Страница 158 из 170
— Не знаю. Сколько… ты можешь… продержаться?
Эван сверился с показаниями датчиков уровня энергии, встроенных в шлем.
— Зависит от того, не придется ли мне стрелять в ответ, — ответил он. — Сейчас мне кажется, что лучше всего делать ноги. Еще часок-другой.
Джосс с несчастным видом посмотрел на него сквозь стекло шлема.
— Может… лучше бросишь меня… прежде чем…
Эван невесело рассмеялся.
— Держи хвост пистолетом, напарник. С этим сьютом еще и не такое бывало.
Джосс тоже слабо рассмеялся в ответ — забавный получился звук, поскольку его трясло.
— А-как-да-ле-ко?
Эван еще раз сверился с показаниями приборов.
— При такой скорости мы будем делать по пять километров в минуту. Скажем, триста прыжков прежде, чем я начну сдыхать.
— А наши… приятели…
Еще один снаряд вошел в землю справа от них, подняв невероятное облако огня, грязи и щебня. Эван быстро отскочил в сторону, затем назад, потом в другом направлении.
— Он идет со скоростью четыре с половиной километра в минуту, без пушки — пять. Мексиканская ничья. К тому же он может переть по прямой, как летит ворон. А мы не можем…
Эван почувствовал, что щебень хлестнул по его ногам сзади, и пустился во все тяжкие вверх по склону. Прямо под ним взорвался булыжник, и осколки застучали по подошвам его ботинок. Хотя Эван был перепуган и на взводе, его душу охватила странная уверенность. Он вспомнил сейчас Вторую мировую войну, когда «Бисмарк» стрелял по эскадре «Рыб-мечей», атаковавших его. Английские корабли были сущим старьем, подходившим скорее временам Первой мировой, но британцам приходилось использовать для обороны и это. Но приборы управления артиллерийским зенитным огнем «Бисмарка» были рассчитаны на более быстрые, более современные атаки, и старомодные, медленные «Рыбы-мечи» шли под выстрелами и устраивали такое, к чему «Бисмарк» не был готов. Просто не справлялся. «И управление огнем этой хреновины тоже не рассчитано на стрельбу по людям, готов поспорить. По кораблям — да. Но корабли не могут маневрировать, как я». В этом была его единственная надежда. И он намеревался взять ее за хвост.
— Куда?.. — проговорил Джосс.
Эван рассмеялся.
— Подальше от этой гадины!
— А более… определенно?
Эван покачал головой, отпрыгнул в сторону, потом в другую, увернулся от очередного снаряда, на сей раз более широким зигзагом.
— Без понятия. Можешь что-нибудь предложить?
— Телефонную… будку…
Эван не удержался от хохота.
— И кому ты собираешься звонить?
— На базу Сайденхем…
Эван заморгал. Они не могли воспользоваться ноутбуком или прямой связью — преследователи услышали бы их. Но телефон…
— Ты просто прелесть, Джосс, — сказал Эван. — Только тут телефона нет на пятьсот километров в округе.
— Есть…
Джосс заворочался на плече у Эвана, стал что-то набирать на клавиатуре ноутбука.
— Слушай, — сказал Эван, — может, мне перекинуть тебя вперед? Я, когда подхватил тебя, очень торопился.
— Да, пожалуйста!
Эван притормозил, высоко подпрыгнул, перебрасывая Джосса на руки перед собой, и припустил к горизонту, увидев приближение очередного снаряда. «Слава богу, эти штуки не скорострельные». По крайней мере, конкретно эта пушка скорострельной не была. Кто знает, что еще у них есть? Деньги — это точно. Эван поймал себя на мысли о том, сколько финансистов на Марсе вовлечены в это сепаратистское движение — теперь он был уверен, что это именно «Красный Рассвет», разросшийся и ставший смертельно опасным, — и сколько компаний считают, что при так называемой независимости от Объединенных Планет их дела пойдут лучше?
Джосс неистово барабанил по клавиатуре. Потом он остановился.
— Все верно, — сказал он. — Я нашел поселение. Судя по списку, там есть пункт связи. Курс… — Он прищурился и посмотрел на экранчик ноутбука. — Один один пять, около тридцати километров. Надо уйти за горизонт километров на пять за пределы видимости этой хреновины и тут же повернуть на девяносто градусов. Как быстро ты с этим справишься?
