Страница 82 из 141
- Прибавьте к ней ординарцев. Хотя они при сильном обстреле не дойдут куда надо, - добавил Потапов.
- Хуже, чем было в Артуре. Там хоть за горами можно было сховаться. А тут все как на ладони. Совсем некуда укрыться, - вздыхал Блохин.
Пошли дальше. Вскоре ход сообщения кончился, пришлось выйти на шоссе. Оно было сильно разрушено попаданиями снарядов, деревья сломлены и повалены на дорогу. Идти было трудно.
- Прикажу саперам нынешней ночью исправить дорогу до самого форта, заметил Потапов.
Форт оказался ближе, чем можно было думать, глядя издали. Незаметно подошли к спуску в тыловой ров форта.
Начался осмотр форта. Сооружен он был добротно. Железобетонные своды поражали своей массивностью. Казематы тоже были отделены друг от друга прочными простенками-траверсами. Солдаты-артиллеристы размещались в казематах повзводно. Тут же находились пирамидки для ружей. На этаж ниже, на уровне дна фортового рва, располагался перевязочный пункт.
Здесь же помещалась икона с вечно горящей лампадой, рыжий захудалый попик тянул церковные песнопения. Рядом находился насос от артезианского колодца.
Форт снабжался электроэнергией с соседнего форта. Из разговоров выяснилось, что нефтепродуктов, при экономии горычего, хватит на два с половиной месяца.
- А дальше придется пользоваться фонариками "летучая мышь" или церковными восковыми свечками. Их запасено несколько пудов, на полгода, если не больше. Лампадного масла тоже целая бочка, сообщал комендант форта Ежиков.
- А божьей благодати запасено много? - усмехнулся Борейко.
- Этого добра, в ущерб всему остальному, бесконечно много. ТОлько боюсь - от нее толку будет мало. На форту два попа и дьякон с причетником, на соседнем - столько же. А вот врачей на два форта и промежуточные батареи всего один и один ротный фельдшер. Куда бы лучше было, если б у нас имелось четыре врача и столько же фельдшеров, а попов и вовсе не было. Они здесь совершенно не нужны, - продолжал Ежиков.
Затем комендант форта провел Борейко на свой командный пункт. Он находился в толще переднего вала форта.. хорошо замаскированный, он представлял небольшой бетонный каземат с броневым колпаком., прикрытым землей. В узенькую щелку-амбразуру открывался огромный кругозор.
Перед фортом проходила полоса стрелковых окопов в несколько рядов, к которым шли ломаные линии сообщения. Сверху они были прикрыты маскировочными сетками и едва различались на зеленом фоне травы.
С командного пункта можно было пройти в казармы. Изо рва шел такой же крытый ход на промежуточные батареи и далее на соседний форт 17-бис.
Потапов предложил Борейко, как только стемнеет, пройти на передний край обороны.
Я познакомлю вас со всем участком пехотных окопов, - предупредил Потапов.
- Чтобы не терять напрасно времени до вечера, побываю-ка я на промежуточных батареях, - сказал Борейко.
На батареях прямо от орудий открывался широкий вид в сторону противника. Просматривались немецкие окопы, спешно возводимые осадной армией.
- Почему вы не мешаете немцам сооружать укрепления? - удивился Борейко.
- Мы экономим снаряды для настоящего штурма. Начни немец штурм - и отбивать нечем. Снарядов-то - кот наплакал, - пояснил командующий промежуточной батареей, молодой подпоручик.
С командного пункта батареи было видно, как немцы совершенно спокойно во весь рост ходили по переднему краю своей обороны.
- Да дайте вы по ним хоть один выстрел! - возмутился Борейко.
Потапов разрешил сделать несколько выстрелов по немцам. Подпоручик скомандовал. Одна за другой загремели пушки. Четыре белых комочка разрывов шрапнели появились над немецкими окопами. Немцы мгновенно попрятались. Тотчас откуда-то издалека донеслись ответные выстрелы, и перед промежуточной батарей выросли четыре огромных черных фонтана дыма и земли. Снаряды падали и перед и за батарей, вызвав в бетоне несколько небольших трещин.
- Напрасно только немца дразним, - проговорил комендант.
- Странное у вас представление о войне! Она мало похожа на отдых, усмехнулся Борейко. - И давно вы здесь находитесь?
- Больше месяца, а раньше сидел в управлении крепостной артиллерии, ответил подпоручик.
- От вас и веет затхлым духом канцелярии. Потрудитесь ежедневно утром и вечером обстреливать немцев и о результатах доносить мне, - распорядился Борейко.
Молодой офицер молча вытянулся и недовольно поглядел на капитана.
7
Стемнело. Потапов предложил Борейко направиться в пехотные окопы переднего края обороны. По ходам сообщения они добрались до блиндажа командира одного из батальонов. Блиндаж был перекрыт в несколько рядов накатами бревен и казался весьма прочным. Командир батальона хвастался, что все окопы у него прекрасно оборудованы и имеют хорошее укрытие от снарядов.
- Вы, господин полковник, забываете одно: здесь против вас действует не полевая артиллерия, а осадная. И ваши окопы и укрытия перед ней беззащитны, - предупредил Борейко.
Потапов с неподдельным испугом смотрел на него, считая Борейко знатоком крепостной войны.
- Есть еще вторая линия обороны. Она вся бетонирована и расположена между фортами. Там у нас помещается резервный батальон, - сообщил Потапов.
- Вы больше дня не усидите в этих передовых окопчиках, - предупредил Борейко.
- Отойдем на основную укрепленную тыловую позицию! - успокаивал Потапов.
Борейко попросил его немедленно познакомить с этой "укрепленной позицией". Она протянулась между фортами N 17 и 17-бис на протяжении полутора километров. В плане это была ломаная линия с выдвинутыми вперед краями. Бруствер окопов имел двухметровый бетон, защищавший солдат от снарядов средних калибров. Затем Потапов и Борейко прошли на соседний форт 17-бис, комендантом которого состоял молоденький артиллерийский офицер, подвижной и веселый. Он старался по мере возможностей усовершенствовать оборону форта и усилить огневую мощь.
- Это любимчик полковника Качиони. Его фамилия очень подходит к этому эпитету - Любимов, - сообщил Потапов.
Любимов понравился и Борейко своей инициативностью и стремлением усовершенствовать все, что только возможно.