в моих глазах ты не увидишь, она глубоко внутри, за надёжным замком.
Он, продолжал растягивать губы в улыбке и немного прищурился, будто не верил моим словам. Какие же у него глаза, чёрт возьми. У меня, кстати, тоже ничего. Я передразнила его взглядом и, развернувшись, гордо выпрямилась, направляясь к Жанне с Леркой. Подруга смотрела с опаской, а начальница с явным удивлением.
— Так быстро закончили? Даже не присели, ты ничего не записала.
— Жанна, скажи. А кто утверждал список лиц, у которых нужно брать интервью? Просто любопытно, может кто-то значимый? Насколько прозрачно нужно писать о респондентах? Это же заказные статьи, парни сами себе рекламу решили сделать? А то если писать правду, то вряд ли я окажу всем услугу. Этот на мотивацию точно не потянет.
Я хотела убедиться в том, что Ник всё это подстроил. Ведь наверняка, Жанна неспроста выбрала его в списке тех, о ком нужно написать. Отвалил ей круглую сумму за «самопиар», да ещё и, наверняка, «попросил», чтобы именно я брала у него интервью. Чтобы вновь оказалась перед ним. А дальше, он, наверняка, планировал снова меня утащить «на разговор». И скорее всего уже придумал легенду по доказательству своей невиновности.
Я приготовилась слушать подтверждение своим доводам и мысленно уже присваивала себе звание «лучший детектив года», но Жанна мигом перечеркнула всю мою следственную нить.
— Я сама лично выбрала этих претендентов. Никакой рекламы. Более того, только вчера решила, кто это будет, — заверила меня она. — Не пойму, девчонки, что за проблемы у вас возникли с этим парнем? Он отказывается давать интервью? Мия, ну так расположи его к себе! Прямо сейчас иди и разговори его! Иначе я сама его приведу сейчас.
Неужели, всё так и есть? То есть Ник, правда, не знал? И не следил за мной? Я начала вспоминать, что ему только что наговорила. Понятно, отчего тогда он веселился. Да уж. Представляю, как выглядела со стороны. Я обернулась и поймала на себе его взгляд. Немного насмешливый, но прожигающий насквозь. Никита взял бокал со стойки и направился к столику возле парапета.
— Так. Иди скорее. Не знаю, что там у вас за разногласия, но мне нужно его интервью. Я доверила тебе это, потому что считаю, что ты делаешь успехи у нас в журнале. Не подводи меня, Мия, — уже более ласково поговорила Жанна. Ну что я в самом деле? Это моя работа. Никита вот полностью своей отдается. Вот и я не буду отставать.
Лера, с изумлением за всем этим наблюдавшая, вдруг выпалила, повернувшись к Жанне:
— Этот мерзавец…
— … в прошлом, — добавила я и для убедительности повторила: — Он в прошлом. Лерка, всё нормально. Жанна, спасибо за оказанное доверие, — я уже не так отважно шагала навстречу Никите, как несколькими минутами ранее. А он с нескрываемым интересом следил, как я приближаюсь, и взгляд не отводил. Когда я подошла, Ник уже сидел в кресле за столом и вертел в руках бокал. Усевшись напротив, я закинула ногу на ногу. Ухмыльнулся.
— Что вернулась? Я в чём-то ещё виноват? Или мои интонации всё же подействовали.
— Это без сомнений. Виноват. И подействовали. Я не могу без тебя. Вот и вернулась, — наиграно сдвинула брови.
— Правда?
— Нет, конечно, — фыркнула я и закатила глаза.
Его тёмные волосы в свете солнца казались намного светлее, он облокотился на стол, и придвинувшись ближе, произнёс своим обволакивающим голосом, выделяя каждое слово:
— Тогда что ты здесь делаешь? — я чувствовала его «парфюм», а в сочетании с его карими глазами, в пору было сойти с ума, но я старалась не поддаваться, мысленно напоминая себе, что Ник просто так ничего не делает. Он несомненно хорош. И понимает это. Вот только слишком самоуверен. Слишком много знает о том, какое впечатление производит своим взглядом, и слишком мало знает, что мне пришлось пережить, разрывая всё мыслимое и немыслимое в себе, связанное с ним.
— Работаю, — ответила я.
— Каникулы же. Может, отдохнем? — предложил он, всё еще не подозревая, что я не ради его улыбки сижу сейчас перед ним.