Страница 2 из 8
— Та-ак… Хорош, — протянул капитан, который не менее внимательно разглядел новоприбывшего субалтерна. — Из академии прямиком, верно? Где учились, лейтенант?
— В Райтальской академии, сэр, — Ти-Ренн протянул коменданту планшет. — Здесь всё, сэр: мое удостоверение, аттестат, свидетельство об окончании, приказ о назначе…
— Это я потом почитаю, — Холдвел взял планшет и положил на стол. — Мне интереснее выслушать тебя самого. Отличник, да?
— Так точно, сэр, — лейтенант в очередной раз вскинул руку к виску и вытянулся в струнку.
— Да хватит тебе, сынок, каблуками здесь щелкать, — сказал вдруг Холдвел и улыбнулся. Улыбка совершенно преобразила его лицо, если бы не черная униформа, он бы казался добрым дедушкой, приветствующим внука. — Это всё для официальных церемоний. А сейчас, здесь, мы можем поговорить по-простому.
Ти-Ренн чуть расслабил плечи, но продолжал молча стоять, не зная, что думать.
— Натерпелся, поди, страху? — усмехнулся Холдвел. — Наслушался рассказов обо мне: мол, зверь?
Ободренный лейтенант кивнул.
— Так вот, усвой первый урок: не всякому слуху стоит верить. Зверствую я только в одном вопросе — в вопросе дисциплины. Безалаберности не терплю ни в каком виде. Впрочем, у тебя с этим проблем быть не должно, раз ты из академии, а тем более, отличник. Что ж, сразу введу тебя в курс дела, — капитан направился к стенному экрану и включил его. Ти-Ренн подошел поближе и начал внимательно изучать появившееся изображение планеты Квенн.
Холдвел взял лазерную указку.
— Итак, вот наша планета, а вот и мы — база «Ноль-шесть», — изображение планеты увеличилось, и на ней замигала красная точка. — У нас также имеется орбитальная станция… хотя, между нами, станция — это громко сказано; так, пункт наблюдения. Думаю, ты по пути сюда её заметил.
Лейтенант покраснел. По дороге сюда он был настолько погружен в собственные мысли, что даже не обратил внимания на орбитальное сооружение. Однако решил, что честность лучшая политика, и признался вслух, что не заметил.
— Урок второй, лейтенант… как тебя зовут?
— Ти-Ренн, сэр, — юноша весьма удивился плохой памяти коменданта. Он ведь только что представился!
— Да нет, как твоё имя?
— Дарл, сэр, — смущенно выдавил он.
— Так вот, Дарл Ти-Ренн, запомни: офицер всегда должен всё замечать. Если есть проблемы с памятью или вниманием, я тебя потом лично потренирую. А пока слушай и запоминай. Итак, орбитальный пункт наблюдения. Что граничит с нашим сектором?
— Пространство хаттов, — без запинки ответил Ти-Ренн.
— Верно. С ними у нас мира никогда не было и не будет. Здесь, — он показал на карте, — проходит гиперпространственный маршрут Утмиан Пабол, которым обожают пользоваться хаттские торговцы и контрабандисты, а заодно явные бандиты и пираты. Вот в этом и заключается наша служба: обеспечить безопасность для честных торговцев и строго взыскать с нарушителей.
— Сэр… разрешите задать вопрос? Возможно, я чего-то не понял, но разве у вас… то есть, у нас, есть флот? Я так понял, что это наземная база.
— У нас имеются два челнока и небольшой крейсер, разумеется, вооруженные. А вот нормального флота — нет. Что поделать, пилотов едва хватает на центральные системы, хотя, на мой взгляд, именно здесь, в таких вот отдаленных областях, они нужнее всего. Я-то сам не флотский офицер. Из всего нашего личного состава пилотские навыки имеют только десять человек.
— Теперь одиннадцать, сэр, — заявил лейтенант и тут же добавил: — Я, конечно, не ас, но умею управлять кораблями и, при необходимости, корабельными орудиями.
— Отлично, лейтенант. Полагаю, твои навыки тебе здесь очень пригодятся.
Раздался стук в дверь. Получив разрешение войти, на пороге появился штурмовик с отметками сержанта на броне.
— Сэр, аналитики закончили подводить итоги сегодняшних учений. Общая эффективность повысилась на два процента, максимальное время стрельбы сократилось на одну секунду. Общая точность стрельбы — девяносто шесть процентов.
