Страница 19 из 26
Не повезло единственному мужчине с нами. Я ранена. О`Лири лежит пластом и когда придёт в норму, неизвестно. Придётся ему всё делать в одиночку. Морально и советом я ему помогу, но вот физически не сегодня, точно. С советами то же трудновато. Весь опыт моей жизни буксовал на месте. Слишком всё фантастично: инопланетяне, прошлое, будущее, аборигены. Голова кругом идёт. Что с Лайзой делать? Сто процентной уверенности, что «демон» её покинул, нет. Она, правда, старается, уже полблокнота исписала, что ей Василий дал. Но спиной поворачиваться к ней я бы пока не стала.
— Вась, ты уж прости, но тебе придётся одному закапывать жутковатый костёр. Я тебе пока не помощница. Да и Лизку одну не оставить. Справишься?
Наша грубая мужская сила изменилась в лице, посерела и с трудом выдавила из себя: «постараюсь». Похоже, забыл, что сожженные трупы напавших головорезов придётся хоронить. Ну да ладно, пересилит свой желудок, сделает то, что надо. Мужик он сильный. И не буду сама от себя скрывать, мне нравится. Своей какой-то наивностью и естественностью. Тяжело мне тягаться с молодыми девчонками, но фигура и всё прочее, что положено женщине у меня присутствует. И опыт, хоть здесь пригодится. Третий не лишний.
Вася вернулся весь покрытый пеплом и поникший как намокший флаг, забытый на пикнике после 4 июля. Попросил меня помочь ему умыться, что я с удовольствием сделала. Приятно встречать мужчину после работы, но не когда он служит могильщиком. Пока он смывал с себя грязь и тлен, начала рассказывать ему своё видение ситуации.
— Понимаешь, дружок, мы тебе сейчас временно обуза. Посмотри на меня, рука заживает, и даже очень быстро, но пару дней ещё слушаться будет плохо. Лиза вообще одна большая проблема. Рана на голове ерунда, а вот то, что внутри…. Доверять ей мы пока не можем. А самолёт не ждёт.
— Улетит что ли. — Вася хохотнул. — Лежит где упал и дальше лежать будет.
— Лежать то будет, но целый или нет, вопрос, а его груз для нас бесценен. Людоеды то на острове ещё остались. Не все за мной рванули в погоню.
— А как ты с ними столкнулась, и сколько их вообще было? — Вытираясь, он забавно пофыркивал, вызывая у меня непреодолимое желание, прижаться к его спине. — Да и если найдут, не сообразят ничего. Рановато им ещё в технике разбираться. Не доросли.
— Эх, Василий. Ты же не считаешь нас дикарями? Мы тоже много чего не понимаем из твоего оснащения, оно как из фантастических фильмов. Один твой ножичек чего стоит. — Протянула ему чистую футболку. — Одевай, последняя, между прочим. А там, в грузе, полно одежды и туристического снаряжения. Есть немного оружия и самое главное семена растений, здесь то, как девчонки говорили, съедобного ничего почти не растёт.
— Ну, ты сравнила, вы и аборигены. Ты и девочки, дети технической эпохи, компьютеры, моторы, атомная энергия и ракеты, всё это вам известно. А они, похоже, ещё металла не знают. Натуральный каменный век.
— Вот и узнают. Разберут корпус самолёта на дюралевые наконечники копий и алюминиевые дубинки, а остальное сожгут или испортят. Я, что напрасно их от самолёта уводила, петляла как заяц, жизнью рисковала? Нет, милый мой мальчик, ты поторопишься и вывезешь всё самое ценное. А мы тебя будем ждать. — Сказала ему всё достаточно резко и грубовато. Но не ошиблась. Парень понял всё правильно.
— У меня не грузовой транспортёр, а самоделка летающая. Максимум килограмм пятьсот поместится и поднимется. Так, что всё не увезу. Проще убрать причину тревоги, и потом спокойно, за несколько ходок, перевезти ценные вещи. — Тяжко вздохнув, продолжил: придётся опять людей убивать. А я не мясник и не боец спецкоманды зачистки. Мне до сих пор хреново от вчерашнего столкновения.
— Я понимаю тебя, то же прошла через такое. Но деваться нам некуда. Или они или мы. Миром вопрос решить не удастся. Когда они заметили меня на берегу, я сеть проверяла на наличие улова, так за мной побежали, как волки за добычей. У меня сомнений нет, догнали бы, попользовали и съели. Без вариантов. Это не люди, хищные разумные твари. Так их и воспринимай, не мучай себя терзаниями совести. — Взяла Васю за руку и крепко её сжала. — Пойдём, постараюсь нарисовать в твоём навигаторе где, что находится. Место посадки и стоянку дикарей. Пять, шесть этих уродов ещё должны бродить около своей пироги-каноэ.
