Страница 11 из 16
8) не надо бояться власти русских над Европой, опыт Польши показывает, что если русских не злить, то под их властью хорошо живется;
9) если русские завоюют Европу, то они сохранят ее культуру и науку, наоборот же не будет никогда, потому что европейцы считают русских дикарями;
10) русские как никто могут осваивать малопригодные для жизни земли, и именно они будут осваивать космос;
11) русских нельзя считать дикарями хотя бы потому что они умеют цивилизованно жить в суровом климате, в частности, заниматься земледелием, ремеслами и создавать нормальные города там, где слишком холодно для европейцев, и даже на равных с Европой заниматься наукой;
12) идеалы коммунизма, сельской общины и христианские ценности, взаимопомощь, сочетание интересов личности и общества путь к счастью;
13) христианские ценности вовсе не означают поклонения церкви, она даже вредна;
14) пацифизм в идеале нужен, но на практике это порочная идеология, потому что выливается в подчинение хороших людей плохим;
15) нужно всеобщее образование и всестороннее воспитание людей;
16) счастье и процветание легко не дадутся, нужно думать, как добиваться, бороться и не сдаваться;
17) ничего сразу не будет, все придет постепенно;
18) мало быть пламенным революционером и борцом за свободу, надо быть еще и государственным деятелем, который может заниматься и занимается рутиной и повседневной тяжелой работой по устройству общества и исправлению ошибок;
19) нужно использовать любую возможность сохранить полезное от старого, и не бояться вводить новое;
20) народ не надо идеализировать и не надо считать безнадежно плохим, другого народа нет, и тот, что есть, надо улучшать.
Так и опубликовали "20 тезисов Толстого".
Напоследок напечатали стихотворение:
Многое стало ясно, хотя скандалы между мыслителями земли русской и западнофилами не прекратились. Многие крепко задумались. Русские социалисты всех мастей и славянофилы сблизились между собой, дискутируя на тему "20 тезисов Толстого". Некоторые западнофилы "сменили флаг", большинство изматывали себя истериками и руганью, кое-кто раньше времени окочурился. Император высказался: "В них есть много дельного. С Европой лучше не ссориться, но если надо будет, не уступим и дадим отпор. И без всякой замены элиты империи".
А Толстому подарили книгу Карла Маркса "Секретная дипломатия XVIII века", Лев Николаевич и особенно Константин Иванович, поняв, что думают о России, озверели и на пару выдали статью "Об истории Руси", в которой выдали и миф древней Эллады о Гиперборее, и рассказали про мегалиты южной Сибири и Кольского полуострова со ссылкой на знакомых, которые просили не упоминать про них. Так и заявили, что в Сибири и на Кольском полуострове есть сооружения, по древности и сложности постройки не уступающие пирамидам Египта, и про них знали греки. И добавили, что нынешних европейцев совсем не украшает, что, гордясь происхождением от Римской империи, не уважают народы восточного Средиземноморья, чья цивилизация насчитывает свыше пяти тысяч лет. И на добивание заявили, что европейцы это правнуки шакалов, разоривших Рим, который имеет поистине позорную историю с точки зрения гуманизма.
Еще Лев Николаевич написал статью, в которой излагал свой взгляд на идеи равенства и неравенства народов. В ней заявил и обосновал, что самые развитые народы это европейцы и азиаты. И доказал, почему так, используя данные о сложности жизни в разных частях света. Указал, что сам факт существования и процветания Российской империи, равноценной по развитию Европе и имеющей более суровый климат, делает русских качественно как минимум равными европейцам и, возможно, даже превосходящими иные европейские народы. Объяснил естественным отбором.
Потом была еще статья "Темные стороны европейской цивилизации". Лев Николаевич, пользуясь всевозможными материалами, вытащил поистине горы дерьма на свет божий: мракобесие, инквизиция, геноциды, каннибализм и прочее.
Эти статьи подорвали позиции западнофилов в Российской империи, так, например, Тургенев окончательно ушел от западнофильства. Заявил, что в цикле романов про красную Россию описываемые им девушки раскрылись, и что нет проблемы лишних людей, но зато неподходящих ломают и уничтожают. Разумеется, не обошлось без скандалов: европейские нацисты брызгали слюной от всего изложенного.
Многих пленили сценки вроде того, как захватили в качестве трофеев коллекцию раритетных книг. В этом отрывке солдат случайно вскрыл тайник, посоветовался со старшиной, и доложили офицеру "книги какие-то очень старые, наверно ценные, пусть специалисты глянут". Нашли специалиста в лице лейтенанта, сына обнищавших еще до революции четы искусствоведов, награжденных за спасение особо ценных предметов искусства. Тот и объяснил, что в тайнике настоящие раритеты.
Или другой эпизод, когда за грабеж и расстрел крестьян трех солдат отправили под трибунал. Тягостный, но ценный. Много было зарисовок из картин большой войны. И многих ужаснули описания лагерей смерти, лагерей пленных.
Пока народ переваривал третью книгу, Толстой завершил четвертую и начал пятую. Надо сказать, с трудом уместил в два тома все, что хотел рассказать. Рассказывать было о чем, это и военные действия, и отношения военных между собой и с местными жителями, и зарисовки из жизни людей в отсталых странах, и чудовищные преступления. Очень много грязи было вскрыто в Африке и Азии, это с точки зрения морали. Показал это на простых примерах типа: лейтенант ехал в Индию освобождать, рассуждая, зачем это надо, и все понял, когда увидел чудовищную нищету, и как советские солдаты учат индийцев пользоваться косами вместо серпов, это середина двадцатого века, и британская колония.
Английский посол, прочитав четвертый том, отписался в Лондон, чтобы не допускали Толстого и его книги на земли Британской империи. Но противники угнетения людей были в восхищении, Жюль Верн всем советовал книги Толстого. Высказался так: "В этой эпопее Толстого про будущее в огне и страданиях, в реках пота и крови рождается новая эпоха. Исчезают войны в Европе, меняется отношение к людям и капиталу. Да, по книге немцы и французы под властью России, но их русские в первую очередь заставляют по христиански относиться к другим народам. Тот завоевательный поход, который описан, он не для грабежа и не для удовлетворения жажды завоеваний, а из гуманных побуждений. И он вынужденный. Еще я вижу торжество научной мысли для удобств простого народа, а не для создания игрушек богачей. И не для обогащения создателей машин, а для улучшения жизни людей".