Страница 57 из 88
Что еще меня стало напрягать, так это периодически бросаемые на меня то изучающие, то подозрительные взгляды Линды и той безымянной красавицы. Первую я еще мог понять — Агата перепутать с другим конем довольно тяжело, если узнаешь его близко, а у меня изменилось только лицо, но комплекция и манеры остались прежние. Но что от меня надо второй? Эти мысли терзали меня еще три недели, пока я впервые не сумел нарисовать линию плетения. Пусть небольшая, пусть толстая и не совсем линия, но у меня получилось! Я выбросил из головы всех этих девушек и занялся магией. К слову сказать, принцессы больше мне не пакостили, но взгляды их становились все более многообещающие.
Еще мы стали посещать занятия на других факультетах, но только те, где изучались плетения, объяснялась их суть и использование. Я старательно все перерисовывал к себе в тетрадку, а дома потом занимался разбором и пытался их создавать. Получалось надо сказать не очень, но с каждым днем мне давалось это все легче и легче, и линии соответственно были ровнее. Однажды на практическом занятии я чуть было себя не выдал. Нас проверяли на то, как мы научились рисовать линии заклинаний, и хорошо, что первым вызвали не меня. Когда преподаватель похвалили одного из учеников за его умение, я сначала удивился, думая, что это ирония, но потом сообразил о своей ошибке. Вторым вызвали орка — вот у кого почти ничего не получалось. Зато у меня появились ориентиры на максимум и минимум умений. Свой уровень я показал немногим лучше орка. Нас и ним пожурили и рекомендовали чаще тренироваться. А на одном из занятий по целительству, я узнал очень интересный факт. Одна из учениц спросила:
— А есть какое-то плетение, что снимает сексуальное желание?
— У тебя оно присутствует, это самое желание? — удивилась преподаватель.
— Нет, — ответила девушка, затем немного смущенно добавила, — у меня его вообще не стало. Это меня спросили.
— Странно, — ответила учитель. — Что ж, сейчас уже можно сказать. Учеба в школе построена таким образом, что в первые три месяца все силы, как магические, так и жизненные, уходят на ваше развитие, тем самым блокируя тягу к противоположному полу. И когда ваше тело осваивается с такими нагрузками, переходя некий рубеж, то оно начинает наверстывать упущенное. Происходит это спустя три с половиной или четыре месяца. И только, если человек одаренный, то это может произойти раньше. Надо будет присмотреться к ученикам.
— Так вот почему три месяца нас никуда не выпускают, — пробормотал я.
Но у учителя оказался отличный слух, поэтому она обратилась ко мне.
— Все верно. Но причины, о которых вам говорилось ранее, тоже имеют место быть.
— Ага, — иронически ответил я, — а если учесть, что подавляющее большинство учеников парни, то вскоре за воротами будет не протолкнуться от девушек разного поведения.
На это мое заявление все засмеяли, а орк замотал головой, что все притихли и посмотрели на него.
— А я уже думал, что меня кто-то проклял, — донесся до нас его голос.
Через секунду все поняли смысл фразы и уже захохотали, в том числе и учительница, и сам Сардык.
— И сколько будет идти это самое наверстывание упущенного? — спросил я.
— Не более пяти дней, — с улыбкой ответила преподаватель.
— Хорошо, что не три месяца, — серьезным тоном сказал я, — иначе почти все девушки и женщины покинули бы столицу.
Под новый хохот закончилось это занятие. Я же для себя сделал вывод, что не занимайся я самостоятельно, да еще и усиленно, то пришлось на полном серьезе искать возможности выхода за пределы школы. За две недели до окончания нашего затворничества в школе, я наконец-то смог самостоятельно нарисовать плетение света. Оно было самое простое, и все маги начинали с него, как артефакторы, так и целители, и боевики. Оно могло внедряться в любую заготовку и при подаче маны, она светилась. Можно было влить в него свою ману, тогда амулет светился, пока не закончится энергия. При использовании в заготовке накопителя, работал до полного его опустошения. Никакого отключения в этом заклинании не предусмотрено, поэтому чтобы отключить, надо просто отсоединять накопитель. На радостях я три дня ничего не делал и только потом вспомнил о словах учителя факультета целительства. Возобновление нагрузок лишь немного снизило тягу противоположному полу, поэтому я все чаще стал ходить в ту часть школы, где никогда никто не ходил, и рассматривал защитный барьер, чтобы найти возможность сбежать в город.
