Страница 49 из 52
Штурм Цзиньжоуского перешейка продолжался 3 дня. На второй день в залив Цзиньчжоу даже просочились пара небольших японских канонерок и четверка миноносцев, пытавшихся обстреливать левый фланг русской бригады, защищавшей перешеек. Тяжёлый бронепоезд с четырьмя 120-мм орудиями, собранный на Обуховском заводе, не мог справиться со всеми противниками сразу, но смог прекратить обстрел прибрежных позиций армии, и Дубасову пришлось посылать пару быстроходных крейсеров, чтобы ликвидировать угрозу в корне. Правда, к подходу крейсеров одна канонерки таки подорвалась на выставленных в заливе ещё в начале войны минах, а вторая к этому времени уже оттянулась подальше, чтобы оказаться вне радиуса действия орудий бронепоезда. На второй день японцам удалось на своем правом фланге захватить часть первой линии траншей. Но на этом собственно их успехи и заканчивались. А с окончанием штурма японцам пришлось отойти на свои позиции, освободив захваченную часть первой русской траншеи.
После беспокойной ночи, связанной с подрывом броненосца "Альбион", в полдень английская эскадра ушла из Чемульпо на запад. Двигалась она неторопливо и зигзагом, гоня тем самым перед собой два русских крейсера из передового дозора. Намерения англичан были непонятны, потому оказаться между молотом и наковальней, то есть между японской и британской эскадрой командир русского дозора совершенно не желал. В Чемульпо остался поврежденный броненосец и крейсер "Ифигения". Движение британцев на запад позволило японскому конвою беспрепятственно выйти из порта и переместиться в Циннампо. Отряд русских контрминоносцев во главе с "Новиком", отправленный из Дальнего, подошел к Циннампо поздно и был отогнан от корейского порта превосходящими силами врага.
В дальнейшем британская эскадра также неторопливо смещалась на запад к Вейхайвею, продолжая создавать не ясную угрозу порт-артурской эскадре. Поэтому наместник Алексеев отдал приказ своей эскадре не отходить далеко от Дальнего, тем более, что из Вейхайвея к англичанам подошли миноносцы и ещё один крейсер. Создалась крайне нервозная обстановка. Что будут делать британцы, было не известно. Фактически они могли ходить где угодно и сколько угодно в нейтральных водах. И британская и японская эскадры каждая были слабее одной русской, но обе броненосные группировки были быстрее русской, а вместе - ещё и сильнее.
Попадать между английской эскадрой и японским конвоем адмирал Алексеев совершенно не желал. Чёрт знает этих британцев. Вот они то точно не станут заявлять о своих намерениях до того момента, как начнут действовать. А когда перед адмиралом предстал капитан-лейтенант Гадд и рассказал об успешной атаке британского броненосца, Алексеев вообще схватился за сердце. Капитан "Щуки" был отправлен под домашний арест, который, правда, не продлился всего час. За Гадда вступился адмирал Дубасов. Ведь что по сути получилось? "Щуку" отправили в Чемульпо, при этом её капитана ознакомили с шифровкой о нападении британцев на 3-ю русскую эскадру. К тому же никаких запретов ему не ставили. И капитан действовал в силу своего разумения в создавшейся ситуации. Более того, он, если верить его словам, провёл атаку на британский броненосец идеально. Если сейчас его отстранить от командования, то подводную лодку вообще нужно ставить на прикол, ибо фактически командовать ей просто некому. Да ещё потом сам Алексеев отозвал лодку от Чемульпо, где она могла рассчитывать на удачную подводную атаку на японский конвой. И кто во всем этом виноват? А поскольку капитан-лейтенант так и не сказал никому из команды, кого же они атаковали ночью, то выходит, что никто кроме капитана "Щуки" достоверно рассказать не может, что было в Чемульпо. В этом случае место подлодки сейчас не в порту, а в море. Ну разве что стоит на неё жандарма отправить, хоть это у моряков и непринято, чтоб провёл соответствующую работу, и ее экипаж в дальнейшем держал язык за зубами. Так что капитан-лейтенант был отправлен на свой корабль, с приказом идти в Порт-Артур и немедленно подготовить лодку к следующему походу. В столицу об атаке "Щуки" на британский броненосец сообщать не стали из-за опасности утечки информации. После решения этих вопросов наместник уехал из Дальнего в Порт-Артур.
