Страница 5 из 11
Но теперь нужно было собираться в обратный путь. И снова хлопоты. Вскоре первые мили дороги домой были преодолены. В пути думали о разном. Барон Ален и Майкл не могли успокоиться после полученного потрясения. То, что им довелось увидеть, казалось нереальным, но оно было в действительности. И даже родовое имя прозвучало, пусть и непривычно. И покоя это не приносило.
Жюльетт же вспоминала впечатления от всего, что увидела. Турнир был великолепен. Но больше почему-то в памяти вставало лицо молодого де Моррена. А у того рыцаря, которого так уверенно пообещал ей старый Майкл, интересно, глаза будут такие же красивые? Нет, вздохнув, решила девушка, таких глаз нет больше ни у кого на свете. И станут эти глаза с нежностью смотреть на богатую наследницу, которая подарит их владельцу земли. Будет ли эта девушка любить красавца Филиппа так, как он того заслуживает? Жюльетт снова вздохнула. Нет, об этом думать больше не нужно, а то становится слишком грустно.
А на покинутом путниками берегу Луары барон д’Этьен узнал-таки правду. Как оказалось, вскоре после рождения наследника, спустя примерно полгода, у Брэда Лорэла в небольшом селении, находящемся в его владениях, родился еще один сын. Его подарила ему очаровательная Арлет Курсель, которая помогла барону пережить нелегкое время, пока супруга тяжело вынашивала своего первого ребенка.
Брэд мальчика признал. Он назвал сына Франсуа и одарил своим английским родовым именем, которое звучало на французский лад совсем иначе, с ударением на последнем слоге. Брэд уделял мальчику достаточно внимания, а когда тот подрос, дал ему в наставники опытного воина, чтобы обучить воинскому мастерству. Мальчик рос красивым и сильным. Как ни странно, но именно ему, бастарду, достались зеленые лорэловские глаза, да и вообще внешностью он больше походил на оставшегося в Лейк-Касле Ричарда Лорэла, чем на родного отца. Но со временем оказалось, что мальчик унаследовал не только внешность своих предков, но и фамильную гордость Лорэлов. Он не смог смириться с положением бастарда, живущего в селении на земле, которой со временем станет править его сводный брат Кристофер. Достигнув шестнадцатилетнего возраста, юноша покинул родной дом и, получив благословение матери, отправился искать свое счастье. Несколько лет он шатался по стране, познавая вкус сражений. А в девятнадцать, окрепший и набравшийся опыта, он примкнул к дофину Людовику в его походе на Лангедок, который оказался столь неудачным. После своей так хорошо начавшейся и так бесславно завершившейся экспедиции в Англию дофин жаждал военных успехов. Однако и здесь ему не повезло, и пришлось возвращаться ни с чем. Но молодой и отчаянный Франсуа Лорэл был замечен дофином и остался в его личном отряде. Через пять лет дофин стал королем Франции. Людовик Восьмой Лев сразу же кинулся воевать против Плантагенетов, ненависть к которым унаследовал от отца. И он два года упорно отвоевывал их земли, лежащие южнее Луары, страстно желая присоединить их к своему королевскому домену. Во главе его армии стоял Гуго де Лузиньян, женатый теперь на вдове короля Иоанна Безземельного, красавице Изабелле Ангулемской. Он успешно отвоевывал у англичан регион за регионом, но столкнулся с отчаянным сопротивлением в Гаскони. Он осадил Бордо, однако взять его не смог. Здесь ему противостоял его собственный пасынок Ричард Корнуоллский, младший брат короля Генриха. Он был не в пример успешнее брата в воинских делах и сумел сохранить Гасконь для английской короны.
Франсуа были абсолютно безразличны территориальные притязания Капетингов и Плантагенетов. Ему не было никакого дела до королевских амбиций, но были крайне нужны рыцарские шпоры и собственная земля. Этого требовала его гордость. И он добился желаемого – в двадцать семь лет стал опоясанным рыцарем и получил от короля невесту с хорошим участком земли немного севернее Анже. Франсуа Лорэл без промедления женился, забрал к себе в поместье мать и зажил жизнью добропорядочного землевладельца. Жену, старше его годами, некрасивую и не отличающуюся умом женщину, он не любил, но старался быть ей хорошим мужем. Однако не особенно горевал, когда год спустя она умерла, не сумев разродиться ребенком. Через полтора года рыцарь Франсуа Лорэл женился вновь, и этот брак оказался удачным. Жена, милая и любящая Моник, родила ему четверых детей, и первым из них был сын и наследник Филиберт, такой же зеленоглазый, как и он сам. За первенцем последовали две дочери, очень милые девочки, похожие на мать. А последним родился Ренард, которому сейчас был уже двадцать один год. И этот сын явил собой оживший образ своего родного деда – барона д’Этьена. Вот так случается в жизни.
