Страница 4 из 23
- Мама, - протянул Антон, подходя к невесте. Переведя взгляд своих пугающих глаз на меня, он без тени улыбки спросил: - Дана, верно?
Не в силах говорить, я кивнула. Сердце быстро билось где-то у горла.
- Я Антон. - Протянув руку, парень скользнул взглядом по мне сверху вниз и обратно. На лице Антона не отразилось открытой похоти, как у Яна, но уж лучше бы я вытерпела явное желание старшего брата, нежели пугающее безразличие младшего, безразличие, с которым сытый хищник смотрит на оставшуюся пищу.
Я не хотела пожимать руку Антону, но пришлось побороть неприязнь и протянуть вспотевшую ладонь, ведь на нас исподтишка смотрело большинство гостей.
- Антон, что ты стоишь? Пригласи Дану за стол, - велела невеста и улыбнулась мне: - Я специально придержала место для тебя рядом с Антоном.
Ответная улыбка получилась вялой, но Наташа этого не заметила. Антон пропустил меня вперед и галантно придержал стул, помогая сесть, затем уселся рядом, с левой стороны. К сожалению, справа сидел Ян. Правда, сидел только номинально – в другом конце зала его не отпускала от себя Лиза, уговаривая танцевать с ней танец за танцем.
Чтобы не сидеть без дела, я наложила себе в тарелку немного салата и принялась медленно его поглощать. Антон делал то же самое, но в тарелке его было больше еды. И еще он молчал. Даже не пытался поддержать беседу или узнать меня поближе. И в сторону мою не смотрел. Не знаю, беспокоило меня это или нет. Слишком много нервов я сегодня потратила, поэтому нужно найти способ успокоиться.
Через полчаса и три бокала шампанского до меня добралась неугомонная семейка в лице моего крестного отца Валерия и двоюродного брата Сережи, уговаривая меня на танец. Расслабившись с помощью алкоголя, я бездумно согласилась. Какой-то умник, в который раз безапелляционно игнорируя современные песни, включил «А на свадьбе…» группы Дилижанс. Мелодия была зажигательная, поэтому никто – а в большинстве своем гостям было лет под сорок, - не жаловался на устаревшую песню.
Смеясь над неуклюжими попытками крестного танцевать, я двигалась в такт старой песне и чувствовала, что последние капли волнения исчезают. К середине песни танцующих значительно прибавилось.
Когда прозвучали последние звуки песни, дыхание мое окончательно сбилось, щеки пылали, а волосы растрепались. Зато снова вернулось приподнятое настроение, что уже было значительным плюсом.
Заиграла песня «Натали», и народ разбрелся в разные стороны. Только несколько парочек осталось. Я тоже хотела уйти – нужно было поправить волосы и подышать свежим воздухом, однако меня несильно ухватили за локоть, и не успела я моргнуть, как оказалась в объятьях Яна. Несмотря на каблуки, мне пришлось приподнять голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
- Ты же не возражаешь? – приподнял бровь парень.
- Возражаю, - бросила я и ядовито добавила: - Но это, кажется, тебе по барабану.
Ян ухмыльнулся и прижал к себе еще сильнее.
- Да ладно тебе, сестренка, - последнее слово звучало двусмысленно в устах парня. – Всего лишь танец. Только ты решаешь, как далеко зайдут наши отношения.
К счастью, шампанское развязало мне язык, и я резко произнесла:
- Значит так, герой-любовник. Чем дальше ты будешь от меня, тем добрее я буду. Я не собираюсь заводить с тобой какие-либо отношения, кроме соседских. Ты меня никак не интересуешь, надеюсь, это ясно?
Закончив, я выбралась из объятий Яна и, развернувшись, направилась прочь из помещения. Руки дрожали.
Какие же они чудные, эти братья.
Первым делом я решила проветриться. Прошлась по улице, подставляя лицо теплому ветру. Минут через десять окончательно успокоилась и, кажется, протрезвела. Теперь можно возвращаться.
На парковке, которую я пересекала, чтобы быстрее попасть в ресторан, я едва не запнулась: на правой ноге расстегнулась застежка на босоножке. Чертыхнувшись, я нагнулась, чтобы застегнуть её.
От дверей меня видно не было: скрывал синий «форд». Зато я прекрасно слышала, как хлопнула дверь, и раздался раздраженный голос Антона:
- О чем ты, мать твою, думал?!
Я аж застыла от удивления, забыв о босоножке. В голосе парня было столько экспрессии, сколько я не заметила в нем за полчаса сидения за одним столом.