Потенциально опасные маневры британской эскадры в Желтом море крайне нервировали не только адмиралов в Порт-Артуре, но и Санкт-Петербург. На официальный русский запрос в Лондон о целях нахождения эскадры в Желтом море британцы ответили, что проводятся плановые учения. А на упоминание о том, что вообще-то это зона боевых действий, Лондон ответил, что корабли Королевского Флота могут находиться там, где им угодно.
На внешнем рейде Порт-Артура после недолгого периода затишья , во время которого была вроде бы вытралелена большая часть японских мин опять обнаружились новые минные постановки. К сожалению, обнаружилось это только после подрыва на минах транспорта с углем, отправленого из Порт-Артура в Дальний.
В этих условиях адмирал Алексеев видимо решил, что бережного Бог бережет, и что он всего лишь наместник Квантуна, а не всего Дальнего Востока. Поэтому на переход японского конвоя к устью Ялу он отреагировал запоздало и весьма ограниченными силами. На создание проблем для высадки японцев была отправлена восьмерка миноносцев с "Новиком" во главе. Вот только японцы тоже не дремали. Русский отряд был перехвачен за десяток миль до зоны высадки и потерял в начавшемся бою миноносец "Скорый". Второй быстроходный отряд из 4-х крейсеров также не смог подобраться к разгружающемуся японскому конвою. Более того, британская эскадра, болтающаяся к море, постепенно и неторопливо стала смещаться в сторону устья Ялу.
В итоге нерешительность наместника Квантуна позволила японцам за 5 дней в авральном порядке и с помощью массы корейских и китайских рыбацких лодок высадить привезенные войска со снабжением и уйти в Циннампо. И только полученное из столицы выражение неудовлетворение от Императора заставило наместника Квантуна отдать приказ Дубасову двинуть свои броненосцы к корейскому порту Циннампо и Чемульпо. Вот только японцы покидать рейд Циннампо не торопились. А организовать правильный эскадренный бой там не удалось из-за особенностей гидрографии района. К тому же японцы привели с собой значительное количество миноносцев и дестроеров, которых и выпустили в ночь на русскую эскадру. За эту ночь японцы совершили несколько массовых минных атак на русские корабли, две из которых увенчались успехом. Был потоплен миноносец "Лейтенант Бураков", который принял на себя выпущенную в броненосец "Цесаревич" самоходную мину. И одна мина попала в броненосец "Севастополь". Но команда "Севастополя" по-хорошему отделалась легким испугом. Мина шла высоко и попала в главный броневой пояс. Броненосец потерял одну броневую плиту главного пояса, и у него открылась небольшая течь в трюме. И все! Не считая, конечно, несколько раз завязывавшихся в море схваток между русскими и японскими миноносцами. А утром на горизонте была обнаружена английская эскадра. В этих условиях адмирал Дубасов принял решение, что рисковать и оставаться всей эскадрой у корейского побережья ещё на одну ночь не стоит. Оставалось признать, что японцы на пару с англичанами переиграли русских адмиралов. Соваться всей эскадрой в мелководный Циннампо, изобилующий мелями и вероятно минными постановками смысла не имело. Поэтому Дубасов увел свою эскадру в Талиенванский залив, но на полпути выпустил на охоту миноносцы с "Новиком" и запросил по радио выход в море "Щуки" и пришедшего в Порт-Артур "Сома".
Японский конвой вышел из Циннампо на следующий день утром. При этом ночью два отряда японских миноносцев пытались прорваться в Талиеванский залив, но были обнаружены патрульными кораблями и отогнаны с потерей как минимум одного контрминоносца, который подорвался на минном заграждения. По получении известия о выходе конвоя из Циннампо Дубасов выпустил на охоту все 4 быстроходных бронепалубных крейсера первого ранга и "Баян". Английская эскадра к этому времени ушла от корейских берегов. В дневное время ближе 12 миль к конвою русским крейсерам и миноносцам подобраться не удалось. Оставалось ждать ночи и сопровождать в отдалении японцев.