Страница 5 из 13
Рам непроизвольно схватил себя за коротко стриженные волосы! Это была привычка его друга Алессандро, когда он находился в отчаянии, и сейчас молодой человек понял, что невольно подражает ему. Он тоже был в отчаянии. Рам постарался взять себя в руки.
– Я же писал ему! – воскликнул он. – Я писал, что не женюсь на сестре! Он знает, что это вырождение нашей семьи! Я же все сообщил! Почему, Пха Нам?
– Наверное, он не поверил. – тихо ответил советник, не поднимая головы.
Добавить тут было нечего. Традиции уходили своими корнями на много веков назад, изменить что-то казалось невозможным….
Рам не хотел, чтобы его дети рождались слабыми или мертвыми. Он хотел нормальную восточную семью…. А вот жить он хотел в Венеции….
– Ты свободен, Пха Нам….– слова были почти неслышны, но советник поклонился и попятился к двери. Когда он подошел к ней, то тихо добавил.
– Вы знаете, что мне иногда снятся вещие сны, мой принц! После приезда сюда вы всегда снились мне в темноте. Несмотря на ваши достижения и признание, в Венеции вас окружает чернота, с которой вы не в силах бороться. Как-будто она изнутри поедает вас, делая все черствее и агрессивнее. А сегодня я впервые увидел рассвет, увидел солнце, которое встает над вами! И вот приходит письмо! Я думаю, что это знак. Чтобы солнце продолжило освещать ваш путь, вы должны вернуться!
Пха Нам договорил и тихо вышел за дверь. Рам закрыл глаза и постарался успокоиться, делая глубокие вдохи и выдохи, как во время боевых тренировок, но не получилось. Он встал из-за стола и подошел к окну. Рам, как и Пха Нам, обладал сильно развитой интуицией. Только вот ему она подсказывала совсем другое. Он должен остаться в Венеции! Внутреннее чутье кричало ему об этом.
Он построил свой дворец на краю города, и выбрал это место, так как отсюда открывался потрясающий вид на море. И солнце сейчас как раз заходило, заставляя переливаться водную гладь потрясающими оттенками розового и пурпурного. Такие цвета Рам видел только здесь. Его всегда успокаивала эта картина, заставляя не так остро чувствовать свое одиночество.
Рам продолжал напряженно думать…. Ему надо вернутся на родину? Хорошо! И что он будет там делать? У отца 10 лет назад уже было больше двадцати детей, сколько сейчас, он не знал. Да и земли в Сукхотайе не хватит, чтобы наделить ею всех своих отпрысков! Он понимал, что король предоставит ему провинцию в управление. Крестьяне на его земле будут возделывать рис и стоить храмы, а он будет сидеть в своем доме и ничего не делать!!! Ах, да, жениться он будет! С периодичностью раз в год! Точно! Его вера позволяет ему иметь много жен, и чтобы всех их обслужить понадобиться время. Вот он и нашел, чем займется!
Рама даже затошнило от этих мыслей. Ему и одну то жену найти чертовски сложно… Его тревожные мысли прервал осторожный стук в дверь.
– Войдите, – крикнул он, оборачиваясь. Это был Чианг Май, его дворецкий в этом доме, один из немногих слуг, говорящих по венециански. Это было необходимо, так как он встречал гостей, Чианг Маю пришлось выучить необычные для него обязанности.
– Мой принц. К вам пришел маркиз Гавани…. – слуга почтительно склонился и сложил руки у груди.
– Проводи его сюда, Чианг Май.
Рам улыбнулся и расслабился. У Алессандро был такой легкий характер, это как раз то, что ему сейчас необходимо. Друг ему всегда помогал.
Гавани ворвался в комнату как вихрь, заполнив пространство своими шестью футами роста. Черные шоссы идеально сидели на его длинных мускулистых ногах, сюрко из бардового бархата подчеркивало широкие плечи, заставляя оборачиваться вслед многих женщин.
Алессандро был очень красив. Так, что это даже пугало. Перед ним не могла устоять ни одна женщина, будь она замужем или нет. У него были пронзительные зеленые глаза и прямой аристократический нос, пухлые губы складывались в обворожительную улыбку, и появлялись ямочки на щеках, которые придавали ему вид грешного ангела.
