Страница 76 из 100
12
Полгода назад босс получил информацию об одном полковнике из Министерства обороны, который подрабатывал на жизнь тем, что тайком продавал химическое оружие, запрещенное "к употреблению", но еще не уничтоженное, в страны Африканского континента, которым все международные конвенции и запреты были до глубокой фени. Пользуясь своим положением военного инспектора, полковник в качестве взяток великодушно принимал бочки иприта, зарина, замана, фосгена и не брезговал даже противогазами и костюмами химической защиты. Таким макаром он наскреб себе на готический генеральский замок в Подмосковье, четыре шикарные иномарки для каждого члена семьи, ежемесячные поездки с супругой за границу и солидное обеспечение собственной старости. И так бы и ушел он на заслуженный отдых, не беспокоясь уже ни о чем до конца жизни, если бы не мой босс, который каким-то образом раскусил его и лишил всего. Полковника, конечно, не посадили - слишком большие чины наживались на его незаконной деятельности, но должность, дачу и обеспеченную старость ему пришлось потерять. Злой на весь свет, он недолго страдал и мучился, а сколотил банду уголовников и открыл фирму по травле тараканов с широкой сетью филиалов по всей Москве. По образованию он был химиком, знал все химические заводы, работающие на военную промышленность, и ему нетрудно было осуществлять свою затею. На него работала целая группа молодых военных химиков, которых он переманил деньгами из министерства, они изобрели тот самый препарат со снотворным и испытывали его на бомжах, которых бандиты в неограниченном количестве вылавливали на подмосковных свалках.
Но самое интересное, что он так и не понял, кто его вывел на чистую воду, то бишь погубил всю его красивую жизнь. Просто однажды к нему подошел с желтым от волнения лицом непосредственный начальник и посоветовал завязать. Он же и показал ему однажды человека, который якобы был причастен к его краху. Это было сделано мельком, в суете коридоров Военной прокуратуры. Ни начальник, ни он не знали, кто это такой, как его зовут и где его искать, но астенического очкарика с огромной кудрявой головой полковник запомнил навеки и поклялся положить остаток жизни на то, чтобы найти его и уничтожить. А потом появилась я и начала путать все карты. Когда Виктор случайно узнал мой голос, они обрадовались удаче и решили выяснить, что я собой представляю, прежде чем убрать совсем. Те двое, что привозили препарат в нашу башню, имели при себе встроенные в пуговицы фотоаппараты. Когда полковник увидел фотографии, он чуть с ума не сошел от счастья. Наконец-то пробил час расплаты, подумал он, и приказал поймать очкастого негодяя и доставить к нему. А тут как раз и мы с боссом собрались их ловить... В общем, все сошлось самым наилучшим образом. Но босс, как всегда, оказался на высоте, и справедливость восторжествовала полковник все-таки сел в тюрьму. Подручные его разбежались, как тараканы, по всем углам нашей необъятной родины, и никого из них так и не нашли. А я теперь при виде объявлений о травле тараканов каждый раз вздрагиваю и вспоминаю, как ползли по мне эти несчастные отравленные насекомые...
Глава пятая
КАРМИЧЕСКИЙ КРЕСТ
Очень скоро мне-таки представилась возможность немного приблизиться к тайне своего босса Родиона. Я уже вполне освоилась с новой жизнью и почти не прилагала никаких усилий к тому, чтобы скрывать от окружающих свои недюжинные способности - все происходило само собой. До сих пор я не имела точного представления о том, кем Родион являлся, помимо обычной ищейки. У меня постоянно возникали в голове вопросы, но спрашивать я стеснялась. Да и знала, что прямо он все равно не ответит, а выглядеть идиоткой как-то не хотелось. И я лишь молча наблюдала за ним, собирая по крупицам разрозненные факты, пытаясь сложить их в какую-нибудь определенную картину. Но четкий портрет Родиона все никак не вырисовывался. Он старательно играл роль этакого простого частного детектива, а я - простой его секретарши. Так мы и играли с ним дуэтом, делая вид, что ничего странного не происходит. Его, судя по всему, это вполне устраивало. К тому же он вряд ли догадывался о том, что и я что-то скрываю. По крайней мере, мне хотелось так думать. На всякий случай я всегда была готова к тому, что в один прекрасный день, поддавшись хорошему настроению или, наоборот, плохому, он возьмет и заявит, что давным-давно знает и о Пантере, и об Акире, и еще кое о чем, о чем даже мне самой неизвестно. С него вполне могло статься. В его глазах, всегда загадочно поблескивающих за стеклами очков, таилась бездна; казалось, он знает ответы на все вопросы, а если не знает, то в курсе, где эти ответы можно достать. И я была даже признательна ему, что он не позволял мне заглядывать в эту бездну, - так мне жилось спокойнее.
Родион, кстати, совсем не боялся демонстрировать свои возможности. Если было нужно для дела, он свободно пользовался помощью своих "однокурсников", которых я до сих пор ни разу не видела в глаза, и они беспрекословно выполняли все его просьбы. Это были и сотрудники отделений милиции, и ОМОНа, и какие-то шишки с Петровки, 38, и большие товарищи из ФСБ. Каким образом он исхитрялся привлекать их всех на свою сторону - для меня по-прежнему оставалось загадкой. Только однажды, когда похитили Валентину, он сгоряча проговорился, и я поняла, что существует нечто вроде тайного общества однокурсников босса - молодых работников силовых структур. Готовясь навести порядок в стране, они будто бы собирают сейчас информацию обо всех и вся, и нет ничего такого в стране, о чем бы они не знали. Тогда же у меня возникло сильное подозрение, что Родион является ни больше, ни меньше как руководителем этой тайной организации. Но это были всего лишь мои, ничем не подкрепленные домыслы. Всей же истины я не знала. И вот однажды...
Родион, как обычно, проводил в офисе дни и ночи в буквальном смысле, потому что жил здесь же, на третьем этаже, а мы делали все, чтобы он не чувствовал себя забытым и одиноким. Валентина старательно ухаживала за ним, готовила и убирала, не высказывая вслух своей затаенной симпатии к нему, а я, как мне казалось, выполняла за него всю работу по детективному агентству: вела несложную бухгалтерию, принимала клиентов и, собственно, раскрывала дела, рискуя здоровьем и жизнью. Босс же только ставил свою вычурную подпись на контрактах и тратил заработанные моими потом и кровью деньги. И еще он иногда ненадолго отлучался по своим тайным делам, но всегда сообщал нам, когда вернется, и приезжал в точно указанное время. Мы с подругой привыкли, что босс постоянно сидит в своей будке, когда мы приходим утром на работу, и, когда его там вдруг как-то не оказалось, мир перевернулся для нас вверх ногами.