Страница 21 из 52
В беседку вбежала всеобщая любимица фокстерьер Лика. Подарок Александэра. Вбежала и улеглась у ног. Морда грязная и хитрая, язык вывален, лапы грязные. Не иначе опять где-то мышковала. Михаил потянулся к собаке. Лика откинулась на спину и благосклонно подставила пузико под почесывание. Ну да, и грудь с пузом тоже грязная. Получив свою долю ласки, фоксятина улеглась на бок, растянулась и закрыла глаза. А Михаил продолжил размышления.
С экономикой в стране после начала войны пока обстояло более менее прилично. Отказ от размена рублей на золото на время войны в целом кредиторами был оценен негативно, но они похоже смирились. Зато внутри Империи приостановка размена прошла почти без проблем, хотя цены на импортные товары и товары, содержащие большую долю импортных компонентов несколько поднялись.
К сожалению, французский кредит обошелся дороговато. Но тут ничего не поделаешь. А вот то, что были похоже потеряны около 200 миллионов рублей золотыми монетами, находившимися в обращении, как и предупреждал Коковцев, было обидно и досадно, но это являлось платой за отказ от золотого рубля, введенного Витте. Население и компании это золото придержали. Только 5 человек в Империи знали, что отказ этот не временный, пока идет война, а окончательный. Даже Председатель Государственного Банка пока не в курсе. После окончания войны предполагалось вернуться к псевдосеребрянному обеспечению рубля. Тем более, что закон от 1810 года о том, что рубль равен 4 золотника 21 доли чистого серебра так юридически и не отменен, несмотря на то, что было введено золотое обеспечение рубля. Вот такая юридическая колизия!
Вообще-то имелась надежда на то, что потеря золота в монетах не окончательная, а временная. Вывоз золота на границу частными лицами и компаниями теперь сильно ограничен, а фактически прекращен, так что возможно значительная часть золота потом тем или иным способом вернётся в казну. Нельзя контрабандой вывезти такое количество металла. 200 миллионов - это по нынешним меркам объём, превышающий четырехлетнюю добычу золота в Империи. Но все же отказ от золотого рубля - это лучше, чем выплачивать в золоте 5 миллиардов внутреннего государственного долга. Вместе с внешним госдолгом и другими обязательствами, гарантированными казной, выходило, что русская казна должна своим кредиторам сумму, равную почти половине всего золота, которое вообще было добыто в мире до настоящего момента. Однако эта потеря имела неожиданный и парадоксальный положительный момент. Теперь Минфину просто для восстановления объёма денежной массы в стране можно было почти безболезненно эммитировать бумажные деньги на ту же сумму. Это формально, а фактически печатать деньги придётся по мере необходимости, не обращая внимание на прежние условности.
Конечно, внутренние долги золотом не часто выплачивались, а все шло за счёт положительного торгового баланса страны, но от этого было не легче. Витте, этого гаденыша, конвертировавшего фактически бумажный внутренний госдолг в золото, трогать пока было нельзя до окончания войны и до объявления, что возврата к золотому рублю больше не будет. Снятый со всех постов, он продолжал присутствовал на заседаниях Государственного совета, но ничего уже не решал. Однако при каждой встрече с ним у Михаила чесались руки пристрастно допросить этого бывшего Министра финансов Империи, как же он пошёл на введение золотого рубля. Ведь как он заливался соловьем о преимущестах золотого обращения, когда в 1900-1901 годах преподавал Михаилу экономический курс. Не один Витте, конечно, накопил такой большой госдолг, хотя и его роль в этом была немалой. Но именно он конвертировал этот долг в золото. Правда открылась перед самой войной. В декабре прошлого года удалось раскрутить Коковцева на откровенный разговор. Тут все и начало выплывать. Витте ухитрился увеличить госдолг при вводе золотого рубля более чем на миллиард рублей просто за счёт смены металла обеспечения, если считать в серебре. Золотая валюта в России была выгодна для банков, в первую очередь для иностранных, и прочих держателей капитала. А также для стран, которые ранее перешли на обеспечение валюты золотом. Для стран-кредиторов золотой стандарт был неплох, а вот для стран-должников, одним из которых была Россия, а также для стран с большой долей сельско-хозяйственного производства в ВВП - золотая валюта являлась финансовой удавкой. Да и как может быть хорошим обеспечением для России металл, которого всегда не хватает? Его не хватает не России, а всему миру. Огромные капиталы финансистов в тех же Франции и Британии не были обеспечены золотом. Они были обеспечены долгами стран и компаний должников в бумажной форме. Эдакое бумажное золото. А само золото будет только дорожать, поскольку его всегда не хватает. При золотом стандарте в России объём денежной массы был жестко привязан к количеству золота, имеющегося у казны. Причём количество денег в обороте не соответствовало потребностям растущей экономики. Именно сокращение денежной массы привело к экономическому кризису в 1899 году. На год раньше остальной Европы. А влить в экономику большее количество денег не позволял ограниченный золотой запас Империи. В общем-то денег не хватало ещё до введения золотого рубля. Вследствии этого, а также нескольких достаточно неплохих лет перед этим банки и компании успели навыпускать собственных векселей, которые по утверждению Коковцева являлись этакими квазиденьгами, и набрать кучу долгов. А потом в 1899 году с началом кризиса вся эта бумажная пирамида рухнула, поскольку эмитенты и заемщики не смогли расплатиться по долгам. Залоги под выданные кредиты вдруг оказались недостаточными, особенно когда в качестве залога выступали ценные бумаги, рынок также ценных бумаг рухнул, и пострадали очень многие. Постоянно растущая в течении нескольких лет экономика похоже приучила всех, что так будет всегда. Но это оказалось миражом.
