Страница 29 из 170
Эван резко глянул на него, затем его взгляд смягчился.
— Да, я забыл.
Джосс несколько мгновений молчал. «Ты для него новый напарник, — говорил он себе. — Так что нечего ждать, что он так скоро станет считать себя своим. Человек, лишившийся напарника, должен привыкнуть к новому положению, а это требует времени…»
— Извини, — проронил Эван. Но глаза его оставались холодными.
Джоссу было неуютно. «Я не могу давить на него. Он занимается этим делом куда дольше, чем я. Но у космополицейского нет времени на месть и сведение личных счетов. Стремление к мести ослепляет, человек не видит ничего вокруг и погибает. Это может погубить и тех, кто рядом с ним…»
— Извини, — повторил Эван, поднимаясь. — Ну как? На сегодня все?
— Похоже, — ответил Джосс.
«А голова обо всем будет болеть у меня завтра…»
На следующий день они встали рано. Снова пришлось допрашивать сотрудников отдела коммов Фридома, на сей раз ночную смену. Снова разные люди — порой нервные, растерянные, неуверенные, раздраженные или любопытствующие — проходили через их комнатушку и отвечали на их вопросы, пялясь на сьют Эвана. На сей раз реакция допрашиваемых уже начала забавлять Джосса. Некоторые смотрели на сьют в ужасе, другие в восхищении. Одна из служащих раздраженно спросила, не является ли Эван продуктом военно-промышленного комплекса.
— Только промышленного. Пока, — спокойно ответил Эван, и молодая женщина смущенно замолчала.
Несколько человек расспрашивали о сьюте. Эван вежливо отвечал и снова спокойно и неторопливо возвращался к собственным расспросам. Но Джосс не заметил никого, ни единого человека, который бы не обратил внимания на сьют. Ему пришло в голову, что этот сьют люди вполне могут счесть за оружие, даже не зная о том, чем он снабжен. Это был символ, и он ощутил, что его собственный символ — форма, которую он носил, — бледнела рядом со сьютом Эвана.
«Завидую я, что ли? — подумал Джосс. — Если так, то это нехорошее чувство по отношению к напарнику».
Они покончили с допросом и занялись своими заметками. Появилась пара намеков — люди, которые работали с записями и банковскими счетами, — но ничего конкретного.
Джосс выпрямился и, нахмурившись, уставился на свой дисплей.
— Ну, мы и не ждали, что у кого-то на лбу будет написано: «Я — вор». Но хотелось бы, чтобы нашлась хоть какая-нибудь зацепка поосновательнее.
— На которую тебе наплевать, — усмехнулся Эван.
— Нет, — ответил Джосс. — Вовсе нет. Нет конкретных фактов, на которые мы могли бы опереться. Ничто не указывает на вину Прзно.
— И все же, — не очень уверенно возразил Эван, — подождем. Мы еще не допросили всех из ночной смены. В ночную смену удобней обтяпывать всякие делишки. Чем меньше народу в помещении, тем больше у тебя времени и возможностей для разных махинаций, если кража данных вообще занимает много времени.
— Мы не знаем, — ответил Джосс. — Тревор сказал, что большую часть грязной работы можно провернуть через личный терминал.
— Стало быть, мы поставим «жучка» в личный терминал Прзно, — сказал Эван. — Неплохая идея. Разрешение получим без проблем. Даже и спрашивать не придется. Мы можем понатыкать их в любой терминал, к которому он хотя бы прикасается.
— Незаметно для него? — спросил Джосс и добавил: — Хотя, смею предположить, малыш Тревор может нам дать в этом вопросе дельный совет.
— Вот-вот, — согласился Эван. — Что у нас дальше по плану?
— Возможно, нам придется на время разделиться, — ответил Джосс. Он задумчиво вызвал на экран своего дисплея дважды отмеченный отчет под названием «Микаэль Прзно». Далее следовало несколько разрозненных параграфов. — Я хочу сделать еще кое-какие запросы по нашему подозреваемому. А у тебя, как мне кажется, свои планы…
Эван почти по-хулигански глянул на него.
— Я думал, не пойти ли мне еще побродить по злачным местам, если ты подбросишь мне пару идеек, куда именно направиться.