— Прекрасно, сержант, — сказал Холдвел. — Объявите благодарность всему личному составу. На завтра назначаю обычную строевую подготовку.
— Слушаюсь, сэр, — сержант вышел.
— Разрешите спросить, сэр, — поинтересовался Ти-Ренн. — Как часто здесь проводятся учения?
— Обычно еженедельно, а строевая и физическая подготовка ежедневно. Ты должен понять, Ти-Ренн, поскольку с флотом у нас, мягко говоря, слабовато, приходится вкладывать максимум в боевую подготовку солдат. Ты наверняка наслушался шуточек о меткости имперских штурмовиков. Увы, это больная тема, по крайней мере — для меня, а главное, почти все они справедливы. И для нас это позор. А сегодня — ты сам слышал — девяносто шесть процентов точности стрельбы. А сколько должно быть? Сто? Я бы сказал, что двести. Только так в реальном бою у бойцов будет шанс нанести какой-то ощутимый урон противнику с минимальными потерями для себя. А ведь бывают ситуации, когда нужно взять противников живыми или сохранить жизнь гражданским, скажем, заложникам. Все эти сценарии мы тоже отрабатываем.
— О вашем батальоне, сэр, говорят, что он самый меткий во всей имперской армии.
Если Ти-Ренн надеялся польстить капитану, то он явно просчитался. Холдвел печально покачал головой.
— Знаешь, мне больно это слышать. Остается только надеяться, что это такие же пустые слухи. И вот ещё что тебе стоит усвоить: никогда ни с кем не сравнивай себя или своих бойцов. Просто служи и исполняй свой долг, как и подобает солдату. Но это вовсе не значит, что надо слепо и без рассуждения повиноваться любым приказам. Может, ты со мной не согласишься, но лично я, оказавшись перед выбором между приказом вышестоящего и своим моральным кодексом, выберу всё же последнее.
Серые глаза Ти-Ренна изумленно округлились. Куда же он попал? С чего бы это коменданту вести с зеленым новичком подобные разговоры? Может, проверяет? Или…
Но Холдвел развеял его сомнения.
— Удивлен, лейтенант? Думаешь, зачем старик заговорил с тобой об этом? А вот зачем, — чтобы ты не сомневался. Знаешь, я долго служу и за эти годы немало повидал и научился неплохо разбираться в людях… да и не только. И я вижу, что ты никогда и никого не предашь. Ведь так?
Юноша задумался, потрясенный проницательностью коменданта, и действительно припомнил пару случаев, когда ему пришлось даже пострадать из-за своей патологической честности. Поэтому ему оставалось только кивнуть:
— Так, сэр.
— Это хорошо. А вот плохо другое: ты не умеешь владеть собой. Недопустимо, чтобы лицо имперского офицера читалось, словно открытая книга. Ну да ладно, пока спишем на твой юный возраст. Но чем раньше ты усвоишь эту науку, тем лучше для тебя же.
— Сэр… если позволите, ещё один вопрос… хотя это, наверное, глупо…
— Нет-нет, спрашивай. То, что у тебя есть вопросы, свидетельствует о том, что ты вошел в курс дела и заинтересовался. Не будь у тебя вообще вопросов, я бы решил, что ты совсем ничего не понял.
— Вопрос такой, сэр: как часто здесь бывают… э-э… инциденты?
— Имеешь в виду вооруженные столкновения? По-разному. Иногда затишье длится месяцами, и хуже этого нет: безделье — первый враг солдата и, как ничто другое, оспособствует потере бдительности. А порой эти бандиты словно с цепи срываются, летят один за другим. Понимаю, тебе по молодости кажется, что перестрелки с пиратами увлекательнее, чем проведение учений и заполнение документов. Однако, в нашем деле важно и то, и другое, и третье. На этом, пожалуй, закончим, — Холдвел нажал кнопку на панели, и почти моментально в дверях появился очередной штурмовик., — Боец ТБ543/12, сопроводите лейтенанта Ти-Ренна в его квартиру.
Штурмовик отдал честь и сделал движение, словно собираясь взять чемодан, но Ти-Ренн остановил его:
— Благодарю, боец… я сам.
— Ступайте, лейтенант, — сказал ему Холдвел. — Обустройтесь, отдохните, полагаю, полутора часов вам хватит.
— Благодарю вас, сэр. Если позволите… — юноша замялся, — у меня есть ещё одно дело… личное…