Страница 31 из 31
Я не видела лица сестры, но Саид попятился от неё. Алина протянула руку и погладила его по почти зажившей ране на груди. Затем резко ударила его, и послышался хлюпающий звук.
О Боже, надеюсь, она делает не то, о чем я думаю?
Габриэль оказался рядом со мной и отвернул меня.
- Не стоит тебе этого видеть, малышка, - успокаивающим тоном проговорил он.
Гейб был весь в крови и гнили зомби, но сейчас это как-то не волновало.
Я услышала слабый вскрик, и Алина сказала мне:
- Можешь обернуться, неженка.
И я обернулась. Правая рука Алины была по локоть в крови. Саид валялся позади неё, а его сердце – чуть в отдалении. Я не стала разглядывать его, поэтому перевела взгляд на Алину.
- Я думала, ты мертва, - прошептала я. Алина криво усмехнулась. – Если бы я знала, я бы нашла тебя, клянусь.
- Я тебе верю, - спокойно, почти безмятежно проговорила она. Только высыхающие следы слез на её щеках говорили всем о её потере.
Я обняла Алину, не обращая внимания на кровь. К черту чистоту одежды, я сегодня нашла свою сестру.
========== Эпилог. Аня. ==========
Жизнь налаживалась. На первом семейном собрании, проведенном без дедушки, я рассказала о своих возможностях, данных мне отцом, а так же познакомила свою семью с Соней. Поначалу они возмущались этим двум фактам – тому, что я только на одну седьмую часть ведьма, и тому, что привела на собрание чужого человека. Но когда Соня подтвердила свой талант, рассказав каждому что-то из прошлого, о чем могли знать только они, семья поутихла. Бабушка была права – Романа убили. Это же и подтвердила Соня, назвав имя убийцы. Тетя Тамара. Она злилась с момента изгнания своего сына, Глеба, из семьи. Я, да что говорить, все члены семьи были шокированы этой новостью.
Тетя Тамара возмущалась «подлой лжи». Но потом я вспомнила о том даре, который передается через множество поколений только истинным Майерам. Это была возможность лишить ведьму собственных магических сил. И когда я применила этот дар на тете Тамаре, она ослабла психически и призналась в том, что отравила дедушку. Теперь она за решеткой.
Когда я удачно использовала этот дар на тете-убийце, возмущения на счет меня в роли главы семьи приутихли. Никто не хотел терять свою магию.
Невозможно описать, как счастливы были дядя Игорь и тетя Роза, родители Алины, когда узнали о том, что она стала вампиром. Их дочь жива, и им было действительно плевать, вампир она или нет.
Алине приходилось тяжело. Она жила у меня, потому что её квартиру родители продали, чтобы не причинять себе лишнюю боль. Алина несколько недель не выходила из комнаты, и впускала лишь меня. И то только для того, чтобы принять у меня очередной пакет с кровью.
Она действительно любила Даниила, и очень тяжело переживала его смерть. Но Алина обещала ему, что будет счастлива, и она выполнит свое обещание, рано или поздно.
Как только Алина выбралась из своего добровольного заточения, она рассказала мне, что сделал Максим с ней. Теперь она – родоначальница своей собственной кровной линии, Первейшая вампирша наравне с Габриэлем. Это дает новые силы и новые возможности, ведь первые два поколения вампиров особенные. Как только Гейб и Иордан об этом узнали, они пытались начать обучать Алину премудростям Первейшей вампирши. Пока она отсылает двух вампиров с их обучением так далеко, как позволяет ей великий и могучий русский язык.
Мы с сестрой часто разговариваем. О событиях в Шотландии, о её заточении на полгода. Иногда даже о Даниле. Ей, как и мне, становится легче от разговоров.
Мы вернули мини-меня в прошлое, прежде стерев ей память. После Габриэль заметил, что в детстве я была «очень миленькой». Однако внушение Максима не смогли снять даже Мириам и Оливер, и я снова училась любить Габриэля. Не знаю почему, но это довольно легко. Наверное, из-за моей магии.
