Страница 3 из 9
― Что это, черт возьми, было? ― потребовал ответа Снейп, то смотря на свою руку, то пытаясь разгадать выражение лица Гарри.
Гарри покачал головой, поднимаясь на ноги. Его сердце готово было выскочить из груди, пот заливал спину.
― Отвечайте, Поттер! ― крикнул профессор.
Джинни подскочила и попятилась к двери.
― Дамблдор… ― начал Гарри, надеясь, что Снейп придет в себя.
― Дамблдор что?
― Он… ― В горле у Гарри пересохло. ― Он сказал… письмо…
― Яснее, Поттер! ― проревел Снейп, резко садясь на кровати.
Гарри мотнул головой. Его мысли были в полном беспорядке. Он попятился к двери, туда, где стояла Джинни.
Словно выйдя из транса, Луна сделала шаг вперед.
― Профессор Снейп, ― успокоила она. ― Это был просто дурной сон. У вас они случались и раньше, вы же знаете, ― Луна выразительно посмотрела на Гарри.
Гарри захотелось благодарно обнять ее, но вместо этого он кивнул и выбежал из комнаты вместе с Джинни. Он словно бы все еще чувствовал горение магии и помнил, как его сердце забилось в едином ритме вместе с сердцем Снейпа, когда чары подтвердили их родство.
***
― Ты должен ему сказать, ― настаивала Гермиона.
― Нет, я этого не сделаю, ― ответил Гарри.
― Нет, он этого не сделает, ― одновременно с другом сказал Рон.
― Гарри, ― сказала Гермиона. ― Он знает, что что-то произошло, и совсем скоро выяснит, что это было. А если ему удалось разобрать заклинание, то я больше чем уверена, что он уже все знает.
Джинни положила ладонь на колено Гарри.
― Как бы это ни было неприятно, Гермиона права. Наверное, он уже обо всем догадался.
― Ну и пусть, ― ответил Рон. ― Гарри ничего ему не должен!
Джинни и Гермиона обменялись многозначительными взглядами.
― Рон, ― поднялась Гермиона. ― Кажется, твоя мама нас зовет.
― Ничего я не слышал, ― ответил тот.
Гермиона строго посмотрела на него.
― А, да, ― быстро сказал Рон. ― Точно. Увидимся, Гарри.
Он хлопнул друга по плечу и вслед за Гермионой вышел из комнаты.
― Гарри, ― тихо сказала Джинни. ― Кажется, я знаю, что тебя беспокоит.
― Что-то еще, кроме того, что я не хочу видеть Снейпа моим отцом?
Джинни грустно улыбнулась.
― Да, кроме этого. В твоей жизни не было ни одного взрослого, которому ты мог бы по-настоящему доверять. Все, кто был когда-то рядом, слишком быстро покидали тебя. И вот остался последний человек, который еще жив, и который может позаботиться о тебе, если ты дашь ему шанс…
― Да, конечно, ― горько сказал Гарри, вставая. ― Если Снейп когда-нибудь…
― Дай мне закончить, ― попросила Джинни, положив руку на плечо Гарри и приуждая его сесть обратно. ― Сказать ему правду ― большой риск. Потому что если он тебя отвергнет…
Гарри закрыл глаза и проглотил комок в горле. Он слишком многое потерял, и последнее, чего он хотел, это отдать свою надежду жестокому и эгоистичному человеку.
― Я не знаю, Джинни…
― Ты сможешь, Гарри. И если он отвернется от тебя, подтверждая, что он остался таким же, как был, то я лично прокляну эту летучую мышь и скажу, что так и было!
Джинни обняла Гарри; он наклонился к ней и улыбнулся ее нежному поцелую в щеку.
***
Гарри пришел в больницу на следующий день к вечеру. Джинни была права. Он сомневался, что Снейпа интересует то, что Гарри его сын, но этого факта нельзя было изменить. И эта мысль очень раздражала.
Когда Гарри вошел в комнату, враждебное выражение лица профессора его не удивило. Чтобы предупредить едкие замечания, Гарри быстро сказал:
― Я должен перед вами извиниться, профессор. Вчера вечером…
― Позвольте угадать, Поттер. ― Снейп скрестил руки. ― Это была древняя и сложная магия. И, хотя я не имею ни малейшего представления о том, что это было, не сомневаюсь, что с вашими весьма посредственными умениями и интеллектом, вы не смогли бы додуматься до этого самостоятельно.
