Страница 10 из 28
то. - Так, Анхель, давай попробуем от них оторваться. Мы перешли
проспект по подземному переходу в месте, где он был разделен
двойной сплошной. Машины развернулись, вопреки правилам, и
продолжили следовать за нами. Мы нырнули во дворы и пробежали
насквозь несколько улиц. На выходе нас уже ждали. Данила по памяти
сличил номера:
- Послушай, машин больше, чем две...
- Тогда в метро? - предложил я. Мы добрались до метро и вошли
внутрь.
Шесть или семь человек в серых костюмах спокойно, не торопясь,
вышли из двух машин и последовали за нами под землю. - Господи,
Данила продолжает сокрушаться.
- А я-то как это все допустил?!
- Да ладно... У тебя на тот момент в голове базарная площадь
была - крики, ругань, выяснение отношений.
*******
Всемирная Академия Астрального Знания находилась в пятнадцати минутах от городской черты, в аккуратном двухэтажном особняке с двумя флигелями. Перед ним - небольшой, круглый фонтан. Вокруг лес, тишина, птички поют. Абсолютная умиротворенность.
- Хорошо живем, - протянул ты, когда мы покатили на мерседесе Кассандры к парадному входу.
- То, что мы здесь делаем, очень важно, - с чувством собственного достоинства произнесла Кассандра.
Ты иронично парировал:
- Ничуть в этом не сомневаюсь! Кассандра в ответ только улыбнулась.
- Добрый день! - нас приветствовал дворецкий в костюме-тройке. Пройдете в конференц-зал?
- Все уже собрались? - спросила она.
- Да, все в зале, - дворецкий учтиво кивнул головой.
- Тогда хорошо, - ответила Кассандра и знаком предложила нам следовать за ней.
Ты замер на месте, как вкопанный:
- Что значит "все"? Анхель, нам, кажется, обещали показать одного человека.
- Да, - подтвердил я.
- Пожалуйста, не противьтесь, - попросила Кассандра.
- Или вы сейчас же показываете нам этого своего "товарища", или мы с Анхелем уходим.
У тебя был такой вид, что Кассандра, видимо, решила больше не испытывать твое терпение:
- Хорошо, хорошо... - она демонстративно сдалась, и, обратившись к дворецкому, добавила. - Мы пройдем в правый флигель.
- Как вам будет угодно, - поклонился тот.
*******
Мы прошли в комнату, расположенную в самом конце длинного коридора. Стены обиты тканью, старинная мебель, бронзовые канделябры. Окна занавешены тяжелыми портьерами. В центре комнаты большая кровать под балдахином.
Двое мужчин в белых халатах поднялись со своих мест возле кровати. Один - долговязый, светловолосый, в очках. Другой - китаец или кореец, маленький и коренастый. Кассандра поблагодарила их кивком головы, и они вышли в коридор.
- Гаптен, ты здесь? - не то позвала, не то спросила Кассандра.
- Да, - послышалось из глубины комнаты.
- Господа, - Кассандра обратилась к нам. - Позвольте представить вам Гаптена.
- Но... - не понял я. - Он же должен быть в коме.
- Гаптен - ученик Серафитуса, а сам Се- рафитус, действительно, в коме, - пояснила Кассандра и приподняла край балдахина, который до сих пор скрывал от нас кровать.
Ужасное зрелище. В окружении самой современной медицинской аппаратуры каких-то дисплеев, датчиков, шлангов, адаптеров и проводов - лежал чудовищно изуродованный человек. Казалось, на нем не осталось живого места. Он напоминал оплывшую восковую свечу.
От неожиданности и тяжести этой картины мне стало дурно.
- Что вам здесь надо? - молодой человек одернул балдахин и загородил собою путь к кровати. - Кассандра, вы и из смерти Се- рафитуса хотите сделать спектакль?
- Гаптен, пожалуйста, не начинай это. Ладно? - презрительно отрезала Кассандра. - Это Анхель и Данила. Ты знаешь, они здесь по решению Совета.
Гаптен, на вид ему было лет двадцать, от силы - двадцать пять, уставился на тебя своими большими, выразительными глазами.
- Вы - Данила? - спросил он.
- Да, я Данила, - ответил ты.
- Как вас угораздило быть здесь? - в голосе Гаптена звучало истинное удивление.
- Я, собственно, - ты стушевался. - Нам обещали...
- Гаптен, расскажи гостям о своем учителе, - приказала Кассандра и отошла к окну.
- Что с ним? - почти прошептал я.
Гаптен как будто не услышал моего вопроса. Мне показалось, что он сделал это намерено. Словно хотел сказать нам: "В данных обстоятельствах отвечать на этот вопрос я не буду, или не могу". Но что это за "обстоятельства"?
- Серафитус - мой Учитель, - после того, как Кассандра отошла в сторону, Гаптен говорил доброжелательно и открыто. - Он - последнее воплощение Эммануила Сведенборга.
- Чье воплощение? - переспросил ты.
- Эммануил Сведенборг - пророк, живший в Швеции в XVIII веке, - пояснил Гаптен. - Он последний из смертных, на кого снизошел Святой Дух с Божественным Откровением. Через это Откровение Сведенборг создал тридцать книг, которые последовательно описывают устройство потустороннего мира мира Ангелов.
- А ваш Учитель, он - воплощение этого Сведен... - ты запнулся.
- Сведенборга, - подсказал Гаптен.
- Понятно, - отрубил ты, что прозвучало в адрес Гаптена как диагноз клинического сумасшествия. - А сам Сведенборг чье воплощение, позвольте узнать?..
- Сведенборг? - уточнил Гаптен.
- Он самый.
- Сведенборг воплощение Святого Иоанна Богослова, любимого ученика Христа.
Да неужели?! - с издевкой воскликнул ты.
Данила, - Гаптен говорил открыто, уважительно и как-то очень по-доброму, - я понимаю, что поскольку вы здесь, вы в непростой ситуации... Но это не дает вам права шутить ни надо мной, ни над моим Учителем. Я отвечаю на ваши вопросы, потому что уважаю вас. И рад, если могу быть вам чем-то полезен.
Но я отвечаю на них, исходя из своих знаний. Вы можете подвергать их сомнению. Вы можете думать, что я заблуждаюсь. Вы можете относиться к моим словам, как угодно. Это ваше право. Но если вы спрашиваете меня, я отвечаю вам в соответствии с моими знаниями. Я отвечаю то, что я думаю, что знаю и чему верю. Я честен с вами.
Данила, он вогнал тебя в краску! Тебе стало неловко. Право, этот парень говорил с таким уважением - к нам и к самому себе...
- Я, видимо, должен извиниться, - сказал ты.
Извиниться? - удивился Гаптен. - Я не обижен и сожалею, если чем-то задел вас. Даже если бы вы меня и обидели, зачем мне ваши извинения? Это ведь ваша жизнь и ваши поступки. Мы делаем свою жизнь своими поступками. И если поступаем неправильно, то затем сталкиваемся с неприятностями. Таков закон. А как поступать - правильно или неправильно? Здесь действует свобода выбора.