Страница 45 из 108
— А почему же дед Матвей тогда с ним не разговаривает. Он его винит?
— Да нет конечно! Он вообще ни с кем не разговаривал, даже с сыном. Просто закрылся в себе. Может сегодня и удастся им поговорить. Кто знает? Ну ладно, хватит о грустном! Пойдём-ка лучше чай пить.
Марта, Алина и Лёша зашли в дом, а я осталась на улице — хотелось немного постоять одной. Скинув капюшон, я закрыв глаза стояла приподняв лицо к небу. Рядом послышался хруст снега и я чуть улыбнувшись повернула голову на звук.
— Привет.
Рядом с домом, оперевшись на стену стоял Максим. Расслабленность, охватившую меня, как ветром сдуло, губы растянулись в радостной улыбке.
— Привет. С праздником. А мы тебя не ждали. — Ляпнула не задумываясь, а когда дошло, стало стыдно за свои слова. Он отвернувшись усмехнулся.
— То есть ждали конечно, просто Алина сказала, что ты очень занят, праздник, заботы, ну и всё такое, — закончила уже бубня себе под нос чувствуя что щёки заливает яркий румянец. Максим медленно подошёл ко мне и остановился в паре шагов.
— Повернись.
— Зачем?
— Полюбоваться на тебя хочу.
Да уж, лицо наверное полыхает как маков цвет. Опустив глаза, я медленно прокрутилась на месте.
— Тебе очень идёт.
Я кивнула, — Спасибо. А как же стая? В смысле тебе же надо там за порядком приглядывать?
— Ничего, разберутся и без меня. Тем более я ненадолго. Может прогуляемся? — Он согнул руку в локте предлагая опереться на неё. Я смущённо ухватившись за его локоть пошла рядом.
— Как прошёл праздник?
— Хорошо. — Я открыто улыбнулась. — Ходили в гости к деду Матвею, прекрасно посидели, потом к нему родные приехали и мы ушли. Как у тебя?
Мы медленно шли вдоль домов, Максим изредка кидал на меня взгляды, и от этого становилось как-то радостно и жарко, словно происходило нечто волшебное, то ради чего ждут праздник.
— Нуу, у меня совсем не празднично. Поздравление стаи и как ты сказала: «Заботы и всё такое».
— А кто там сейчас за порядком следит? Ну пока тебя нет.
— Один из старейшин.
— А справиться? У старейшин сильный дар?
— Справиться, — он опять усмехнулся, я же насупилась. Максим заметив это, с улыбкой наклонившись чмокнул меня в нос, от чего хмурое выражение моего лица быстро сменилось на радостное и я робко придвинулась к нему ближе, крепче обхватив локоть.
— Не дуйся. Старейшины достаточно сильные не в плане дара, а в умении с ним работать.
— Расскажи о них. Чем они занимаются? Это самые пожилые оборотни стаи?
Максим накрыл своею рукой мою ладонь лежавшую на его локте.
— Старейшины — это как должность, их избирают. Всем не меньше ста тридцати лет. Достаточно образованные, прожили в стае не меньше восьмидесяти лет. Что ещё рассказать?
— А чем они занимаются?
— Много чем. Ни одно дело, разбирательство, направление развития стаи не проходит без их одобрения. Все вопросы оборотней стаи решаются только с их участием.
— Аа…, — хотела задать следующий вопрос, но Максим меня перебил:
— Ты точно о старейшинах хочешь поговорить? — И с весёлым блеском в глазах посмотрел на меня.
— Ммм, нет. — Я с трудом отвела от него взгляд. О старейшинах спрашивать было с одной стороны интересно, с другой же — это была нейтральная тема, и я чувствовала себя не так смущённо идя рядом с ним. Решив сделать «ход конём», спросила:
— А о чём тогда будем разговаривать?
Максим видимо раскусив мой коварный план, улыбаясь ответил:
— Если хочешь обо мне, но я бы предпочёл разговаривать о тебе.
— И что же ты хочешь узнать? — Я, зная что он смотрит на меня, сама смотрела прямо перед собою, не поворачивая головы, но не выдержав его молчания, всё же бросила на него взгляд, столкнувшись с тем, что пользуясь моментом он откровенно меня рассматривает.
— Ну например, чем ты увлекаешься, что тебе нравиться?
— Увлекаюсь? — Я задумалась. — Раньше мне очень нравилось рисовать. В одном из городков меня мама даже записала в художественную школу. Правда долго я туда не проходила, через некоторое время нам пришлось уехать, но дома рисовала.