Страну откровенно затаскивали в финансовую кабалу иностранные банкиры. Это стало понятно не сразу даже Коковцеву, пока он пребывал в должности товарища Министра финансов. А потом... Потом список злоупотреблений Витте и его помощь банкам с иностранным капиталом и просто иностранным компаниям в России постепенно встала перед Михаилом во всей своей неприглядности и отвратительности. Так что Александэр был в чем-то прав насчёт того, что нельзя позволять лишнего иностранцам в экономике. И похоже он прав насчёт возникающих в Империи крупных монополий с участием иностранного капитала. Бороться с этим пока было не с руки, но на "Продамете" Михаил уже немного отыгрался. "Продамету", как продавцу металла в основном предприятий юга страны, срезали частично заказ на рельсы для Великого Сибирского пути. Это были объемы для второй колеи на участке от Челябинска до Омска. Все равно с доставкой грузов на этот участок с началом войны начались серьёзные проблемы. Полноценная быстрая прокладка второго пути из-за забитого воинскими эшелонами и военными грузами западно-сибирского участка железной дороги стала невозможной. Так что решение было абсолютно обоснованным. Конечно, строительство не прекратили, но его размеры пришлось сильно сократить как раз из-за проблемности подвоза грузов для строительства. Так что в основном сейчас везли рельсы и прочий металл с Урала в том числе по рекам, что было доступным. Часть этих грузов шла в Восточную Сибирь, Манчжурию и Дальний Восток. Представители "Продамета", а фактически представители франко-бельгийского капитала, конечно, сразу бросились к своим покровителям. Начались всякие интриги, но Михаил с Коковцевым были непреклонны. Да, паровозы и вагоны сейчас очень нужны. А вот рельсов и скреплений - избыток. Война, форсмажор.
К сожалению, сейчас приходится тратить огромные деньги на не нужную России войну. Михаил не раз уже вспоминал с благодарностью своего покойного ПапА, которому в начале 90-х годов пришла в голову мысль реконструировать Пермские пушечные заводы. Причём и в этом деле ухитрился поучаствовать Александэр. Как и почему, достоверно неизвестно, хотя он вроде и говорил, что для него это была совсем не нужная нагрузка. Производительность завода в Перми в те годы была значительно увеличена, и сейчас завод выпускал так нужные Империи орудия и снаряды. Но даже с этим заводом орудий явно не хватало. Конечно, сейчас война и потому заказы сильно увеличены, а потом настанет мирное время, и потребность упадёт, но... Но нет-нет, а Михаил уже подумывал о том, что неплохо было бы иметь в России ещё один орудийный завод. И не только орудийный. Да, в мирное время немалую часть военных мощностей придётся потом ставить на консервацию, но это неизбежно в любой стране. А если действительно те же новые полевые гаубицы себя покажут в войне, то почему бы их не продавать за границу? Рынок этот, конечно, очень не простой, и контролируется несколькими сильными европейскими концернами, но ведь на рынок стрелкового оружия Александэр как-то пробился. И не только пробился, но чуть ли не стал там законодателем мод. Так что нет ничего невозможного. Русские себя ещё покажут! И Михаил сам приложит к этому свою руку. В конце концов очередное перевооружение в полевой и крепостной артиллерии только началось. Так что шансы вклиниться на этот специфический рынок наверняка есть. Пока же пришлось в начале войны вместо экспорта отправлять делегацию во главе с братом Сандро Сергеем к Круппу для закупки его гаубиц. И все потому, что та же Мотовилиха пока производит всего по 16-18 гаубиц в месяц. Производство пока набирает обороты. Великого Князя Сергея Михайловича Михаил так и не назначил главой всей русской артиллерии, из-за чего Сандро иногда ненароком выказывал некоторое недовольство. Ничего! Не видит Михаил пока в Сергее замену его отцу Михаилу Николаевичу. Но если тот покажет себя в настоящей работе, то дверь перед братом Сандро не закрыта. Конечно, поддержка клана Михайловичей Императору нужна, но это не значит, что на столь важный пост как фельдцейхмейстер нужно назначать просто по принадлежности к клану.