В свои 22 года в его постели побывала уже половина женщин Венеции, но молодой человек останавливаться не собирался! Это было поводом для постоянных шуток Рама, так как он относился к этой стороне своей жизни более чем осторожно.
– Привет, друг мой! – заявил Алессандро, разваливаясь в удобном кресле и вытягивая длинные босые ноги. – Господи, это единственное место в городе, где я должен снимать свою обувь. Ты когда уже откажешься от этой своей вредной привычки, скажи мне, а?
– Добрый вечер, Гавани! – ответил улыбаясь Рам, садясь напротив. – Думаю, никогда. И я говорил тебе это уже тысячу раз.
Они уже давно легко чувствовали себя в обществе друг друга и не соблюдали никаких принятых в обществе норм поведения.
– Ты куда-то собрался? – спросил Рам, разглядывая нарядно одетого друга.
– Вообще-то собрался! И вместе с тобой! Ты что, не помнишь? Сегодня бал-маскарад у графа Морозини! – Алессандро удивленно посмотрел на него.
– Точно! Ты что-то такое говорил неделю назад, а я забыл!
– Вот так всегда! Между прочим, сегодня у них театральная постановка по Плавту «Хвастливый воин». И актеры приехали из Рима! Будет много народу и много новых лиц!
– Нельзя как-нибудь без меня? – Рам с робкой надеждой посмотрел на друга.
– Нельзя! Карнавал уже месяц как начался, а ты еще ни на одном представлении не был! Тебе даже карнавальный наряд не нужен! Пойдешь в своем халате! – Алессандро был непреклонен. – Сегодня я намерен обязательно тебя с кем-нибудь познакомить!
– Только этого мне не хватало для полного счастья! – Рам поднял глаза к потолку.
– Ну да! Ты не устал от одиночества, друг мой? – Гавани вдруг стал серьезным. – Я столько раз пытался найти тебе подружку для развлечений, а ты все время упираешься!
– Я не упираюсь. Мне просто никто не нравится!
– Ага! Я помню, что ты сказал про красивую вдову графа Веньер! Что от нее пахнет нечистотами!
– Но от нее действительно плохо пахло. – Рам улыбнулся, а Алессандро возмутился.
– Ты знаешь, какая она оказалась в постели? Она выжала меня как лимон! Я потом целую неделю в себя приходил. Чертовски темпераментная!
– С чем тебя и поздравляю! Не боишься, в конце концов, подцепить какую-нибудь болезнь? – Рам уже устал от постоянного стремления друга с кем-нибудь его свести. Он и сам думал, что это ненормально, но поделать ничего не мог. Он представлял как дотрагивается до них и его передергивало от отвращения. Или они до него дотрагиваются. Женщины здесь не боялись сделать первый шаг. Особенно во время карнавала, скрыв свои лица под масками. Они открыто начинали приставать к нему, прижимались и поглаживали. Впечатление это производило на Рама совсем обратное. Его это отталкивало.
Он даже под пытками никогда не признается другу, что у него вообще еще женщины не было. В Сукхотайе Рам уже засматривался на одну невольницу во дворце, когда его послали на другой конец земли. Тогда ничего не успело получиться.
А после окончания университета он пытался построить свою жизнь и был слишком занят делами, чтобы обращать внимание на женщин. А когда он был сам готов к охоте, то с удивлением понял, что охотиться стали на него. Ему едва хватало изворотливости отказать, чтобы настойчивые дамы не обиделись. Богатство, молодость и титул иностранного принца делали его желанным трофеем для многих семейств Венеции.
И конечно, главная причина была в нечистоплотности венецианок.
– Ладно, я понял. – Алессандро махнул рукой. – Не буду тебя ни с кем знакомить, обещаю! Но у тебя час на сборы. Не хочу пропустить постановку Плавта. Мне он всегда нравился. И прошу, не надевай свой саронг, ходи в нем дома! Оденься как нормальный венецианский патриций! А то привлекаешь к себе слишком много внимания.
– Не саронг, а панунг! – Рам с удивлением рассмеялся. – Давно ли тебе перестало нравиться внимание?
–– Сегодня не хочу привлекать внимание. Еду только из-за постановки! У Морозини сегодня бал для дебютанток, ловить там нечего. Жена же мне не нужна!