— Если хочешь тебе привезут краски и холсты.
На что я покачала головой:
— Не стоит. — Зная, что спросит «Почему», торопливо спросила:
— А ты? Есть у тебя увлечения?
— К сожалению на увлечения у меня совершенно нет времени, да и оно у меня не вполне обычное.
— Какое? — тут же спросила и заинтересованно повернулась к нему.
— Поцелуешь, скажу.
Я фыркнула и отвернулась. Мы медленным шагом пошли дальше. Нет поцеловать хотелось, до безумия хотелось. Но и показывать свою заинтересованность и вот так сразу согласиться я не могла, поэтому шла молча.
— Тебе не интересно?
— Интересно, очень, но на шантаж я не поддамся! — Гордо вздёрнула подбородок вверх, ну или мне так казалось, что получилось гордо.
Максим остановился и развернувшись ко мне приобняв одной рукой за талию, второю рукой убрал за ухо выбившиеся прядки волос:
— А если я тебя поцелую? — Тихо спросил он.
— И потом ты мне ответишь? — Уже прошептала ему в губы, так как он наклонился, не дожидаясь моего ответа. На миг он остановился и я уже чуть было не пожалела о своём вопросе, но прошептав: «Обязательно», он приник к моим губам сначала в лёгком, нежном поцелуе, но спустя несколько мгновений его рука легла на мой затылок, поцелуй углубился, становясь более страстным. Мои руки зарылись в его волосы, прильнула к нему всем телом, насколько это было возможно в верхней одежде, самозабвенно, ненасытно отвечая. А уж когда он, оторвавшись от моих губ, переместился к шее, покрывая лёгкими поцелуями вмиг покрывшуюся мурашками кожу, я не сдержавшись, тихонько застонала. Максим напрягся, сильнее обнимая меня и хриплым голосом произнеся: «Какая же ты сладкая, чудесная», опять накрыл мои губы своими, целуя так страстно, что у меня подкашивались ноги, сердце бешено колотилось, руки дрожали. Отстранившись, Максим меня обнял, я прижавшись к нему положила голову на грудь вдыхая его до безумия приятный запах. В голове мысли скакали, не хотелось отстранятся, а так и стоять вечность — прижавшись к нему и ни о чём не думать. Где-то рядом хлопнула дверь и раздались голоса Лёши и Алины, отстранившись, я только сейчас заметила, что мы стоим на углу нашего с Мартой дома, хотя я даже не заметила как мы к нему подошли. «Конечно не заметила», — хмыкнула я про себя, «Ведь думала то я совсем о другом!». Максим с улыбкой предложил мне локоть, я взялась за него и мы чинно зашагали вперёд. И только я собралась задать вопрос о его увлечении, как нам на встречу из-за угла выскочил сначала Лёша, почему-то зло смотря на Максима и через несколько мгновений появилась раскрасневшаяся Алина отводя от меня глаза. Уже собиралась спросить брата, в чём причина его гневных взглядов, как из-за угла вышла Марта окрикнув:
— Лексей! Я сказала наедине будешь отношения выяснять! Здесь мне ваши скандалы не нужны!
Я удивлённо посмотрела на Марту:
— Что у вас тут случилось?
— Что у на́с случилось? — Зло спросил у меня Лёша. — У нас то как раз всё замечательно, а вот ты сестрёнка что творишь? Ладно она, а ты? — Он зло посмотрел на Максима, тот к моему удивлению молча убрал мою ладонь со своего локтя и прежде чем отпустить немного сжал, подошёл к Алексею, со стороны выглядело так словно слон надвигается на моську, потому как брат в этот момент посерел, но не отступил и взгляд так и остался злым.
— Максим! — Окрикнула Марта. — Не смей! Я сказала: отношения выясните наедине. — Уже тише добавила она. — Мне с тобою поговорить надо, зайди.
Максим несколько мгновений смотрел на Лёшу и отрывисто, зло сказал:
— Забери Алину и в машину!
— Я тебе не щенок, чтоб мне приказывать! Или опять давить будешь?
Я всё это время стояла, словно в ступоре, наблюдая за происходящим словно со стороны, но всё таки стряхнув оцепенение подошла к брату и схватив за руку спросила:
— Лёш, что произошло? — Он не оборачиваясь и не отвечая мне, смотрел на Максима, пока тот всё же взяв себя в руки и под давлением Марты не зашёл в дом, хотя лучше бы не отвечал, потому как тот посмотрев на меня с презрением, бросил: