Страница 40 из 41
Чуть более года спустя ...
№595 Сделать тебя счастливой (потому что, черт возьми, пора)
Келли
Жизнь прекрасна. Не идеальна, но она и не должна быть таковой. Идеал может наскучить. По большей части, дела идут хорошо. Кайден и я до сих пор живем вместе, и планируем прожить вместе долгое время. На стенах развешаны фотографии: наши совместные, с семьей, с друзьями. Они рассказывают о нашей жизни, и о том, чего мы оба достигли.
Ходило много разговоров о том, что он в следующем году подпишет контракт. И у нас прошел серьезный разговор на эту тему, хотя для него было еще рано. Ему потребовалось всего две минуты на изложение доводов, по которым он нуждается в том, чтобы я поехала с ним, прими он решение покинуть Ларами, а мне всего лишь полсекунды на пылкие заверения, что я последую за ним куда угодно, и могу писать где угодно, что я и делаю, и планирую продолжать этим заниматься. Что жизнь без него стала бы печальной, и такой жизни я не желаю.
У нас сложился небольшой распорядок, когда мы чередуя проводим праздники в доме у моих родителей или у его брата в Вирджинии. Около шести месяцев назад у меня состоялась встреча с вылечившимся Тайлером, и прошла она хорошо. Минуло чуть больше года с тех пор, как Кайден перестал себя резать. Печаль в его глазах исчезла, за исключением случаев, когда он получает случайные звонки от своей матери. На которые он никогда не отвечает, и не перезванивает, а ее голосовые сообщения остаются всего лишь увещеваниями.
Но, кроме редких моментов грусти и глупых ссор, наши с Кайденом отношения становятся крепче. Он каждый день произносит слова любви ко мне, а я ежедневно говорю ему насколько он важен для меня. Наше «долго и счастливо» приносит хороший результат, и кажется, что со временем становится только лучше. Я с нетерпением ожидаю того, что готовит нам будущее – наше общее будущее. И прихожу в восторг оттого, что оно у нас есть.
– Я погляжу, ты снова пишешь, – Сет прерывает поток моих мыслей, заходя в квартиру, не утруждая себя стуком в дверь. Он и дверь не потрудился закрыть, хотя на улице холодно и легкий порыв снега врывается в помещение.
– А если бы на мне не было одежды? – шучу я, закрывая дневник. В нем исписано так много страниц, что чернила ручки начинают окрашивать поля.
Он закатывает глаза.
– Ага, конечно. Будто бы ты станешь разгуливать голой по дому. – Он замолкает, затем на его лице появляется провокационный взгляд. – Для меня же, наоборот, это ежедневный ритуал.
Теперь я закатываю глаза.
– Ох, неважно. – Я бросаю журнал на кофейный столик, и поднимаюсь на ноги. – Итак, ты собираешься закрыть дверь или пытаешься увеличить мой счет за отопление? – усмехаюсь я.
Он качает головой, с довольным выражением на лице:
– Вообще-то, пора идти на игру.
Я хмурюсь, проверяя время на своем телефоне.
– Но еще очень рано. – Кажется, часы спешат.
– Знаю, – соглашается он, поднимая пальто с подлокотника и бросая его мне, – но мне поручили отвезти тебя туда пораньше.
– Кто? – спрашиваю я, просовывая руки в рукава пальто и застегиваясь.
– Секрет. – Затем он подмигивает мне и направляется к двери, оставляя меня пребывать в недоумении.
Я следую за ним, запираю дверь, а потом сбегаю вниз по лестнице на улицу. Земля покрыта легким инеем, на улице морозец, но под лучами ярко светящегося на снег солнца все вокруг сияет. Не могу удержаться и вдыхаю волшебный воздух, а потом забираюсь в машину.
К тому времени, как я закрываю дверь, Сет ухмыляется и запускает двигатель, и отказывается общаться.
– Ты ведешь себя странно, – говорю я ему, пристегивая ремень безопасности. – Что происходит?
Он пожимает плечами и поворачивает руль, и мы движемся в сторону шоссе.
– Ничего.
Я достаточно хорошо знаю Сета и мне известно, когда он лжет.
– Хватит нести чушь. Что происходит? Куда ты везешь меня так рано.
– Сюрприз. – говорит он, выезжая на шоссе.
