Страница 3 из 52
Ужин был хорош — на аперитив лёгкое белое вино, салат из свежих помидор и огурцов и жаркое с рисом. Плюс к этому морс из ягод и кусочек торта. На столе стояла ваза с яблоками, виноградом и персиками.
Вернувшись с ужина, мы решили прогуляться по берегу моря, взяв с собой три бутылки вина и штопор. Когда вышли на аллею, оказалось, что и другие отдыхающие именно таким образом проводят время после ужина. Гуляли мы около часа, периодически делая остановки на дегустацию вина, и как раз застали закат.
— Как красиво! — сказала Ирина, и её все поддержали.
— Слушайте анекдот! — привлёк я к себе внимание. — «Новый русский» решил устроить себе отпуск, но не обычный, а чтоб по высшему разряду! Выбрал самый дорогой пятизвездочный отель на берегу океана, и послал туда своего помощника с инспекционной проверкой, чтобы тот, собственными глазами, убедился в заявленном высоком уровне сервиса. Сам отель и прилегающая территория у прилетевшего помощника никаких нареканий не вызвала, но, когда он босиком вышел на берег океана с белоснежным песком, пяткой почувствовал некоторое неудобство.
— Любезный, — подозвал он управляющего, — что это такое? — и положил тому на ладонь малюсенькую ракушку.
— Это природа, уважаемый! — непонимающе смотрел управляющий.
— К приезду моего шефа песок на этом пляже должен быть как пух!
— Это совершенно невозможно! — воскликнул управляющий.
— Мы же платим! — процедил помощник.
— Как вам будет угодно! — кивнул управляющий.
Когда проверяющий спустился ближе к воде, необычно сильная волна намочила его белоснежные брюки.
— Это что такое? Надо исправить! Волна должна быть раз в минуту, не чаще!
— Вы это серьёзно? — уже перестал удивляться управляющий запросам этих русских.
— Мы же платим!
— Как вам будет угодно.
Подойдя к пирсу, проверяющий вспугнул чаек, одна из которых «испачкала» его белоснежную рубашку.
— Должна быть одна чайка! — снимая рубашку, зло сказал он. — И она не должна летать, а пусть бегает по пирсу туда-сюда.
— Вы же платите? — просто уточнил управляющий.
— Да! Мы же платим!
Настал день «Х», в отель заселился «новый русский». Всем доволен, настроение прекрасное, решил выйти на берег океана. Песок как пушинка, волна тихонько накатывает раз в минуту, чайка на пирсе бегает туда-сюда…
— Эх… Красота! — почёсывая пузо, заявляет «новый русский». — Такую за деньги не купишь!
На обратном пути мы всё-таки заглянули в бар. Обстановка и меню нас приятно удивили, да и большое количество посетителей говорило о многом. Время работы указывалось до одиннадцати вечера.
— Завтра посетим сие заведение. — оглядевшись, сказал Валера. — А сейчас пойдёмте в номера, посидим чуть-чуть, и спать, сегодня все устали.
Уже засыпая, я начал вспоминать события последних полутора недель…
Глава 2
Вечером, в пятницу, у меня был обычный прием местных клиентов. Хоть я и улыбался, демонстрируя оптимизм и веру в завтрашний день, но на душе скреблись кошки — напрягала атмосфера всего того непонятного, которое происходило вокруг нас. После того, как из дома вышел последний местный клиент, в гостиной появился Володя Казанцев.
— Всем привет! Скоро подъедет Матанцев, просил не расходиться.
— Что-то новое? — спросил у него Валера.
— Не в курсе. Послал меня к вам, и наказал проследить, чтобы были все на месте. Я минут сорок у ворот в машине просидел, ждал, когда вы закончите.
В ожидании генерала мы даже успели попить чай. Появился он не один, а в сопровождении высокого мужчины слегка за пятьдесят, одетого в деловой костюм в мелкую полоску. Не удостоив вниманием остальных присутствующих, Матанцев спросил меня:
— Алексей, где мы можем поговорить?
— Пойдёмте. — я направился в гостевую спальню, переоборудованную нами в кабинет для приёма клиентов.