— Легко, — ответил Джосс, отрываясь от чтения записи допроса Прзно. Его ноутбук, поставленный на аудиозапись, тщательно зафиксировал все, что говорил Прзно, но произношение приходилось то и дело выправлять, иначе слова, произнесенные допрашиваемым себе под нос, просто невозможно было бы разобрать. — Можешь попытать счастья на нижнем одиннадцатом, это через… — и тут он замолк.
— Куда?
— Подожди-ка минутку. — Джосс сравнивал то, что видел на экране, с тем, что он помнил на слух. К его удивлению, все совпадало! Очень интересно. — Эван, посмотри-ка сюда. — Он передал ноутбук напарнику. Эван просмотрел запись, нашел отмеченный Эваном отрывок.
— «Можно прицепить сигнал где угодно, от наземной линии связи до спутников и шаттлов, иногда прямо в ходе связи…»
Эван поднял глаза:
— Шаттл?
— Я хочу поговорить с Тревором, — сказал Джосс.
— Давай, сынок, — радостно согласился Эван. — Похоже, он кое о чем забыл нам рассказать.
— Да. Интересно, почему?
— Скажи мне потом, куда лучше пойти, ладно?
— Да вот, — он набрал адреса в ноутбуке Эвана, вдобавок отметив их на карте. — Вот тут держи ухо востро. Там бывает горячо, но днем должно быть тихо.
— Думаю, справлюсь, — ответил Эван.
Джосс чуть усмехнулся.
— Да уж. Встречаемся в отеле?
— Да.
Кабинет Тревора был сейчас еще в большем беспорядке, если такое вообще возможно себе представить. Он глянул на Джосса слегка отсутствующим взглядом — если учесть, что работал Тревор одновременно на трех терминалах.
— Опять вы? — проронил он. — А где ваш консервный приятель?
Джосс сел и холодно посмотрел на него.
— Почему вы нам не сказали, что данные можно передавать через шаттл?
Тревор очистил терминалы.
— Ну, во-первых, таким способом мало что передают, — ответил он. — Обычно мы обращаемся к шаттлам во время солнечной бури, когда передача через спутники не может пробиться сквозь помехи. В конце концов, краденая информация дорого стоит. В такое время легче заложить информацию в компьютеры связи шаттла и перебросить ее на спутники с земной орбиты, когда шаттл пролетает мимо них. Это дороже, чем гнать инфу прямо через станцию, но куда дешевле, чем заново передавать потерянные данные отсюда…
Джосс немного успокоился. У Тревора был довольно замотанный вид. Похоже, он не спал всю ночь.
— Тут замешаны деньги, не так ли? — спросил Джосс.
— Вы даже не представляете какие! — Тревор отодвинул пачку распечаток, чтобы облокотиться на стол, и, опустив подбородок на руки, протер глаза. — Между прочим, — сказал он, — у нас этой ночью опять была утечка. Я уже собирался вызвать вас.
— Да?
— Да. По крайней мере, мне сказали об этом ночью. Меня вытащили из постели… ладно, не берите в голову. Я только что открыл файл — никаких записей о доступе, по которым можно было бы сделать вывод, что кто-то залезал в него в промежуток времени между тем, когда файл был прислан из Исследовательского отдела и закодирован для пересылки.
— Ничего существенного.
— Ничего. Мы все передаем с курьером. Но там, наверху, все встали на рога. У них на носу совещание акционеров, и если все выплывет наружу… — Тревор ухмыльнулся. — Вы знаете, что даже ваше присутствие здесь считается секретной информацией? Похоже, наверху считают, что если факт присутствия космополицейских в «БурДжоне» выплывет наружу, то это им аукнется. Поэтому в офисе на Земле мало кто об этом знает. Ну, еще те, кто здесь работает. Но больше никто.
— Если кто-то отсюда решит позвонить своей тете и расскажет, что тут расхаживает полицейский в консервной банке, — заметил Джосс, — то эта информация очень быстро перестанет быть секретной. Ладно, поживем — увидим. А пока я хотел бы кое-что у вас узнать. Есть ли вероятность того, что команда шаттла может повлиять на передаваемую через него информацию?
Тревор на минуту задумался.
— Обычно нет. Исходящие пакеты идут одним сообщением. Для комма оно представляет собой единый файл, при его передаче используются обычные навигационные ориентиры на спутниках связи для определения момента начала передачи. Затем вызываемый спутник связи разбирает сообщение на составляющие. Обычно команда шаттла считает это неудобством.