Страница 21 из 21
– Йоганн, с чего ты так уверен в том, что у меня с этой черноволосой девчонкой все сложится и мы станем друзьями, или даже…
– «Или даже» станете обязательно, станете. Давай на бутылку хорошего французского коньяка поспорим. Ты в нее влюбишься, и когда это произойдет, честно мне об этом сообщишь.
Курт от удивления открыл рот, но произнести ничего не смог, они оба были уже в приличной стадии опьянения, и Леманн, глядя на обескураженное лицо своего собутыльника, искренне и весело рассмеялся.
– Да, и из французских, запомни, предпочитаю Remy Martin.
Курт постарался собраться и, старательно выговаривая слова, задал вопрос, демонстрируя его серьезностью то, что хмель не овладел им в полной мере:
– Хоть что-то о ней сообщи, какие-нибудь подробности, – и, посчитав удачным свое выступление, выпрямился в кресле, гордо задрав подбородок.
Но Леманн развеял его попытку казаться крепким выпивохой:
– Да ты, братец, того, тебе бы под холодную воду лицо сполоснуть.
И Курт послушно отправился в туалет. Вода из-под крана действительно помогла прояснить сознание, он раз за разом подставлял ладони под ее тугую струю, плескал себе в лицо и ощущал такое удовольствие, что никак не мог закончить эту водную процедуру. Наконец, когда он вернулся к столу и выпил ожидавшую его чашечку крепчайшего кофе, Леманн выполнил его просьбу.
– Итак, коротко об Ирме. Лучшая на факультете истории и философии. Спортсменка, занимается гимнастикой, выступает на федеральных соревнованиях. Имела длительную связь с довольно известным художником, к сожалению, евреем.
Курт встрепенулся:
– Послушай, ты уже несколько раз говорил об евреях так, как пишут в некоторых радикальных изданиях и кричат на перекрестках как раз те, кого ты называешь идиотами. Я надеюсь, что сам ты так не думаешь, что тебе лично эти евреи сделали плохого?
– Вот-вот, я же говорю, тебя один на один с обществом оставлять ни в коем случае нельзя. Евреи не интересуют меня как отдельные индивидуумы, и меня, и патриотическое движение евреи интересуют как явление. Они олицетворяют своим национальным единением, тем, что мы определяем как еврейский дух, своей философией и религией, угрозу немецкой исключительности. Не они, а мы избранники господа, не в них, а в нас сила истинного духа. Запомни, так должен рассуждать каждый немецкий даже не патриот, просто лояльный гражданин, лояльный к нынешнему курсу выбранного народом лидера, лидера, которого поддерживает подавляющее число жителей Германии. Но, – Леманн махнул рукой, – мы же сейчас не об этих неприятных проблемах государственной политики, мы о приятном, об очаровательной Ирме Зигель. Ее парню пришлось покинуть Германию. Каким-то образом он болезненно задел то ли своими картинами, то ли неосторожной критикой других художников, – Леманн усмехнулся, – тех патриотически настроенных, которые, возможно, и подставили его под маховик возрождающейся нации. Ты знаешь, что Гитлер тоже был большой любитель поводить кистью по холсту? Кстати, говорят, не без таланта. Не исключено, что этого любовника Ирмы коснулась могучая, но ревнивая к чужому таланту длань Шикльгрубера. Короче, он бежал, и никаких сведений о нем девушка не получала, возможно, что и в живых-то бедолаги нет. Некоторое время сильно по нему тосковала, но время лечит. К тому же без внимания красотка не оставалась. С самыми серьезными намерениями к ней стал подъезжать один высокопоставленный чиновник из министерства образования, человек влиятельный и настойчивый. Ей он не нравился категорически, и эти переживания, возможно, в какой-то мере перекрыли переживания о пропавшем гении изобразительного искусства. Вот тут-то Ирме и понадобился защитник, которого она счастливо обрела во мне. Заметь, я отчаянным положением девушки не воспользовался. Хотя, – Леманн затянулся очередной сигаретой, мечтательно поднял глаза к небу и выпустил тонкую струйку дыма, – был грех, какую-то фразочку позволил себе пропустить в разговоре, но ты бы видел, как она на это отреагировала, всякое желание тут же испарилось. Эта девушка удивительна тем, что умеет вызвать к себе такую степень уважения, которую интеллигентному человеку, а других она к себе не подпускает, при поползновениях определенного характера и, – Йоганн подмигнул Курту, – не преодолеть.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.