Страница 62 из 72
- Вот это ты попал, сынок! – усмехается отец, сидя в кресле и откинувшись на спинку. Ехидная улыбка не сходит с лица, а взгляд провожает все мои движения, пока я подхожу к окну.
- Уже в курсе? – ворчу, опираясь на подоконник, и складываю руки на груди, не желая сейчас выслушивать нравоучения еще и от отца.
Хватит вчерашней истерики Лехи, а так же моего срыва перед тем, как новоиспеченный родственник выставил меня за дверь. Ведь держался же до победного, однако все равно вспылил, глядя в несчастные глаза Дианы.
Поверила, черты бы ее побрал! В тот бред, что нес ее брат! А он тоже хорош – легче всего обвинять всех окружающих в своих проблемах, не желая слушать никаких аргументов в ответ. Возможно, Пантелеймонов и слушал нас с Никой, но не слышал – вот же баран упрямый, хоть и родственник.
Как у него все просто – захотел и разрушил жизнь единственной сестры, заставив сделать выбор. И не станешь же с ним воевать, в конце-то концов – все равно будет палки в колеса вставлять, хотя я до сих пор так не понимаю причины его ненависти в свой адрес.
Ладно, отца до конца простить не может (я бы на его месте и на порог его не пускал после всех чудачеств), но я в чем перед ним виноват?
- Ника сегодня позвонила и ошарашила, - продолжает смеяться отец. – Вот это новость!
- Только давай без нравоучений, - кривлюсь, всем своим видом показывая, что слушать еще и бред своего родителя точно не намерен. И так голова кругом, еще и он сейчас начнет измываться. – Я реально не знал до вчерашнего дня, что она его сестра, - провожу рукой по волосам, затем по лицу, выдавая громко: - Черт!
- Да я верю тебе, сынок, - отец весел, как никогда, и не собирается скрывать своего хорошего настроения. – Это называется “судьба”, мой дорогой!
- Очень смешно, - я снова фыркаю, так как злость рвется наружу, а от бессилия что-либо сделать в сложившейся ситуации хочется кого-нибудь разорвать на части.
Вчера после скандала с Пантелеймоновым поперся в спортзал, чтобы на несчастной груше выплеснуть всю свою агрессию. Еще и пареньку прилетело, так как на ринге я вошел в азарт и немного не рассчитал силу удара, разбив сопернику губу. Извинился, конечно же, решив закончить на сегодня с эмоциями.
Однако и на следующий день они били через край, от чего до самого вечера страдали мои подчиненные – давненько я не выходил из себя настолько, что окружающие прятались по-за углами, не желая вступать со мной в дискуссии.
Теперь еще отец решил добить меня своими нравоучениями – до кучи сойдет, как говорится, куда же без папенькиных советов.
- Да как бы не очень, - мой родитель пожимает плечами, правда под моим грозным взглядом веселиться прекращает. – И читать лекции я тебе не собираюсь, сынок. Хватит с меня одной Ники с Лехой, тебя точно не буду переубеждать. Это твоя жизнь и твой выбор, хотя девочка мне заочно нравится, несмотря на то, что она - дочь моего старого “друга”.
- Не стоит даже пытаться, - произношу на выдохе, понимая, что вся эта ситуацию вымотала меня морально. Хочется выть, биться головой о стену и снова врезать кому-нибудь по морде, хотя полегчает ненадолго.
И снова бег по кругу – один и тот же вопрос без правильных вариантов ответа.
- Ну, давай я поговорю с Лехой, - внезапно выдает отец, чем вводит меня в небольшой ступор. От него я точно подобного не ожидал, поэтому слегка теряюсь с возражениями.
- Пап…
- Мне Ника вчера поведала, как этот балбес перекрутил все с ног на голову, - отмахивается от меня родитель, всем своим видом показывая, что подробности сейчас излишни. – Не разводиться же им, в самом-то деле, хотя твоя сестра настроена решительно. Еле отговорил от переезда домой в качестве, так сказать, профилактических целей.
- Леха тебя не послушает, - я горько усмехаюсь, в глубине души радуясь, какие у меня замечательные родственники. Один хочет переступить через собственные принципы, другая даже разводиться собралась, лишь бы мне помочь. – И Нике скажи, чтобы фигней не страдала.
- Леха не послушает, тут ты прав, - отец тарабанит пальцами по столешнице, продолжая думать над сложившейся ситуацией. – И так смотрит на меня исподлобья, хоть и ведет себя в моем присутствии сдержанно.
- Вот и не усугубляй! – выдаю я напоследок и направляюсь к выходу. – Пусть немного остынет, я сам с ним поговорю.
- Ты в курсе, что Диана завтра улетает домой? – слышу в спину и останавливаюсь на пороге.
- В курсе, - бухчу себе под нос, после чего снова двигаюсь вперед. – Только мне от этого не легче.
А на следующий день в одиннадцать часов я захожу в зал аэропорта. Народ кишит из угла в угол, а я глазами пытаюсь найти ту единственную, ради которой приперся сюда, наплевав на дела, клиентов и всех своих сотрудников с их проблемами. Мне хочется увидеть Диану и показать, как она мне небезразлична. И я не держу зла ни на нее, ни на ее брата, будь он не ладен. Последнее, конечно же, притянуто за уши, но я не стану сводить личные счеты с Лехой, что бы он не думал по этому поводу.
Они стоят втроем и прощаются. Ника обнимает мою крошку и гладит ее по голове – как бы я хотел сейчас поменяться местами с сестрой. А еще лучше – схватить симпатичную блондиночку и увезти в свое логово, наплевав на мнение ее брата и его недовольство.
Диана отстраняется от моей сестренки, и наши взгляды встречаются – шаг, другой, и девушка срывается с места, несясь как метеор в мою сторону. Пантелеймонов даже делает порыв ее догнать, однако Ника его останавливает, хватая за руку – вижу, что парень злится, но резких движений больше не делает, замирая на месте рядом со своей супругой.