Матанцев и незнакомый мужчина последовали за мной. Когда мы зашли внутрь помещения, генерал сказал:
— У Валентина Анатольевича есть к тебе вопросы, ответь на них, пожалуйста. — он повернулся и вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.
— Алексей Николаевич! Я полковник Тарасов Валентин Анатольевич, Служба безопасности Президента Российской Федерации. — он достал из внутреннего кармана удостоверение и раскрыл его пред моим лицом. — И у меня действительно есть к вам несколько вопросов. И первый из них будет самым простым: как с деканом пообщались?
Полковник с нескрываемым интересом стал наблюдать за моей реакцией.
— Ваши, значит, приходили… — протянул я.
— Наши. — кивнул Тарасов. — Вы не ответили на вопрос.
— Выпытывала у меня, что я такого натворил, если мной ФСБ заинтересовалась. — ответил я, и, в свою очередь поинтересовался. — Так что я натворил, Валентин Анатольевич?
Он хмыкнул и указал мне на стул, на котором я обычно принимал пациентов из столицы.
— Присаживайтесь, Алексей Николаевич. — а сам устроился на диване, закинув ногу на ногу. — Натворили вы очень много… Если посмотреть на это под определённым углом. — он опять хмыкнул. — Занятие незаконной предпринимательской деятельностью, оказание медицинских услуг без соответствующей лицензии, незаконное производство лекарственных препаратов и их дальнейшая реализация. Про неуплату налогов я вообще молчу! И, что характерно, всё это вы делали группой лиц и по предварительному сговору, с чётким распределением ролей. Прям организованная преступная группа получается, да ещё и с участием сотрудников правоохранительных органов. Я вам по секрету скажу, за раскрытие такого меня на руках носить будут, генерала конечно не дадут, но орденок с премией, должностишку повыше и уважение начальства я заслужу. — полковник весь лучился довольством. — А вам всем наш суд, самый гуманный и справедливый в мире, реальные срока впаяет, в том числе и родителям вашим, и родителям дружка вашего школьного, Полякова, да и ему самому. Как перспективы?
— Печальные. — ответил я, представив эту невесёлую картину.
— И я про то же… — кивнул он. — Но есть вариант пока повременить с отъездом в места не столь отдалённые, да и я орденок с должностишкой могу заслужить другим способом. — полковник устроился на диване поудобнее и продолжил. — Весь этот ваш бизнес пока, я подчеркну, пока, оставим за скобками, а конкретно сейчас меня интересует всё, что касается ваших взаимоотношений с Березовским Борисом Абрамовичем. — Тарасов впился в меня глазами и достал из кармана диктофон. — Итак, Алексей Николаевич, поделитесь воспоминаниями, или?..
«Твою же мать! — подумал я с облегчением. — Вот по чью душу опричники пришли! Что-то слышал я в будущем про то, что у генерала Коржакова были не очень хорошие отношения с Борисом Абрамовичем…»
— Поделюсь. — кивнул я.
— Вот и чудно, Алексей Николаевич. — полковник криво улыбнулся. — Это правильный ответ. С самого начала и очень подробно. — он нажал на кнопку записи.
Делать было нечего, и я начал рассказ с разговора в машине с Матанцевым о поездке в Москву к какому-то важному человеку по просьбе его столичного друга. Потом рассказал про то, как стояли под автоматами, как везли на дачу, про сам приём и моё требование подарить «гелик» за беспредел. После этих моих слов полковник остановил запись и хмыкнул:
— А очко не играло этому «важному человеку» за беспредел предъявлять?
— Играло. — кивнул я. — Но получилось же…
— Продолжаем. — Тарасов опять нажал кнопку записи.
Дальше я рассказал про то, как меня вернули Олегу Васильевичу, как мы с ним потрошили сумку с деньгами, про разговор на лестничной площадке с участием Валеры и Володи. Причём, весь свой рассказ я строил исходя из лёгкого негативного отношения к Березовскому, а просьбу московского генерала о построении взаимоотношений с олигархом только через него, расписал в особенно ярких красках.
— Скажите, Алексей Николаевич, Березовский с вами ещё хоть как-то связывался? — спросил меня Тарасов, когда я закончил.