Гарри почувствовал прилив оскорбленной ярости.
― Поэтому я склонен полагать, что Дамблдор надоумил вас сделать это. Я прав, Поттер?
Гарри ничего не ответил.
Снейп закатил глаза.
― Я знаю, что заветным желанием директора всегда было то, чтобы вы и я, мы стали… ― Снейп на секунду поколебался, словно бы слово “друзья” вызывало до отвращения неприятный вкус во рту. Он кашлянул. ― Очевидно, старик потерял всю свою мудрость в преклонном возрасте.
― Да, это так, ― сказал Гарри сквозь сжатые зубы.
― Я выплатил долг Дамблдору, ― холодно продолжал Снейп. ― Я прикрывал вашу задницу больше, чем вы того заслуживали. Поэтому даже если вы мне что-то хотели сказать, Поттер, ― он выгнул бровь, ― я был бы весьма признателен, если бы вы покинули мою комнату и оставили меня в покое, ― и, не отрывая взгляда, жестко добавил: ― Навсегда.
========== 4. Отчаянные времена требуют отчаянных мер ==========
Гарри не разговаривал с Северусом Снейпом со времени пребывания профессора в Св. Мунго. Он видел Снейпа еще несколько раз после этого, в том числе и на судебном процессе, на котором выступал в защиту профессора, свидетельствуя о его роли шпиона в войне против Волдеморта. Но Гарри так и не сказал Снейпу, что тот был его отцом. И он никогда не сомневался в правильности своего решения до сегодняшнего дня.
Сейчас Гарри шел по мощенной мостовой Тупика Прядильщиков. Дома здесь обветшали от времени, многие были заброшены. На стенах красовались граффити, кругом валялись сломанные детские игрушки. Гарри удивился тому, что Снейп до сих пор жил здесь. После того, что Гарри увидел в Омуте Памяти, он не мог представить, чтобы с этим местом могли быть связаны какие-то добрые детские воспоминания.
Он не думал о Снейпе больше тринадцати лет. Их неприязнь была сильной и взаимной, и, даже зная по воспоминаниям, что сделал Снейп, Гарри все равно не мог не думать о том, что этот человек мог бы совершить иной выбор. Он мог лучше относиться к Гарри. Он мог бы вспомнить свое собственное детство, чтобы избавиться от предрассудков. Но он этого не сделал. Сможет ли он это сделать теперь?
***
Северус Снейп сидел в гостиной, просматривая корреспонденцию. Он получал всего пару писем в неделю да журналы по зельям, защите от сил зла, гербологии и некоторые другие. Филин Золик уныло ухнул с насеста.
― Подожди, ― пробормотал Снейп, рассеянно листая страницы журнала.
Когда постучали в дверь, филин снова ухнул.
― Ладно, иди сюда, ― Снейп протянул руку. Птица мягко опустилась и вместе они пошли к двери. Когда Снейп открыл дверь, Золик взлетел, заставив стоящего на пороге человека отпрыгнуть от неожиданного взмаха крыльев. Сердце Снейпа пропустило удар, его глаза остановились на повзрослевшем Гарри Поттере.
― Могу я поговорить с вами?
Снейп изучал стоявшего перед ним мужчину. Это был уже не мальчик. Его волосы были уложены, хотя некоторые пряди отросли достаточно, чтобы скрывать шрам на лбу. Одежда казалась аккуратной, но обычной. Он держался с видом человека, который слишком многое пережил, но смог справиться с этим. К удивлению Снейпа, Гарри стал очень похож на Лили. Снейп больше не мог найти черты Джеймса Поттера, которые были так очевидны, когда Гарри учился в школе.
Вопреки здравому смыслу Снейп отошел в сторону и позволил Поттеру войти. Профессор наблюдал, как тот осматривал редкую мебель и множество книг в шкафах вдоль стены, на столах и везде, где только они могли поместиться. Взгляд Поттера не задерживался ни на чем.
Снейп закрыл дверь и прошел вслед за Поттером в комнату. Он скрестил руки на груди и прислонился к проему.
― Чему обязан удовольствию видеть вас? ― спросил Снейп с явным сарказмом в голосе.
Молодой Поттер, возможно, и испугался этих слов, но этого человека, кажется, пугало совсем другое… На его лице был запечатлён страх перед неопределённостью. Он пришел по делу, и было совершенно ясно, что он не уйдет, пока не скажет все. Снейп выпрямился и еще более внимательно осмотрел своего бывшего ученика.