Страница 14 из 22
- So I will never; Take Part in Your Enormous Deception, - выделяя слова, пропела Лаэ последнюю строчку и опустила голову и руки. Гитара безвольно повисла. Визалдас доиграл последние аккорды песни. Все стихло, и долго время тишина сохранялась среди зрителей. Придя в себя, они закричали одобрительно, зааплодировали и засвистели. Их всех взбудоражила новая песня, даже встряхнула.
К Лаэ приблизился Визалдас, обхватил за плечи и обнял, параллельно махая зрителям. Девушка слабо улыбнулась и, закатив глаза, рухнула без сознания лидеру на руки под крики собравшихся. Объявив об окончании концерта, «Freak Show» покинули сцену, Крид нес Лаэ на руках.
========== Не та тональность или В корне меняем планы, господа ==========
- Бедная моя девочка… - шептал странный, тихий голос. В нем чувствовалась сила, магия. Чарующий тембр завораживал и соблазнял, располагал собеседника к себе практически моментально. Сильный голос, но сейчас он говорил тихо, словно боялся спугнуть. Он шептал, и шепот касался тишины вокруг. Он звал и тянул руки к той, кого считал своей дочерью.
Лаэ проснулась от ощущения прохладной ладони на лбу. Тьма комнаты сгущалась вокруг и давила, пробуждая давние и застарелые страхи. Но эту пелену рассек луч света. Он распался на тысячу маленьких светлячков и соткался в мужскую фигуру. Лаэ потерла глаза, но видение не растворилось и не исчезло. На кровати, совсем рядом, сидел Аллен, Мастер Сигмы. Девушка дернулась, широко распахнув глаза, а мужчина только грустно улыбнулся. Мастер протянул руку, пытаясь коснуться волос подопечной, но пальцы прошли сквозь пряди, оставив леденящий душу холод.
- Что же ты не жалеешь себя… Так нельзя, Лаэ, - он продолжал шептать, хотя в темной комнате не было никого, кто мог бы их подслушать. – Что же ты делаешь?..
- Мастер… - голос Юмелии сорвался, по щекам покатились слезы. – Мастер…
- Лаэ, малышка, очнись! – громкий, визжащий голос разорвал иллюзию сна. Юмелия, вздрогнув, открыла глаза, глядя на нависающего сверху Визалдаса. К подобным видениям по утрам она уже привыкла. А если новенький увидит лид-гитариста «Freak show» с утра, спросонья, в подобной опасной близости – Така рискует получить кулаком/лбом в нос. Или по челюсти.
- А? Что? – хрипло проговорила она, садясь в кровати с помощью лидера. Было уже позднее утро, солнце ярко светило в не зашторенные окна. Их передвижную студию чуть встряхивало на ухабистой дороге.
- Давно пора вставать, даже Киган уже на ногах, - драммер махнул девушке рукой, снова уткнулся в какую-то бумажку, напоминающую по виду договор. Лаэ потрясла головой и выглянула в окно, предварительно одернув занавеску. Мимо проплывал живописный пейзаж окрестностей города Акалифа. Значит, они уже проехали почти половину пути. Значит, следующий пункт их назначения – Харгеон. Этот портовый город уже давно ждал прибытия «Freak show». Это – последняя преграда на пути к Магнолии. В последнем группа бывала довольно часто за прошедшие семь лет. Они успели избаловать фанатов своими поездками в город. Поэтому и поставили Магнолию в конце списка турне. Юмелия не любила этот город, а ее товарищи с пониманием отнеслись к эмоциональному состоянию. Однако не одна гитаристка искала встречи в Магнолии, Визалдас тоже горел желанием повидать двух каких-то девиц. Магов, по всей видимости, но Така не уточнял Гильдию. Но особых подозрений это не вызывало. Все помнили о прошлом Лидера.
Лаэ встала с кровати и едва удержала равновесие, когда пол под ногами снова качнулся. Да, верно, пора вставать. Сны измучают ее сильнее, чем реальность. Бодрствуя, она может отвлечься от разрушительных и печальных мыслей, погрузиться в работу с головой. Отчеты, документы, договоры, отчисления – все это скрашивало ее будни. Так долго бумажной волокитой мог еще заниматься их басист. Крид профессионально абстрагировался от внешнего мира, посылая всех далеко и надолго. Перебирая документацию их группы, он мог одновременно разбирать договор на организацию очередного концерта и сверять смету расходов. Лаэ чаще бралась за мелкие договоры или уже те, которые проверил Ари. Муторная и достаточно трудная работа, она сосредотачивала все внимание на себя, отсекая возможность отвлечься в процессе. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. Потерянное время, израсходованные силы и попытка найти ошибку. Иногда в куче цифр и столбиков из этих самых цифр.
В Акалифе они сделали небольшую остановку, чтобы пополнить запасы. Визалдас и Нуд зашли в небольшую лавку, купить новые струны. Айдж вместе с Киганом покупали провиант в дорогу. Лаэ вышла на прогулку. Все-таки идея Нуда с масками была великолепной. Всего лишь сняв их и переодевшись, они могли скрыться в толпе и спокойно гулять. Люди даже не подозревали о том, что рядом с ними в данный конкретный момент стоит басист или барабанщик «Freak Show». Визалдасу же наоборот, приходилось прятать свою эпатажную внешность во время вылазок в город.
Девушка завернула за угол и уверенно прошла в сторону магазинов. Сказать по правде, это, наверное, самый спокойный год в ее жизни за все прошедшее время с момента исчезновения костяка Гильдии «Fairy Tail». Если вспомнить, что происходило с ней и с ее психикой… Весь первый год ее вытягивали из депрессии Крид и Така, пытаясь занять хоть чем-нибудь. Вязание, вышивание, врачевание – все попытки были безуспешны. Лаэ все равно возвращалась к тяжелым мыслям о своем поступке и поступке Лаксаса. С одной стороны, не могла же она, как дура, с первого взгляда влюбиться в незнакомца. С другой – за те несколько дней Дреяр… очаровал ее? Не делая ничего особенного, он показался ей совершенно другим, в сравнении с жителями Катарменоса. Другой образ мыслей, другая жизнь и принципы – он ворвался в мир окаянного города, изменил ее привычный распорядок. Да, изменил, совершенно точно. Юмелия никогда и ни за что не пошла бы против правил и устава города, не дала бы физический отпор Декстеру, продолжая бегать от него. Не вырвалась бы из тюрьмы, посчитав ее достойным для себя наказанием. Не узнала бы правду о Гильдии. Лаэ до сих пор до конца не осознала характер произошедших с ней изменений, но в чем-то была благодарна Дреяру. Но и навалять ему по шее в случае встречи не отказалась бы. На второй год отсутствия «хвостатых» раздраженный Визалдас всучил ей в руки гитару собственного производства и принялся учить играть. Полтора года – и Лаэ снова меняется. Крепнет, увереннее смотрит на мир, но по-прежнему чего-то боится. Хотя ее окружает ставшая родной группа и новые люди – Айдж и Киган со своими способностями и причудами. Начало четвертого года коренным образом ее ломает. Впервые за свою короткую жизнь Юмелия убивает. Это даже не самозащита, не защита ближнего. Это заказ, ее боевое крещение под руководством Таки. После того, как противник падает с перерезанным горлом, ее трясет, а из глаз сами собой льются слезы. Лаэ готовилась к этому дню, старалась держать себя в руках, но она не совсем оправилась после событий четырехлетней давности. Поэтому Криду понадобилось пять минут и ударов семь по щекам, чтобы привести девушку в чувство. Потом ее еще долго преследовало во снах мертвое тело первой жертвы, иногда безмолвное, иногда жутко кричащее. Но очередной перелом уже произошел, точка невозврата пройдена окончательно. Пятый год принес еще один удар – землетрясение в Катарменосе, унесшее жизни ее матери Даны, сестры Фиры и половины населения. Лаэ думала, что будет плакать, орать и рваться на родину, но истерика утихла уже на следующий день. Отправив ежегодное денежное послание отцу, она попросила его покинуть родной город. Юмелия попросила Ареса не искать ее, старательно скрывая от отца темные стороны жизни и души. Шестой год. Спустя пять заказов методы их действия становятся гуманнее. На Айджа сходит озарение и вдохновение, группа овладевает методами магической лоботомии и успешно гастролирует по миру. Никто не связывает подобные странные происшествия с группой «Freak Show», списывая на разборки. Чьи – не уточняется. И вот уже начинается седьмой…