Когда старой баронессе стала известна эта история, она и вовсе упала духом. Ее Брэд, такой всегда милый, ласковый и любящий, преподнес ей неожиданный и довольно болезненный сюрприз. Но жизнь вообще не слишком веселая штука, особенно в старости, философски заключила она и постаралась занять себя хозяйственными делами.
Глава 2
Чем ближе подбирались возвращающиеся из Франции путники к своим краям, тем неспокойнее становилось на душе у барона Лорэла.
– Вас что-то гнетет, милорд? – не выдержав, спросил Майкл. – То, что осталось позади, неожиданно, но не так уж и страшно. Все-таки наш барон д’Этьен был очень красивый мужчина. Удивительно только, как он сумел передать своим незаконным наследникам лорэловские черты.
– Похоже, ты прав, Майкл, – задумчиво согласился с ним хозяин, – другого объяснения не может и быть. Бедная моя мать! Как-то она переживет все это? Слишком много открытий после смерти супруга.
Однако когда они попали в родные края, их накрыли известия и вовсе горестные. И касались они замка Давтон.
Самого Рауля де Моррена, который приехал в этот разрушенный и восстановленный рыцарями Лорэлами замок по воле старого короля Генриха, давно уже не было. Его старший сын Филипп унаследовал замок, а младший, Чарльз, осел после войны двух королей за наследство Плантагенетов во Франции, где сумел получить свои земли и был известен как рыцарь Шарль де Моррен. Однако жизнь Филиппа оборвалась рано. Не дожив и до сорока лет, он погиб в схватке с новыми врагами, обрушившимися на замок. Здесь появились военные отряды дальних родственников уничтоженных когда-то Айтингов, желавших завладеть замком, который они считали своим законным наследством. Их первые атаки удалось отбить общими силами, как это было принято у соседей в пограничье, и на какое-то время установилась тишина. Но потом неугомонные Айтинги вновь стали пошаливать. Они не предпринимали серьезных атак и не пытались больше осадить замок, довольно мощный и хорошо укрепленный, но совершали мелкие нападения. В одном из таких сражений и погиб Филипп де Моррен. Наследником замка остался десятилетний Рауль, единственный мужчина в семье на английской земле. Его поднял на ноги старый Найджел Форест, которому так доверял еще дед мальчика. В девятнадцать лет Рауль женился с твердым намерением дать замку наследника, поскольку бастардов в своих владениях он имел уже по меньшей мере шесть, из них четверо сыновей. Однако в этом ему не повезло. Его жена умерла через пять лет в родах после двух тяжело доставшихся ей поздних выкидышей.
Рауль де Моррен занялся поисками новой жены, поскольку положение его владения было очень неустойчивым. У него не было брата. Самый младший де Моррен родился уже после гибели отца, и его даже не успели окрестить – он ушел за грань жизни вместе с матерью. Оставались две сестры. Старшая Джоанна была уже замужем, жила за Пеннинскими горами и имела двух детей. Младшая Эсти оставалась с братом в замке. Положение Рауля было отчаянным. Наследник, а лучше несколько сыновей, нужны были позарез.
Старого Фореста тоже давно уже не было в живых, и командиром гарнизона остался его наследник Джон Форест, мужчина в расцвете сил, унаследовавший многие таланты своего отца.
Все, казалось бы, было спокойно, но буквально месяц назад на замок Давтон снова было совершено нападение. На этот раз силы противника были немалые и они осадили замок. Рауль сразу же подал условленный сигнал бедствия своим ближайшим соседям – Лорэлам и Кэмпбеллам. Ричард, конечно же, откликнулся на призыв о помощи без промедления. Но достаточными силами он не располагал. Часть людей отбыла с отцом во Францию, и нужно было еще обеспечить надежную защиту Лейк-Касла. И он выступил в поход с небольшим, но прекрасно вооруженным отрядом, оставив родной замок на попечении младшего брата и командира гарнизона.