Рэй

— Он устраивал розыгрыши? — спросила Ким, посмотрев на Рэя.

— Да, — ответил ей Рэй. — Даже для меня, — он увидел улыбку Ким и удивился, из-за чего он беспокоился.

— Ты напомнила мне об этом, о том, как он жил, во что верил, а не то, как он умер. Именно поэтому я знаю, что Ван простил мне неспособность спасти его, потому что понимал, я не мог. Но он бы не простил мне, если бы я не спас тебя, когда мог.

— Тора… — Ким обнаружила, что её глаза снова наполняются слезами.

— Он прав, моя Ким, — сказал Рэй, притягивая её ближе. — Тора сделал то, что любой пригодный и достойный самец сделал бы для своей Императрицы. Прими это.

— Хорошо, — сказала Ким мягко, прежде чем повернуть свой взгляд к Курадору, который сохранял молчание на протяжении всего этого времени. — Но только если Курадор просканирует его и убедится, что он не пострадал.

— Я в порядке! — начал протестовать Тора, но взгляд его манно заставил успокоиться и закрыть рот. — Конечно, ваше величество, — сказал он напряжённо.

— Ты знаешь, — сказала Ким не в состоянии прекратить улыбаться, — думаю, что могу привыкнуть быть Императрицей.

***

Рив не обратил внимания на воинов Императора, когда они прошли мимо него с телами воинов, убитых Фала и Гулой. Убитых с помощью яда, который дал им Рив. У него были более важные дела, о которых стоило беспокоиться: как он намерен объяснить всё это не только Императору, но и Бертосу.

Поворачивая за угол, он столкнулся с Якаром.

— Смотри, куда идёшь! — приказал Рив, отталкивая целителя в сторону.

— Смотри сам, куда идёшь! — вспылил Якар в ответ. С него было достаточно тех, кто считал себя лучше него. Он был целителем.

Рив почти собрался отругать самца серьёзнее, когда вдруг понял, кто это стоит здесь перед ним в таком гневе.

— Что ты делаешь здесь? Почему ты не с Императором! Она отошла? — спросил Рив, едва сдерживая надежду в своём голосе. Это могло бы решить все его проблемы.

— Нет! — отрезал Якар. — Эта самка отказалась позволить мне лечить её. Мне! Самому востребованному целителю во всей Империи!

— Тогда кто её лечит?

— Курадор! — выплюнул он.

— Курадор? Как она смогла узнать о нём? — потребовал ответа Рив.

— Ауянгианская самка рассказала ей. Сказала, что он добрый, — ухмыльнулся Якар. — Как будто самкам нужна доброта. Им только нужно быть спокойными и оставаться в этом состоянии.

Взгляд Рива вернулся к Якару, изучая и оценивая целителя Императора. Лорд никогда не понимал, что их отношение к самкам имеет столько общего. Он удивился…

— Всё же, как только вы вернётесь на Торино, у тебя будет возможность её успокоить.

— Нет, — сказал Якар, и его гнев усилился. — Я подслушал, как Император объявил Курадору, что он должен стать личным целителем Императрицы.

— Что? Он не может забрать его с Весты без моего согласия!

— Как будто ты сможешь отказать. Он — Император, а это то, что его Императрица хочет. Они также забирают двух ауянгианских портных.

— Нет! — Рив повернулся и расстроено пробежался пальцами сквозь волосы. Ему нужны эти двое, если он хочет привлечь другую самку. Леди Эсти была в восторге от мастерства самки, и молва распространялась. К тому же он ещё не успел опробовать самку.

— Эта самка — угроза, — заявил Якар. — Она уничтожит наш образ жизни.

— Я согласен, — сказал Рив, увидев Якара в новом свете. — Идём, целитель Якар. Давай пройдём в мои личные покои. Нам есть что обсудить.

***

— Он в порядке, Императрица. Несколько шишек и синяков, которые я залечил. Здесь нет необратимого вреда, и как только он очистится, удалив речную вонь, он снова вернётся в норму.

