Страница 6 из 23
- Не язви. Хотя мне кажется, что стоит тебе так и поступить. Для моего спокойствия.
Антон что-то пробурчал, но Наташа уже закончила разговор. Я слышала, как она едва слышно ступала по ковру, направляясь к дверям. Времени бесшумно захлопнуть дверь не было, и мне ничего не оставалось, кроме как встретиться с мачехой в коридоре.
- Ой, Даночка, - растерянно улыбнулась Наташа. – Ты уже встала?
- Ага, - притворяясь сонной, ответила я.
- А время только восемь утра.
Я пожала плечами:
- Я-то ушла со свадьбы раньше вас, так что и спать раньше легла.
Наташа хмыкнула. Я направилась в ванную комнату.
Весь оставшийся день я провела в своей комнате, разбирая вещи и приготавливаясь к завтрашнему дню. Папа и Наташа что-то готовили вместе, и в кухню невозможно было зайти, буквально не почувствовав флюиды влюбленности. Антон, поморщившись при виде милых голубков, молча ушел из дома. Ян от нечего делать улегся в гостиной и смотрел какой-то фильм. К счастью, вчерашний разговор с братом повлиял на него, и он не пытался подкатить ко мне.
Антон вернулся часов в шесть вечера. Как оказалось, вовремя – молодожены заканчивали готовку, и теперь созвали всю семью. Жаркое с овощами, креветки под каким-то необычайно вкусным соусом и даже фруктовый салат – все было просто потрясающим. Ян уплетал все за обе щеки и все время хвалил пару. Антон согласно кивал, но как-то без энтузиазма.
- Ну, Дана, - сказала во время ужина Наташа. – Как известно, Ян учится на экономическом. А ты куда планируешь?
Ну вот, началось. Не люблю, когда разговор отклоняют в сторону учебы и дальнейшего будущего. Но все-таки я вежливо ответила:
- На филологический.
- Правда? – удивился Ян. – Вот бы не подумал.
- А что бы ты подумал? – с любопытством поинтересовалась я.
Ян пожал плечами и прикинул:
- Ну, не знаю, юридический, возможно.
Я поморщилась:
- Не люблю юриспруденцию.
На самом деле, юристом хотела стать Катя – что неудивительно, учитывая, что у неё отец судья.
И вдруг Антон спросил:
- А что же ты делаешь в свободное время?
Я глянула на него и тут же отвела взгляд – его глаза, да и все выражение лица и интонация, меня сильно пугали. Собравшись с мыслями, я лаконично ответила:
- Книги.
- Какие? - допытывался Антон.
Все так же смотря в сторону, я сказала:
- В основном классика. Хотя некоторые современные я тоже читаю. Например, Дэн Браун.
- Интересный выбор, - заметил Антон. – Как тебе «Ангелы и демоны»? Интригующая книга, не правда ли?
Я удивленно вскинула глаза. Парень улыбался уголками губ.
- Да, - удивленно проговорила я. – Я несколько раз её перечитывала. Ты… ты читал эту книгу?
- Ага. Хотя «Инферно» мне понравился больше.
Я застыла от удивления с поднятой ко рту вилкой. Ян усмехнулся.
- Как замечательно, что у вас есть общие интересы, - радостно заметила Наташа. – Не правда, Сереж?
Папа был солидарен с женой. Антон хмыкнул и молчал остаток ужина. Он, кстати, единственный, кто пил чай. И, как мне кажется, это был не обычный черный чай в пакетике, а травяной, потому что иногда я ловила носом причудливый запах. Это заметила не только я – папа тоже принюхивался иногда, но ничего не говорил.
Мы оба понимали, что о вкусах не спорят. Если таинственному и чуток брутальному братцу нравится пить травяной чай, то, как говорится, флаг ему в руки и барабан на шею.
========== Глава 4. Первое, мать его, сентября ==========
Школа – длинное трехэтажное здание, выкрашенное в бежевый цвет - все еще стояла на месте. К сожалению, никто за лето не решился её взорвать, и сейчас она была будто радостная и веселая.
Не желая идти в школу вместе с Антоном, я вышла на полчаса раньше, соврав, что меня попросила зайти Катя. По крайней мере, папа мне поверил.
Территория школы была ограничена невысокой и милой кирпичной оградой, на которую при желании можно было присесть, совершенно нагло и безапелляционно игнорируя новшество школьного двора – симпатичные скамейки, расставленные по периметру. Что, собственно, и сделала моя подруга Аня.