В этот раз я решил осмотреть другую часть, может быть, там найду какой изъян. Вышел я, как всегда вечером и под амулетами. Частое их использование привело к тому, что те почти разрядились, хорошо, что нас уже научили сливать ману в накопители, чем я и занимался каждый день перед сном. Идти пришлось через дома боевого факультета, поэтому, чтобы не попасться на глаза охране принцесс, я обходил эту часть по кругу. Вдруг из открытого окна дома, мимо которого я проходил, раздались сладострастные женские стоны. Воображение тут же нарисовало соответствующую картину и я, не сдержавшись, подкрался к окну и заглянул вовнутрь.
Действительность оказалась другой, чем в моем воображении — девушка была одна и сама себя ласкала. Желание настолько выросло, что я, отбросив все разумные доводы, запрыгнул в комнату, прикрыв за собой окно. Девушка уже ничего не слышала, поэтому я принялся ей помогать. Она одернула свои руки и испуганно посмотрела на меня, затем удивленно осмотрелась вокруг. Ее возбуждение и мои ласки сделали свое дело и спустя пару часов она, потеряв сознание, откинулась на подушку. У меня тоже схлынуло это состояние постоянного возбуждения, и я с ясной головой отправился к себе.
А через два дня Сардык сообщил мне сногсшибательную новость — у нас в школе завелся призрак или невидимка, который по ночам приходит к девушкам и домогается их. В результате чего они на пике удовольствия теряют сознание. Тут я не выдержал и захохотал. Смех пробрал меня настолько, что остановится я не мог, и начал успокаиваться только тогда, когда начал побаливать живот. За это время к нам подошли еще ученики и спрашивали про мою истерику. Орк им говорил причину моего смеха, те непонимающе глядели на меня, рождая во мне новые волны хохота.
— Сардык, — успокоившись, сказал я, — ну что ты веришь в разные выдумки.
— И ничего не выдумка, — заявила одна девушка, — он к моей подруге приходил, так она до сих пор с мечтательной улыбкой ходит.
И она посмотрела назад и влево. Там действительно стояла девушка, вот только на лице была не улыбка, а гримаса неудовольствия.
— По-моему у нее выражение недовольства, а не мечтательности, — заметил я.
— Так это потому, что сегодня этот призрак не приходил, — ответил кто-то, кого я не смог разглядеть.
В этот раз засмеялись все, кроме этой самой подруги, которая смутилась и покраснела. «Неужели и в самом деле она так алеет, что сегодня „призрак“ не приходил?», — проскочила у мен мысль. Успел заметить, как к нам приближаются наследницы, но в этот момент пришел преподаватель и началась новая лекция. День прошел, как и все предыдущие, и вот мы с Сардыком идем в столовую.
— А все-таки было бы очень хорошо поймать этого невидимку, — немного мечтательно сказал орк.
— На кой он тебе сдался? — он удивленно посмотрел на меня, затем стукнул по лбу.
— Я совсем забыл, что ты ничего не знаешь, — начал просвещать он меня. — У нас орки могут брат несколько жен, но при одном условии, — он посмотрел на меня, — можно взять столько жен, сколько можешь одновременно их удовлетворить. Вот и хочется его поймать, чтобы он научил меня своему умению. Это же сколько жен я смогу взять, — он мечтательно улыбнулся.
Я не выдержал и засмеялся. Затем попросил его не обижаться на меня и мои слова. Попытался объяснить как это странно должно выглядеть, но тот меня перебил и заявил:
— Знаешь, из-за этой нашей силы многие ваши женщины с удовольствием ложатся с нами в постель.
Наконец-то сегодня мы идем в город! Из подслушанных разговоров я понял, что к этому времени все будущие маги научились работать с потоками маны, а значит, организмы сейчас начнут приходить в свое нормальное состояние. Из нашего факультета плетения видели все, даже орк не уступал другим в этом компоненте. Но вот в рисовании линий заклинаний у него получалось очень плохо. Видел я лучше остальных, но немного, а вот во втором компоненте я значительно превосходил их. Линии заклинания света у меня получалось не только ровные, но и тонкие, что позволяло при той же светимости использовать меньше энергии. Сейчас размер моего светящегося амулета был размером с ладонь, что являлось намного меньше, что все магические светильники виденные мной в обиходе. И я точно знал, что размеры можно еще уменьшить, сделав линии плетения совсем тонкими. А тренировал я его не зря, мне необходимо зарабатывать себе денег, и это был самый простой для меня на данный момент способ. И сегодня я собирался присмотреть заготовки под амулет и дешевые камни под накопители.