Глава 17
На следующий день я отбыл по маршруту дальше. Маргарита приблизительно на проекции карты из будущего указала расположение самолета, и место где она видела каннибалов. Оружие поделили так: мне досталось ружьё и арбалет, пистолет Рита оставила себе. Пояснила: «мне трёх патронов хватит, один во врага, другой Лизке, последний себе. А больше и не надо».
Помня о том, что воздушного наблюдателя у меня нет, старался лететь, прикрываясь кронами деревьев и изредка резко менял курс. Один из таких бросков в сторону, по-видимому, спас меня от крупных неприятностей. Птица, несколько меньше чем напавший в свое время на нас орёл, спикировала, целя в мою голову. Но промахнулась, не ожидая рывка добычи, и ударилась об титановый корпус транспорта. Этот недоорёл размером с очень большого сокола повредив себе крыло, упал вниз. Приземлятся, и искать я его не стал, как пищевой трофей ценности не представляет. Мясо такой птицы, неделю надо варить, прежде чем прожуёшь. Задолбал этот птичий рай, так хочется картошечки со свининой, сил нет.
К самолёту, благодаря данным Маргаритой ориентирам вышел достаточно точно и быстро. Картина открылась впечатляющая. Прилично смятая и местами изломанная машина лежала, закопавшись в грунт на одну треть своей высоты. Крылья полностью отсутствовали, а кабина была практически целиком сплющена. Ничто не напоминало, что сиё творение рук человеческих когда-то могло летать.
Сделав пару кругов вокруг, резко опустил «Попрыгунчика» у обустроенного тремя «попаданками», так иногда Оля себя называла, входа. Взяв наизготовку дробовик, осторожно осмотрелся на предмет присутствия засады дикарей. Ничего явно не обнаружив, разблокировал поворотную ручку люка и немного поднатужившись, открыл его. В салоне, не смотря на то, что тут жили три женщины, царил армейский порядок. Подивился аккуратной перегородке сделанной из разнообразного подручного материала, включавшего в себя части кресел, длинные ветки и видимо, снятый с части пола, ковролин. В середине помещения стояло чудо инженерной мысли, самодельный дровяной обогреватель. Эта печка из нержавейки несла на себе следы присутствия в её изначальной сути электричества. Обломанные разъёмы на одном из её боков выдавали это с головой. Определить, из чего сделан дымоход, выставленный в разбитый иллюминатор, мне толком не удалось. Прервать осмотр заставила мысль о присутствии на грузовой палубе огнестрельного оружия, до которого надо было ещё добраться.
Девушки, пользуясь своими небольшими габаритами, проникали на нижнюю палубу, через лесенку, ведущую из отсека стюардов. Мне этот путь был заказан. Искривлённые ступеньки и зауженный после катастрофы проём не давал мне той же возможности. Да в этом и не было большой необходимости.
Как мне объяснила Рита, грузовые контейнеры в этот тип самолёта загружались в нижний боковой люк и добраться до них можно и снаружи. Для этого нужно было его сначала откопать, а потом вскрыть. Чем мне и пришлось заняться.
Вырыв в мягкой земле неглубокий шурф, добрался до фюзеляжа, тут за тонкой дюралевой обшивкой находился нужный мне контейнер. Он должен быть третий по счёту от входа с искорёженной лестницы, если конечно Рита не ошиблась в своих расчётах. Не спеша, прорезав себе новый вход в «сокровищницу Али-Бабы», наконец добрался до содержимого контейнера. Часть товара была сильно зажата и смята стенками и каркасом этого и соседних контейнеров. Не мудрено, что девушки не смогли пробраться дальше. Даже мне, с помощью резака, это стоило определённых усилий. Некоторые предметы были безнадёжно испорчены, в том числе четыре ружья из семи и одна коробка патронов на сто штук. Меня это расстроило, но не сильно. Остались целыми два дробовика, близнецы моего и одна винтовка. Когда я вытащил коробку с надписью красными буквами Ruger Mini-14, у меня руки затряслись. Это был как привет из детства. Такая же была у деда. Сколько же мы с ним постреляли из неё, по банкам и бутылкам. Надёжная, лёгкая, удобная полуавтоматическая винтовка, которую мой любимый дед, шутя, называл «сусликоаннигилятором», калибра 5.56 мм, с оптическим 4-х кратным прицелом, стала для меня подарком судьбы. Патронов для «рюгера» хватало, почти тысяча штук, для дробовиков было ещё больше, тысячи две. Все они были в запаянных жестянках, кто-то не пожалел денег за спецзаказ. Но для гладкоствола только треть была с пулей, оставшиеся две трети почти поровну делились на картечь и дробь.