Страница 81 из 108
— Это был хостес, он можно сказать заведует отелем, по всем возникающим вопросам и проблемам нужно обращаться к нему, — объяснил он проходя по коридору и свернув рядом с лестницей налево.
— Ну а говорит он конечно только по-английски, — буркнула я идя следом.
— Естественно.
Расстроено вздохнув, оглянулась:
— А сверху тоже номера?
— Нет, — мы подошли к двери, в прорезь замка Максим вставил ту самую карточку, что дал нам мужчина и открыл дверь. — Здесь четыре номера и все на первом этаже, а сверху должно быть открытая мансарда, для отдыха всех постояльцев. Надо посмотреть. — Пройдя за ним в просторную комнату-гостинную устало приставила чемодан к стене и осмотрелась: два больших кресла, с высокими спинками, диван, стол и мягкий ковёр на полу, напротив огромное окно с приоткрытыми створками — уютненько так.
— Приводи себя в порядок и пойдём есть, — сказав, не оборачиваясь прошёл в следующую комнату со своею сумкой.
— Я не голодна.
— Ну как знаешь, — бросил он. — Тогда я в душ первый.
Пожав плечами, я подошла и открыла противоположную дверь от той, куда зашёл Максим. Это оказался кабинет, классическая обстановка: стол, стулья, пара шкафов, в углу стоял мини бар, окно здесь чуть меньше и огромный кожаный чёрный диван. Вернулась в гостиную и прошла через неё в спальню, с предсказуемо одной большой кроватью. Грустно посмотрела на неё и решила, что спать буду в кабинете, диван там мягкий и на вид удобный. Подкатив чемодан к шкафу, начала распаковывать его, неизвестно: сколько времени будем здесь жить, так что достану всё и развешу, ну а сложить минут за двадцать я успею. Не думаю, что придётся экстренно собираться, поэтому решила разобрать, но складывать на полочки всё компактненько. За этим занятием застал меня Максим, выйдя из ванной, дверь которой была как раз в спальне. Хмыкнул, что-то пробормотал, но я не стала оборачиваться, просто проигнорировав его появление и продолжая своё занятие. И только когда минут через десять хлопнула входная дверь, а я успела фактически разобрать и второй чемодан, а вещи уже висели на вешалках и лежали на полочках, я облегчённо выдохнула и присела на край кровати. Бездумно смотря на шкаф, просидела наверное минут пять, потом сбросив с себя горькое оцепенение, тяжело поднялась и взяв вещи направилась в душ, где меня ожидал ещё один сюрприз: здесь не было кранов! Обсмотрев панель с кнопочками в душевой кабинке и возле огромной раковины, вздохнула, разделась и решила: будем пробовать методом тыка — самый верный способ. Пару раз вскрикнула, когда меня в просторной душевой кабине окатило со стен и потолка то кипятком, то ледяной водой, но всё-таки я умничка, я разобралась с этой шайтан-машиной и нашла как регулировать температуру и потоки воды, струи которой били здесь со стены и потолка. Выкупавшись и одев пижамку, накинув халат, висевший здесь же, захватив подушку и покрывало, прошла в кабинет, прилегла и провалилась в сон.
Проснулась от пиликанья, сонно потерев глаза, встала, не понимая где я, только минут через пять, восстановив события и найдя выключатель, потому как в кабинете было уже темно, я вышла в гостиную и по звуку нашла сумочку, достала из неё пиликающий планшет: звонила Марта, которой я забыла отправить сообщение. Пообщавшись с нею и заверив, что у меня всё хорошо, добрались и устроились мы тоже хорошо и голос у меня не расстроенный, а сонный и несколько раз извинившись за молчание, клятвенно обещаясь регулярно отписываться, закончила разговор.
