Страница 74 из 100
Миша положил трубку в бардачок.
- Между прочим, Сенькина бригада у нас самой крутой по части физических разборок считалась. Это ты Сеньке туфлей в коленку попала. Так что Витек сразу все просек. И другие поймут, если узнают. - Он шмыгнул носом и отвернулся. Ну, как со мной теперь? Кончай уже, не тяни...
- Твоя жизнь мне тоже не нужна. Скажи еще: как Витек выходить будет, если соберется? Не через парадный же вход - там охрана.
- Витек? - Он усмехнулся. - Он везде щель найдет. Сквозь стену пролезет, если надо. Мы ведь домушники, не забывай.
Я завела машину, медленно выехала из укрытия и начала, стараясь держаться подальше, объезжать дом, присматриваясь к решеткам над подвальными окнами, утопленными в земле. Во время третьего круга наконец увидела, что хотела: решетка над нишей у окна с другой стороны от входа поднялась и из-под нее показалась чья-то голова. Это был Юра. Выбравшись наверх, он воровато оглянулся, приподнял решетку повыше, и оттуда вылез Виктор. За ним еще двое незнакомых парней. Отряхнувшись, они перебежали через дорогу и скрылись на территории замороженной стройки. На проезжающую мимо машину с тонированными стеклами они не обратили никакого внимания. Миша только тоскливо вздохнул, глядя, как его друзья-волки удирают в лес, спасая свои шкуры. Я съехала на обочину и остановилась.
- Позвони шефу еще раз и можешь уматывать. Он тут же схватил трубку, набрал номер и стал ждать. Наконец там ответили, и он проговорил:
- Шеф, это опять я. Ну что, не надумали? Она в последний раз предупреждает... Да она уже около вас и меня держит... Что передать? Хорошо, только боюсь, что вас это не спасет.
Он положил трубку на место и боязливо посмотрел на меня:
- Сказать? Я кивнула.
- Короче, только не расстраивайся, но твоего Родиона уже замочили - так шеф сказал.
Миша умолк. Мне стало плохо. Увидев, что я не набрасываюсь на него, он несмело продолжил:
- Сказал, что теперь тебе нет смысла штурмовать лабораторию. Зуб даю не знаю, блефует он или нет.
Я молчала.
- Ну, это... как со мной-то? Может, я того... пойду?
- Убирайся.
Он ушел. Я осталась одна. Страшное отчаяние накатило на меня, захлестнуло, горячей волной подступив к горлу, и, когда Миша исчез из виду, из глаз брызнули слезы. Какая же я дура! Зачем устроила этот концерт со звонками? Лучше бы вошла потихоньку, перелопатила бы там всех к чертовой матери без всякой жалости, но зато босс был бы сейчас жив. Пожалела никчемные жизни бандитов, подонков, ничтожеств, и ценой этой жалости оказалась жизнь самого дорогого человека!
Я плакала, пока не кончились слезы. Потом вышла из машины и отправилась убеждаться в том, что шеф не блефовал. Теперь я была готова на все...
11
Не успела я перейти дорогу, как из-за дома, с той стороны, где находился вход в подвал, на большой скорости выехал черный "мере". Впереди сидели двое знакомых мне охранников, а сзади - Шура и второй помощник шефа, которого я видела в Балашихе. Лица у них были напряжены, по сторонам они не смотрели, выскочили на дорогу и умчались в сторону Медведкова, не заметив меня. Похоже, Мише все-таки удалось посеять в их трусливых душах определенный страх, и в лаборатории началась паника. Мне это было на руку. Миша говорил, что там около десяти человек охраны и еще примерно столько же самих "сотрудников". Теперь их стало меньше. Я также знала, что подвал представляет собой длинный коридор, тянущийся подо всем домом, и от него во все стороны расходятся двери. Вход в подвал только один, и внизу около него постоянно дежурят охранники, открывая дверь лишь своим. В какой конкретно комнате находится мой босс, Мишон не знал.
Подойдя к нише, через которую выбрались бандиты, я увидела в окне какие-то коробки и ящики, доверху наполнявшие комнату. Свет внутри не горел, людей видно не было. Приподняв решетку, я спрыгнула вниз. Одна рама оказалась открытой, и я без труда пробралась внутрь. И сразу услышала шаги и крики, доносящиеся из-за закрытой двери. Пробравшись между ящиками, в которых находились какие-то химикаты, я подошла к ней и прислушалась, пытаясь понять, что там происходит. А там, похоже, готовились к обороне.
- Не ссыте, парни! - бодро кричал шеф. - Никому не верьте и слушайте только меня. Мы им всем докажем.
- А как же Сенька? - неуверенно пробасил кто-то. - Он же самым лучшим был...
- Ваш Сенька - олух царя небесного, если с одной бабой не справился! взвизгнул шеф. - Болван он, а мы умные! Не знаю, что там произошло, но какой бы она ни была, пуля ее все равно достанет! Стреляйте, как только увидите...
- А если она ментов наведет? - предположил еще один, стоящий недалеко от двери.
- Не наведет, - уверенно ответил шеф. - Ей этот говнюк живым нужен. Ведь эта сука небось понимает, что если будут менты, то не будет Родиона, ха-ха! - Шеф звонко расхохотался, похоже, подбадривая сам себя. - В любом случае получите месячную плату за сегодняшний день, так что работайте, работайте, парни! Стойте все на своих местах и будьте готовы. В окна она не пролезет - там сигнализация, сразу услышим. Значит, будет ломиться в двери, а это голяк. Она сюда не пройдет.
- И что, до второго пришествия торчать здесь?
- Не ссыте, я сказал! - рявкнул тот. - Сейчас Шура с Котлом людей привезут, они снаружи все прочешут, и ей конец!
- А может, все-таки лучше отдать ей этого козла? - пробубнил кто-то.
- Ты что?! - проревел шеф, приближаясь к двери. - Ты соображаешь, что говоришь, идиот? Этот фраер мой! Пока не заплатит мне за все, будет кормить тараканов!
У меня отлегло от сердца. Значит, босс жив! Все остальное уже не имело значения. Осмотрев дверь, я обнаружила ржавый шпингалет и тихонько задвинула его, чтобы никто не смог войти незаметно. Потом стала изучать комнату. Мое внимание привлекла цинковая труба вентиляции, проходящая по стене у самого потолка. И меня опять осенило. Тихонько составив из ящиков возвышение под отверстием в трубе, я забралась на него, сняла решетку, просунула в пыльную дыру лицо и, надеясь, что трубы разнесут это по всем помещениям, грозным голосом громко проговорила:
- Вы все смертники и сейчас подохнете! В коридоре сразу все стихло, в подвале воцарилась гробовая тишина. Довольная произведенным эффектом, я продолжила: