Страница 100 из 136
— А как ты ружьё умудрился сохранить с новыми-то законами?
— Так я же в полиции работаю, — ответил Юра. — Продлить лицензию несложно, вот когда в отставку уйду, тогда боюсь, станет проблематично, но пока знакомые имеются, всё будет нормально, а вот когда и они в отставку уйдут, даже не знаю… У меня дома целый арсенал и запас патронов такой, что осаду выдержать можно.
Я был рад, что обзавёлся такой роднёй, готовой стать поддержкой в трудную минуту, но озвученные факты навевали печаль. Всё сказанное было известно из новостей, с чем-то сталкивался сам, но слышать мнение людей, которых новые законы коснулись непосредственно, оказалось познавательно.
Сельчане в Мордовии живут небогато, в основном за счёт картошки, выращиваемой на больших приусадебных участках, которую перекупщики скупают за копейки. Наличность тут особо не водится, за редким исключением. Деньги порой появляются у таких предприимчивых людей, как Юра. А ведь вырученные за картофель деньги народу надо растянуть на весь год и оставить картошку на посев или же отложить наличность на приобретение посевного материала.
В итоге почти все живут с огорода и собирательства, ну ещё с денег, которые пересылает работающая в крупных городах молодёжь. Водку выставляют на столы лишь по крупным праздникам, в основном же все гонят самогон, как правило, из самого распространённого продукта — картофеля. Чем-то всё это напоминает Белоруссию. Комбикорма вымениваются у таких же селян, фактически люди живут меновой торговлей, и это в двадцать первом веке.
И вот с них правительство требует непомерные налоги, заставляет покупать и вживлять всем животным недешёвые чипы, а ещё считают тунеядцами, поскольку крестьяне «нигде не работают». Если люди потратят вырученные с продажи урожая деньги на чипы и налоги, то средств не останется даже на продукты первой необходимости, такие как хлеб.
Родители супруги и их брат считаются зажиточными, первые оттого, что мы им подкидываем денег, второй — потому что обеспечивает небольшими деньгами население всей деревни, занимаясь скупкой грибов и металлолома. Но это сезонный бизнес, поскольку грибы идут раз-два в год, а металлолом не бесконечный и накапливается понемногу.
Ну, выручит он на этом двести-триста тысяч рублей, но при этом надо отложить как минимум половину суммы в заначку, чтобы потом было на что покупать то же самое. Минус расходы на наём грузовика до города. В остатке получается сумма, которой хватает, чтобы докинуть денег после продажи автомобиля, который за год изнашивается поездками на работу в далёкий поселок по убитым дорогам, и купить новый, ну ещё дочку побаловать. Для деревни неплохо, но в городе та же сумма ерундовая, хватит, чтобы пару нормальных компьютеров купить.
Даже Юрка с неплохой по местным меркам зарплатой полицейского, вынужден жить со скотины и огорода, то есть пашет в два раза больше положенного. Возьми с него все налоги и поборы, и останется он без копейки в кармане, уже не сможет наскрести на бензин, чтобы ездить на работу, загнётся его импровизированный мини-бизнес, от этого отчасти пострадает всё село.
Если овцу постоянно стричь — зимой она замёрзнет от холода, но наши правители, видимо, не понимают этого. Боюсь представить, что мой сын будет так жить. В последнее время я так часто сталкивался с произволом, что с каждым разом всё больше росло понимание, что либо надо уезжать куда подальше, либо лечить государство, начав с выкорчёвывания гнили. Но…
Я уже один раз убивал людей. Даже несмотря на то, что это были не самые хорошие люди, покусившиеся на мою собственность, отнимать жизнь разумного существа оказалось настолько поганым делом, что до сих пор на душе противно. Несмотря на это я всё равно готов хоть сейчас взяться за оружие, чтобы сделать родину лучше, но не буду влезать в революцию, поскольку это может задеть в первую очередь родственников. Я готов до последнего защищать семью и родню, но не готов подвергать их опасности. Тем более история нас учит тому, что на место одних гадов придут другие такие же, и повезёт, если новые не будут хуже прежних. А всех идеалистов-революционеров новые правители пустят в расход.
Так было уже множество раз практически всегда и всюду, где произошёл переворот. В Китае хунвейбины свергли правительство и привели к власти Мао Цзэдуна, и где они? Все революционеры заканчивают одинаково, поэтому поговорка: «своя рубашка ближе к телу», весьма актуальна.
Но и не бороться с проблемами нельзя. К сожалению, точка невозврата пройдена. Если раньше, до принятия законов, ограничивающих права граждан, можно было поднять бучу, возможно, правительство прислушалось бы, то теперь время разговоров прошло, поскольку правящая верхушка опьянённая тем, что все задумки по порабощению населения прошли без проблем, уже не захочет дать обратный ход. Всё идёт к очередной революции. Да, она случится нескоро, но меня больше пугает то, что раньше революции может начаться мировая война, в которой главной ареной может стать наша страна.
***
С утра первым делом отключил кнопку экстренного реагирования на Судзуки. Затем загнал в гараж тестя Субару. С помощью дяди Коли стал менять изношенные детали. Тесть помогал больше морально, то есть скрашивал нудное занятие деревенскими сплетнями и подавал ключи.
Вообще, я рад, что навык автомобильного ремонта прокачал до довольно высокого уровня. Раньше лезть чинить иномарку не решился бы, а сейчас плёвое дело. Сервисное обслуживание у Субару, как в принципе и других автоконцернов, стоит нереально дорого. Фактически, меняя железки своими руками, я экономлю сумму, соответствующую их стоимости.
К вечеру я закончил с починкой автомобиля, поменял все расходные жидкости, в общем, подготовил машину к длительным поездкам. В принципе, снятые запчасти ещё неплохие и вполне могут послужить, но то, что годится для города, где всегда можно вызвать эвакуатор, не очень хорошо для длительных междугородних путешествий. Бывшие в употреблении запчасти предложил тестю продать в городе на авторазборке для иномарок, на что он с радостью согласился, а то вначале собирался просто сдать в металлолом! Рабочие-то железки стоят намного дороже металлолома.
К соседнему дому подъехала Лада Калина универсал, из неё вышел Юра и подошёл к нам.
— Привет, — произнёс он. — Как вы тут?
— Машину, вот, починили, — сказал тесть, показывая на Форестер.
— Вот как! — обрадованно произнёс Юра. — Андрюха, пойдём ко мне в гости, у меня на особый случай самогоночка имеется, настоянная на лечебных грибах. Прелесть, как хороша!
— Пойдём.
— Я сейчас, это… — сказал тесть, указывая на свой дом.
— Нет, Коль, — протянул Юра. — Тебя я не приглашаю. Жена у тебя больно скандальная, скажет, что я тебя спаиваю, все мозги чайной ложкой выест. Вот племянница замечательная, даже не понятно в кого пошла. Наверняка в дядьку!
— Ай, ладно… — махнув рукой, печально ответил тесть.
Мы пошли в соседний дом. Юра выставил на стол трёхлитровую банку с коричневым самогоном, в котором плавали какие-то грибы, напоминающие Чагу. На вкус напиток оказался божественным, запах практически не ощущался, а пился как вода, хотя со слов хозяина там семьдесят четыре градуса. Накатив прилично алкоголя, нас потянуло на подвиги.