Пройдя по тёмному номеру и заглянув в спальню, с нетронутой постелью, посмотрела на экран планшета — половина двенадцатого, а Максима нет. Грустно побродив по номеру, запахнув сильнее халат, выглянула за дверь — тихо. Прошла к лестнице и поднялась по ней. Было страшновато: вдруг встречу кого-то, хотя чего боятся? Ну прикинусь дурочкой, с них спрос меньше, всяко лучше, чем просто сидеть в номере. Поднявшись на крышу, огляделась — это была действительно открытая мансарда, частично прикрытая крышей. То тут, то там среди деревьев, росших в деревянных кадушках, расставлены плетеные кресла и несколько столиков тоже плетёных. Здесь было хорошо — открытое пространство давало пусть хоть и мнимое, но ощущение воли, свободы, что для оборотней просто необходимо, чтобы не сойти с ума в рамках бетонных джунглей города. Запахнув халат сильнее, я прошла дальше, где перилами был огражден край крыши и горели висящие светильники-светлячки, но резко остановилась и сделала пару шагов обратно в тень, потому как от дома, если смотреть прямо, заметила ярко освещённое, скорее всего кафе. Внимательно присматриваясь, среди сидящих, за большими окнами, разглядела Максима. Всё-таки расстояние было хоть и не очень большим, но видела я не достаточно чётко, поэтому удостоверившись, что ветерок дует в лицо, сняла артефакт, положила крестик на рядом стоящий стол и стоило мне сделать широкий шаг в сторону, как меня оглушила волна звуков, запахов, от которых я пошатнулась и чуть не упала, потому как вцепилась в маленькое деревце, которое не могло дать мне опоры и качнулось в своей кадушке вместе со мною. Резко одёрнув руку от него, хорошо хоть не сломала! я продышавшись и дождавшись когда в голове проясниться, а органы чувств придут в некую стабильность, посмотрела теперь уже не ограниченным волчьим взглядом на то кафе. Хотя может лучше бы я не стала этого делать? За столиком, стоявшим рядом со стеклянной стеной, сидел Максим, ещё один мужчина и три молодые женщины: блондинка, брюнетка и рыжая — прям как на подбор. Женщины выглядели очень дорого: хорошая, правда не вызывающая, одежда, роскошные волосы, да весь их внешний вид кричал о роскоши обладательницы. Рыженькая сидела на стуле, придвинутом к стулу Максима, его рука лежала на его спинке, и создавалось впечатление, что ещё мгновение и его рука невзначай соскользнёт с этой спинки и ляжет на талию, приобнимая женщину. Она смеялась немного запрокинув голову, а он наклонившись ей о чём-то говорил чуть ли не на ухо. Вот он отодвинулся, и его рука заправила прядку волос ей за ухо, совсем как мне только вот недавно он заправил прядку в самолёте. Наклонившись к ней о чём-то сказал, отчего она опять откинув голову рассмеялась и повернувшись к нему ответила. Ещё мгновение и их губы встретятся в наверняка мягком и нежном поцелуе, а может в страстном, как он целовал меня когда-то: сначала мягко и нежно, с каждым мгновением углубляя поцелуй, который становился страстным, обжигающим. Пошатнувшись, я сделала шаг назад, ещё один, на что-то натолкнулась спиной, потому как не отводила взгляда от кафе, от Максима, который, не отдаляя лицо от рыжей, заправил локон за её ухо с другой стороны. Резко отвернувшись, метнулась к столику, схватила артефакт и побежала вниз, в номер. Дрожащими руками несколько раз промахивалась карточкой мимо замка, не видела эту проклятую прорезь из-за слёз, которые сдержать не могла и они струились по щекам. В какой-то момент замок щёлкнул, я влетела в распахнувшуюся дверь, захлопнув её, пробежала в душевую, закрылась и раздевшись юркнула под тугие струи воды, которые могли заглушить рыдания рвавшиеся из груди.
Проплакавшись до икоты, я лежала на диване в кабинете, невидящим взглядом смотря в потолок и пытаясь решить неимоверно трудную задачу, огромнейшую проблему — как перестать испытывать к Максиму эти безумные чувства, как разлюбить его и вообще возможно ли это? Прикрыв глаза, вспомнила выражение: «Всё невозможное — возможно, стоит только приложить максимум усилий!». Что ж мне придётся вывернуть душу наизнанку, изгоняя из себя это безумное, болезненное чувство, которое раз за разом опустошает меня, ломает, причиняя боль.