Благодаря Соне я разобралась с остальными альтерами. Немезида исчезла, как и Друидка. Сначала нам удалось вызвать на разговор Тихоню. Это оказалась вампироненавистница, отголосок воспитания Романа. Она пыталась оградить меня от Габриэля и других вампиров, но с известием о вампиризме Алины сдалась. Последней на контакт вышла Нимфа. Оказалось, Нимфа – это сокращение от слова «нимфоманка». Весело, правда? Это она пыталась соблазнить Максима при первом нашем знакомстве, и это она затащила Габриэля в мою постель. Правда, она извинилась и в качестве сожаления перед своим исчезновением вернула мне воспоминания о ночи с Гейбом. Я никогда не думала, что вампир может быть настолько нежен и ласков, но, черт возьми, это так и было. Честно говоря, я была искренне благодарна Нимфе за возвращенные воспоминания. Они помогли мне окончательно вернуть любовь к Габриэлю.
Недавно я увидела Захара. Он прошел мимо меня с какой-то красивой девушкой, даже не заметив моего пристального взгляда. Что ж, Соня в который раз оказалась права – Захару не нужно вспоминать обо мне.
Кстати говоря, я не сразу заметила, что одолела свое проклятие – прикосновением я больше не иссушала человека. Это я заметила не сразу – я прикасалась в рукопожатии к нотариусу, к бабушке, к матери, к тете Тамаре, когда лишала её магии. И только Соня напомнила мне об этом.
Уже через три недели после смерти Даниила оборотни выбрали нового Альфу. Им оказался Богдан Крисенски, житель Польши. Как только он получил этот титул, я разослала ему и главе фей, королеве Алекто Рой, предложение о заключении союза между всеми ныне существующими расами. Я предположила, что из каждой расы должны выдвигаться два делегата в Совет Семи. Почему семи? Все просто. По два делегата от оборотней, вампиров и фей, и один от ведьм – ведьмы всегда были сплоченнее других магических рас, и они едины в своих целях. У нас с Алекто были небольшие разногласия, но она признала, что магические существа слишком нецивилизованны и должны объединиться под единым правительством. После Нового года королева фей пообещала послать к нам двух выбранных ею кандидатов – Стикса Рой и Данаю Рэй. Стикс, насколько я знаю от Оливии и Эвридики, был наследником трона и любимым внуком Алекто. А это значит, что наверняка он будет избалован. О Данае Рэй я слышала. Её называли Чистым Бастардом – она была незаконнорожденной, к тому же полукровкой, но она так похожа на Алекто внешне, что королева смогла отбросить свои предрассудки.
Богдан Крисенски тоже был солидарен со мной. После зимних каникул он должен приехать лично как один из делегатов, а вторым он хотел выбрать кого-нибудь из местных оборотней – после того, как познакомится с сибирскими стаями вервольфов.
Габриэль согласился со мной. Сам он не желал участвовать в делах Совета – пока.
- Мне плевать на все дела мира, пока я не смогу хотя бы немного насладиться тобою.
Я покраснела, а Габриэль тогда довольно ухмыльнулся.
Делегатами от вампиров стали Иордан и Гелла. От лица ведьм пока выступала я, но я намекнула Арсению, что как только он окончит юридическое, он займет мое место. Он был не против.
Недавно Бальтазар узнал о моем предложении создать Совет Семи, и очень хвалил меня по телефону. Он обещал приехать как можно быстрее и – цитирую – «завоевать доверие самой прекрасной и умной из своих детей».
Не знаю почему, но в последнее время я стала оттаивать – отец был очень обаятельным и располагающим к себе. Я понимала, почему мама влюбилась в него много лет назад.
Жизнь все еще сложна, проблемы все еще запутаны, но так ведь еще интересней, не правда ли?