Эван чуть подумал.
— Шесть минут.
— Давай, — сказал Джосс и крепко сжал ноутбук.
Эван и дал. Такой гонки у него не было даже при обучении, когда они на Луне перепрыгивали через кратеры и расщелины, и от их бега прямо из-под ног начинались молчаливые оползни. Теперь он почти не вилял, несся прочь, пригибаясь к земле, и лишь топот его тяжелых ботинок по неровным камням сопровождал его. Снаряды стали падать дальше. Конечно, он все еще был в поле зрения преследователей, но точность стрельбы с расстоянием уменьшалась. Это явно происходило из-за его размеров, и Эван благодарил бога за то, что представляет собой слишком маленькую мишень. И он бежал. Бежал и бежал.
Наконец наступило мгновение, когда снаряд прошел у него над головой и ушел по прямой дальше.
— Давай, давай! — орал Джосс, словно подбадривал бегуна на соревнованиях. Эван бежал. Он даже начал привыкать к этому. У каждой поверхности есть свои особенности. Здесь вся хитрость заключалась в том, чтобы наступать именно на те камни, которые достаточно велики или достаточно глубоко погружены в почву, чтобы не податься под его весом, точно оценивать величину свободного пятачка, намечать место, куда опуститься за три прыжка, — все равно как ребенок переходит ручеек по камням. Эван извлекал выгоду из низкой гравитации, заставляя свой сьют работать с наибольшей эффективностью при минимальных затратах энергии и стараясь не совершать прыжков выше, чем нужно. Скорость, скорость решала все…
— Отлично, — сказал Джосс, задыхаясь от этой скорости. — Отлично. Поворачивай на девяносто. Это местечко теперь в шести километрах прямо перед нами.
Эван повернул под прямым углом и, прыгая низко, быстро помчался, словно кенгуру, который служит на побегушках у господа бога.
— Что это за место?
Джосс рассмеялся этаким забавным дробным звуком.
— Ты не поверишь, оно называется Сумрачное странствие.
— Нет, не поверю, — ответил Эван. — Ты сам придумал.
Джосс снова рассмеялся.
— Давай, прибавь ходу!
Эван прибавил.
Полторы минуты спустя они увидели купол. Он был наполовину погружен в грунт — излюбленная конфигурация в здешних местах. Правда, он оказался на удивление большим для частного дома среди долины ровныя.
— Кто тут живет? — спросил Эван.
— Сказано — К. Даунинг.
Они замедлились и остановились у входа в купол. Эван опустил Джосса на землю. Оба еле дышали. «Видать, я и вправду не в форме, — с некоторым раздражением подумал Эван. — Но и бегать так мне раньше не приходилось…»
Джосс крепко постучал в дверь шлюза.
Ответа нет.
— Ну же, ну! — бормотал он, снова колотя в дверь.
Изнутри послышалось шипение и металлическое клацанье.
Шипение прекратилось, и дверь шлюза отъехала в сторону.
На пороге стоял призрак в маске УПЖС — маску не рекомендовалось носить отдельно от всего скафандра, но на очень короткое время это было можно сделать. А так призрак был одет в скромное ситцевое платье и пушистые домашние тапочки.
— Входите, — пригласила фигура в дыхательной маске.
Они торопливо вошли.
— Мэм, — сказал Джосс, — мы из Солнечного патруля. Можно нам воспользоваться вашим телефоном?
Внешние двери шлюза закрылись, открылись внутренние.
— Конечно, мальчики, входите. Может, пока вы здесь, приготовить вам что-нибудь?
— Нам очень пришелся бы кстати армейский броневой дивизион, — ответил Эван. Джосс цыкнул на него.
— Нам нужен только телефон, мэм… а потом нам придется отсюда уйти. У нас на хвосте висит компашка, которая не остановится перед тем, чтобы разнести ваш дом, если мы будем внутри.
Старая дама сняла маску. Ее личико было покрыто морщинками, словно у тех яблочных кукол, которых в Уэльсе продавали туристам. Голову ореолом окружали седые волосы, а глаза смотрели озорно.
— Вон там, сынок, — сказала она Джоссу, показывая на столик у большого дивана.