- Да ладно тебе, - легкомысленно ответил Антону второй голос, в котором я без труда узнала его (а теперь и моего) старшего брата. – Это же всего лишь девушка.
- Ты совсем охренел? – рявкнул Антон. Я была скрыта автомобилем, но все равно сжалась от испуга, настолько пугающим казался голос парня. – Всего лишь девушка?! Она теперь часть нашей семьи, практически твоя сестра, а ты пытаешься затащить её в постель, словно очередную шлюшку?!
Они говорили про меня. До меня это дошло не сразу, а когда дошло, я едва не ахнула от изумления, но вовремя закрыла себе рот рукой.
- Но согласись, она того стоит, - возразил Ян.
Антон зарычал:
- Да будь она трижды Мила Кунис, мне плевать! Эта девушка неприкосновенна. Ты понял меня?
- А может, ты сам запал на неё? – фыркнул Ян.
- Не говори ерунды! – отрезал Антон. – Ты позабавишься с ней пару дней, а потом кинешь, как и остальных. А она не из тех девушек, кого можно поматросить и бросить, она год будет страдать. Тем самым будет огорчать нашу мать и, как следствие, меня. Скажи мне, Ян, хотел бы ты увидеть меня огорченным?
Ян промолчал. Меня это удивило – казалось, Ян действительно побаивается брата.
Раздался щелчок зажигалки – кто-то из братьев прикурил. Затем Антон стальным голосом произнес:
- Значит так, братец. Теперь ты смотреть будешь в сторону этой девушки только тогда, когда рядом будет кто-то еще. Попробуй только приблизиться к ней без важного повода.
Ян вновь не стал возражать Антону. Ого, вот это да.
- Я понял тебя, Антон, - смиренно согласился Ян. – Только не кипятись. Теперь я могу идти? Есть другая новая родственница, с которой я не прочь… познакомиться поближе.
- Проваливай, - выдохнул Антон.
Минуту все было тихо. Шестым чувством я понимала, что не стоит подниматься с корточек, что Антон еще не ушел. Так и сидела за автомобилем, словно заяц в кустах, не одну минуту. Самым смешным было бы, если парень действительно ушел, а я прячусь без причины. Уже затекли колени, и я начала тихонько чертыхаться, когда Антон насмешливо произнес:
- И долго ты еще собираешься прятаться?
Я застыла, сердце пропустило удар. Он что, заметил меня?
- Или ты сама выйдешь, или я помогу.
И тут же я подскочила, как ужаленная, осторожно глянув на Антона. Тот стоял с другой стороны от форда и бесстрастно смотрел на меня. Между губ его была зажата зажженная сигарета.
- Все слышала? – спокойно уточнил парень. От волнения, сидения на корточках и высоких каблуков дрожали колени. Я не могла ни слова произнести из-за пересохшего горла, поэтому только кивнула. – Значит, не нужно объяснять, чтобы ты не доверяла Яну. Спокойствие в семье важнее мелкой интрижки. Хорошо?
Я снова тупо кивнула. Антон затянулся в последний раз и бросил сигарету в урну, стоявшую рядом. Поправив белую рубашку, парень повернулся, чтобы вновь войти в ресторан, в котором включили песню Крида «Самая-самая». И в тот момент мои ум, разум, сердце, душа или логика – все, что может отвечать за то, что слетает с языка, полностью отключились. После я долго не могла понять, что же толкнуло меня на этот бредовый поступок.
Сделав маленький шажок вперед, я храбро спросила:
- А тебе?
Остановившись в дверях, Антон оглянулся через плечо и безразлично спросил:
- Что – мне?
- Тебе доверять можно?
Словно в замедленной съемке, приподнялась правая бровь парня. Он полностью обернулся, внимательно осмотрел меня и серьезно ответил:
- Только в критических ситуациях.
========== Глава 3. Тайна, покрытая мраком ==========
О вкусах не спорят. О вкусах дерутся.
К вечеру гости со стороны жениха совсем обнаглели и давно пересекли границу дозволенного. Нескончаемые конкурсы, подчас с пошловатой тематикой, качественная выпивка и вкусная закуска - все это прибавило людям энтузиазма. И, глядя на веселье одной стороны, к ним начала подтягиваться другая. Родственники жены на поверку оказались такими же веселыми, надо было только, по словам Ивана, «хорошенько подтолкнуть на темную сторону». Сам дядя не пил, так как был за рулем.