В процессе рефлексии не заметила, как провалилась в тяжёлый сон, который не принёс мне на утро бодрости. Приняв душ и одевшись, я озаботилась возникшей проблемой: привести в порядок свою одежду. У меня уже накопились вещи требующие стирки, да и погладить не помешало бы. Только вот спросить: где стирать и сушить, не у кого — Максима, когда я проснулась, уже не было и только небрежно накинутое покрывало на кровати и смятая подушка говорили о том, что он всё-таки приходил ночевать. Только вот я со своими переживаниями уснула так крепко, что и не услышала: когда он пришёл, да и когда ушёл тоже. Пока грустно размышляла и складывала грязные вещи в пакет у меня начало урчать в животе, конечно ведь последний раз я ела в аэропорту, перед вылетом в Токио! Решила сходить в то кафе, которое вчера увидела с мансарды, должно же там быть что-то съедобное? Одев бежевые зауженные брюки со стрелками, сверху натянула серебристый топ, подготовила укороченный пиджак и туфли на каблуке, я нашла свою сумочку и стала рыться в ней в поисках паспорта. Не найдя искомое, вытряхнула содержимое на диван в гостиной и только потом с огорчённым стоном плюхнулась в кресло — паспорт, в обложку которого я вложила свою банковскую пластиковую карту, остался у Максима. Он его ещё во Владивостоке забрал, а перед посадкой положил вместе со своими документами в свой кейс. Деньги я перевела в доллары и все они были на карте, а вот налички не было. С грустью сгребла содержимое сумочки обратно и под аккомпанемент бурчащего живота собиралась уже выйти из номера, чтобы хотя бы прогуляться по улице, как в дверь постучали. Настороженно схватив туфель поудобнее (если что можно и каблуком по голове ударить!), тихо сделав пару шагов, как стук повторился, но настойчивее и громче, отчего я вздрогнула и по-моему даже на лбу выступили капли пота, но решила что открывать не стану! Ни в коем случае! Отойдя к кабинету, зашла и притаилась, прижавшись спиной к стене, потому что услышала, как щёлкнул замок и треклятая дверь открылась. Сердце от страха казалось стучит где-то в горле, фактически вжавшись в стену, стараясь чуть ли не слиться с нею, молилась: «Лишь бы не заметили меня! Лишь бы ушли! Но я не дамся! Буду защищаться, рвать зубами и ногтями всё что ни попадётся!» Стараясь настроить себя воинственно и отогнать страх, не заметила, что вошедший в номер подошёл к двери в кабинет, а когда услышала совсем рядом шаги, с криком выскочила навстречу, желая скорее дезориентировать, ошеломить тех, кто тайком прокрался сюда. Отчаянно закричав, замахнувшись туфлёй и направляя каблук на противника, выскочила и натолкнулась на низенького роста женщину, которая от испуга заорав громче меня, что-то бросила на пол и выскочила из номера с такой прытью, что любой обезумевший заяц, убегая от волка, стоял бы и зависливо-нервно курил в сторонке. Только после того как женщина с криком скрылась из виду я перевела дух и нервно рассмеялась, смеялась до тех пор пока не увидела валяющееся рядом ведро, а рядом с открытой в номер дверью разглядела тележку с набором принадлежностей для уборки. Из горла вырвался последний истерично хриплый смех и я подойдя осмотрела тележку, оглянулась на валяющееся ведро рядом с дверью в кабинет и чуть не взвыла в голос — это была горничная! Горничная, нарак её задери! Создатель, что же теперь будет? Заслышав быстрые шаги в коридоре, быстро юркнула обратно в номер и подхватив второй туфель, закинула их за диван — во время! В номер фактически вбежал хостес с той самой женщиной, которая не решилась зайти дальше входной двери и что-то быстро рассказывающей.