– Пожалуйста, ну пожалуйста, скажи мне, – умоляю я его, складывая ладони перед собой.
Он мотает головой.
– Ни за что. Ни на этот раз.
– Я никому не скажу.
– Не важно, Келли. Я сам на себя буду зол, если испорчу тебе сюрприз.
Я откинулась на спинку кресла.
– О, хорошо. Я подыграю. – Я вожусь с магнитолой, пока не нахожу хорошую песню, и стараюсь расслабиться, но, когда мимо нас проплывает книжный магазин, меня что-то осеняет.
– Ох, дерьмо. – Я положила руку на основание шеи. – Я забыла свой кулон. Тот самый, что мне на Рождество подарил Кайден, в виде книги с моим именем на нем.
– Келли, за одну игру ничего не случится, – проигнорировал меня Сет.
– Нет. Мы должны вернуться. Кайдену везет, когда на мне кулон.
Сет усмехается, съезжая с главной дороги к блестящему металлическому стадиону.
– Ох уж вы двое и это ваше суеверие!
– Это не суеверие, – возражаю я, что не совсем является правдой, хотя Кайден утверждает, что всякий раз, когда на мне кулон, он приносит ему удачу во время игры. Когда растешь в семье футбольного тренера, начинаешь во многом разбираться, чтобы терпимо относиться к суевериям.
– Расслабься, Келли, – успокоил меня Сет, паркуя машину около входа на стадион. – У меня твой кулон.
– Зачем он тебе? – удивилась я.
Наступает молчание, и я чувствую, как что-то меняется. Что-то происходит. Кое-что очень важное.
Сет выглядит так, как будто сейчас расплачется. Он вытягивает свою руку, берет мою, и опускает в нее кулон.
– Не смотри на него, пока не окажешься на стадионе. – Он смыкает мои пальцы и откидывается на сиденье. – Теперь иди.
Я опускаю взгляд на свою руку, а затем на стадион; понимая, но не осознавая, что должно произойти нечто волшебное. Не в состоянии выразить свои чувства словами, я выхожу из машины и иду на стадион, сцепив кулон в руке. Сотрудник безопасности спрашивает мое имя и разрешает мне пройти, как только я его произношу.
Я прохожу по туннелю на поле и улыбаюсь при воспоминании о той ночи, когда Кайден привел меня сюда более двух лет назад, чтобы поиграть в мяч. И целоваться, прижимаясь к полевому столбику. Хотя, на этот раз оно выглядит менее подавляющим. Честно говоря, мне кажется, что в некотором роде я принадлежу этому месту.
Это чувство только усиливается, когда Кайден появляется за моей спиной. Я любуюсь его каштановыми волосами, свисающие на великолепные глаза, которые, могу поклясться, прямо сейчас могут понять, что творится в моей душе. На его худощавые руки и широкие плечи, которые являются для меня поддержкой всякий раз, когда мне становится грустно. Несколько странно видеть на нем вместо формы джинсы, сапоги и пальто.
– Привет, ты приехала, – говорит он, небрежной походкой направляясь ко мне, словно происходящее не выглядит странным.
– Да, но мне интересно, почему я здесь, – недоверчиво произношу я и слегка отклоняя голову назад, чтобы посмотреть на него, пока он направляется ко мне. – Могу предположить, что вы с Сетом затеваете что-то крупное, вы вместе редко что-то замышляете, если только это не что-то грандиозное.
– О, определенно это нечто грандиозное, – самоуверенно произносит он, но глаза выдают его. Он нервничает, а это заставляет нервничать и меня.
– Ладно... – Мои пальцы сжимаются вокруг кулона. – Хочешь поделиться со мной этой грандиозностью?
Он кивает головой, нервно сглатывает, а его кожа внезапно бледнеет.
– В-вообще-то… – он начинает заикаться, но потом прочищает горло и качает головой. – Хорошо, позволь мне снова попробовать. – Мы оба смеемся, но не потому, что нам смешно – мы оба нервничаем.
– Помнишь, когда мы здесь были вместе в прошлый раз? – спрашивает он, указывая на поле и окружающие его трибуны.
Я киваю:
– Да, я надрала тебе задницу.
Он смеется, его глаза сияют, но он все еще нервничает.