Девушка надела черно-серую клетчатую юбку в складочку длиной чуть выше колен, белую свободную блузку без рукавов и черные балетки. Полупустая сумка, с которой пришла Аня, служила преградой между чистой одеждой девушки и грязью кирпича.
Аня, перекинув ногу на ногу, лениво наблюдала за тем, как я к ней приближаюсь. Её светло-каштановые волосы длиной чуть ниже плеч были заплетены в небрежный конский хвост, а светло-карие, почти медового оттенка, глаза, казалось, сверкали в лучах солнца.
- Привет, - поздоровалась Аня. Несмотря на то, что мы долго не виделись, подруга не стала меня обнимать, как сделала Катя. Она не очень любила «эту бабскую хрень», как она сама называла ненужные или частые обнимания.
На самом деле, несмотря на миловидную внешность, у Ани был трудный характер. Принципиальная, в чем-то жесткая, упрямая, с обостренным чувством справедливости. Она искренне не понимала лицемерие некоторых людей, в особенности девушек, и ненавидела интриги.
Я прекрасно помню, что в начальных классах Аня мне не очень-то и нравилась, тогда как с Катей мы быстро сдружились. Было какое-то время, когда все девочки вдруг начали записываться в творческие кружки – кто в художку, кто в музыкалку, кто на танцы. Но только Аня пошла в спортивный кружок, и одноклассницы, узнав об этом, еще больше отдалились от неё. Что удивительно, Ане было как-то по барабану отношение к ней девочек. На самом деле, она сдружилась с парнями.
Но в пятом классе, в самом начале года, у Кати произошел конфликт со Светой, девочкой из нашего класса, уже не помню, из-за чего. Виновата была именно эта девочка, но доказать это было нельзя. Девочки класса объявили Кате бойкот, и мне пришлось выбирать. Естественно, я выбрала Катю. Аня, до этого молчавшая, сказала что-то вроде «Вы дуры! Катя не виновата, она хорошая, в отличие от вашей Светочки!». В общем, она заступилась за Катю, и ту это умилило. После слов Ани бойкот как-то пошел на убыль, а мы начали потихоньку общаться, и уже к концу года стали неразлучными подругами.
- Привет, - улыбнулась я в ответ.
- Как прошли первые дни с братьями? – немного насмешливо поинтересовалась Аня.
До линейки было еще полчаса, так что народу было мало – мы с Аней да заядлые ботаники, желающие как можно быстрей оказаться в школе. Поэтому можно было спокойно говорить, не боясь, что нас могут подслушать. Я все рассказала подруге и поделилась с ней желанием узнать тайну Антона.
- Да забей, - отмахнулась девушка. – Тут два варианта. Либо это что-то незначительное, и ты, узнав его секрет, разочаруешься. Либо это что-нибудь из криминала или подпольных организаций магических существ. Ну, по крайней мере, в этом случае будет весело, - подумав, добавила Аня.
- Что будет?
- Тебя убьют, - пожала плечами Аня. Я поежилась скорее от её спокойного тона, чем от её слов.
Минут через пятнадцать пришла Катя. Она была в обтягивающем черном сарафане, в черных туфлях на высоченном каблуке и в белой водолазке. Её волосы были заплетены в две милые косички, лежащие на плечах.
Увидев, где мы с Аней сидим, Катя приподняла бровь, но ничего не сказала. Она подошла к нам, однако садиться не стала.
- Не боишься с такой высоты упасть? – усмехнулась Аня, кивая на туфли Кати.
В ответ девушка получила снисходительную улыбку:
- Скорее наша географичка заговорит на иврите, чем я упаду с каблуков. Я же девочка, у меня врожденные инстинкты.
Аня, ненавидевшая высокие каблуки всей душой, закатила глаза на последнюю фразу.
- Напомни, почему мы с тобой дружим?
Катя пожала плечами и предположила:
- На зависть окружающим.
Я привыкла к дружескому переругиванию девушек, поэтому молча ждала, когда их пыл иссякнет. Однако не учла, что они пол-лета не виделись и накопили много милых пожеланий друг другу.
Народу уже собралось приличное количество. Периодически к нам подходили одноклассницы, здоровались, щебетали про то, как скучали, и улетали куда-то еще подлизываться.