— Ты только что сказал, что я воняю?! — потребовал ответа Тора, основательно обидевшись.

— Да, — сказал ему Курадор, ухмыляясь. — Что? Принц не может вонять?

Тора посмотрел на своего манно, но увидел, что его губы изогнулись. Изогнулись! Он думал, что это было смешно!

— Я удивлялся, откуда идёт этот запах, — в итоге сказал Рэй.

— Он мог идти от Ким, — выплюнул Тора, не понимая, что назвал её по имени.

— Я приняла душ, — ответила ему Ким обиженно, затем улыбнулась. — Это всё ты, Тора.

— Тогда я избавлю вас от своего оскорбительного присутствия, — сказал Тора всё ещё не в состоянии поверить, что кто-то имел наглость сказать ему, что он воняет. Как только он повернулся, то почувствовал вес предмета в своём кармане и остановился. Обернувшись, он вытащил его.

— Я думаю, что это принадлежит тебе, — сказал он и протянул ей клинок, украшенной драгоценными камнями рукояткой вперёд.

— Мой нож! — воскликнула Ким, нетерпеливо потянувшись вперёд, чтобы взять его. — Спасибо, Тора. Я думала, что потеряла его в реке.

— Он был у берега, где ты упала, — рассказал он и почувствовал, что щёки темнеют от её искренней благодарности. — Как тебе удалось заполучить клинок от кализианской королевской семьи?

— Генерал Рейнер дал мне его на Понте, — нахмурилась Ким. — Он член кализианской королевской семьи? — спросила она, посмотрев на Рэя.

— Двоюродный брат Императора. Они ближе, чем братья, — объяснил ей Рэй и понял, что в неоплатном долгу перед Рейнером. Если бы он не дал Ким этот кинжал, она бы не смогла перерезать веревки и освободиться. Да, он в долгу перед ним.

— Ох! Так я оскорбила «брата» Императора Лирона.

— Да, — ответил Рэй просто.

— Ты оскорбила генерала Рейнера, а он дал тебе кинжал? — Тора перевёл взгляд с Ким на своего манно и понял, что там была своя история, но увидел в выражении глаз своего манно, что это могло подождать.

— Да. Я принесла извинения, — сказала Ким, глядя на Рэя.

— Нет, Ким. Ты была права в том, что сказала, а ошибка была моей, поэтому Рейнер дал тебе кинжал. Сейчас я хочу, чтобы ты отдохнула, пока Каитир вернётся с твоей едой.

***

Ким готова была рвать на себе волосы.

— Я в порядке! — сказала она, в который раз.

В течение последних двух дней Рэй отказывался выпускать её из кровати, утверждая, что ей нужен отдых после «тяжёлого испытания». И Курадор не помогал.

По-видимому, торнианские самки изолировали себя, как только зачинали, и не позволяли самцу находиться рядом до момента «представления» потомка. Рэй сообщил ей, что самец преподносит дары другой самке, обычно той, что представила его самку, и она помогает самке пройти процесс.

Ким не могла поверить в это. Она сразу же сообщила Рэю, что не намерена делать ничего из этого. Не собиралась «изолировать» себя. Она оставалась в его покоях и в его кровати.

Облегчение на его лице удивило её. Неужели он, на самом деле, думал, что она сможет не позволить ему быть рядом с ней? Что откажется соединяться с ним до тех пор, пока ребёнок не родится? Она быстро развеяла эту возможность ночью ранее, но Рэй всё ещё отказывался выпускать её из кровати.

— Ты с потомком, Ким, — настаивал Рэй, как только они были втроём в комнате. — Тебе нужен отдых.

— Я беременная! Не больная! Нет абсолютно никаких причин для меня оставаться в кровати.

— Но…

— Я не торнианская самка, Рэй. Я не собираюсь вести себя, как одна из них, — откинув одеяла, она выскользнула из кровати.