Страница 30 из 72
- Не торопись, - шепчет, доводя меня до умопомрачения своим языком, который уже прокладывает дорожку от груди до низа живота. – У нас еще вся ночь впереди.
Не знаю, как у него получается так долго сдерживаться, но я уже вся извожусь, постепенно плавясь от мужских ласк. Это пытка – быть рядом, касаться, но не чувствовать его целиком. И я настолько погружаюсь в свои ощущения и желания, что даже не замечаю, как Стас на несколько секунд открывается от своего занятия – слышу лишь звук разрываемой фольги где-то вдалеке, а после чувствую, как его тело накрывает мое.
- Стас! – только и могу произнести, когда мужчина медленно входит меня, на какое-то время замирает, чтобы я привыкла к его размерам, и только потом начинает постепенно двигаться.
Я царапаю его спину в порыве страсти, не желая, чтобы эта ночь заканчивалась. Не могу им насладиться, да и не хочу, если честно, именно сейчас получить всё. Мне мало только одной ночи – я желаю заполучить его целиком и полностью в свои владения…
Открываю глаза, щурясь от яркого солнечного света, который пробивается сквозь окно – надо же, какое замечательное утро. И так не хочется просыпаться окончательно и встречать новый день. Воспоминания о сегодняшней ночи слишком ярко всплывают в памяти, рисуя, как будто наяву, картину нашей со Стасом страсти, а я улыбаюсь своим мыслям – очень надеюсь, что сегодня мы повторим все то, что было вчера.
Точно, безрассудная, но мне это безумно нравится. Не хочу больше быть серьезной – хочу радоваться жизни на полную катушку.
Но только рядом со Стасом. Кстати, а где он? Постель пуста, не считая меня, сумки возле порога нет – как же так?! Наверное, он просто перенес свои вещи в коридор, а сам принимает душ – тогда почему не слышно шума воды?
- Стас! – кричу я довольно громко и спрыгиваю с кровати, даже не стесняясь, что мужчина может увидеть меня голой. – Ты куда спрятался? – я все еще надеюсь, что ошибаюсь, задавая глупые вопросы в пустоту, когда заглядываю сначала на кухню, затем в родительскую спальню, а после в ванную - никого.
И сердце, почему-то, замирает, когда я открываю дверь в свою комнату – пусто, грустно и одиноко. Беру халатик, который оставила еще вчера валяться на кровати, завязываю поясок, и тут мой взгляд случайно натыкается на стол. Точнее, на альбомный лист, исписанный ровным почерком, поверх которого лежат пятитысячные купюры.
Руки начинает бить мелкая дрожь – мне хочется и подойти к столу, и не подходить, чтобы не разочароваться окончательно. Все-таки сбежал, забыв обо всем, что между нами было. Хотя, о чем это я? Ведь Стас не давал никаких обещаний, не клялся в любви и не предлагал мне руку и сердце, но все равно становится больно.
Беру себя в руки, запрещая в категорической форме самой себе лить слезы, и в два шага пересекаю расстояние до стола. Резко отодвигаю деньги в сторону и беру альбомный лист в руки.
“Диана, малыш, не обижайся. Мне, правда, нужно очень срочно уехать. Ты – самое лучшее, что случилось в моей никчемной жизни. Прости, если обидел. Стас”.
И немного ниже постскриптум:
“Купи себе новое платье. Я бы и сам купил, но не знаю твоего размера. Это мой тебе подарок”.
- Пошел ты к черту! – выдаю в пустоту, сминая ни в чем не повинную бумагу в кулаке. Беру свободной рукой купюры и подкидываю их вверх, наблюдая, как красные бумажки плавно падают одна за другой на пол. – Ублюдок! – довольно резко вырывается у меня, однако я не сожалею ни о чем.
Лишь о своей глупой любви, которая, как оказалось, Стасу и даром не нужна.
На меня нападает апатия, с которой невозможно бороться. Да я особо и не пытаюсь, если честно – аппетит пропадает, желание выходить из дома отсутствует напрочь, и руки опускаются от бессилия. Кое-как заставляю себя дописать этот чертов доклад, но рабочий процесс движется черепашьими шагами.
Мама с отчимом возвращаются с дачи и первым делом замечают мое плачевное состояние.
- Доченька, ты заболела? – моя родительница заглядывает мне в глаза.
- Может, скорую вызвать? – испуганным голосом вторит ее супруг.
- Все в порядке, - ворчу в ответ, направляясь в свою комнату.
Мысли о Стасе не дают покоя, и впервые за восемь дней нашей разлуки я плачу, уткнувшись носом в подушку. Слезы градом текут по щекам, не желая останавливаться – ну, как же так? Почему он уехал, не попрощавшись, и ни разу не позвонил за все это время? Я-то думала, что стала для него чем-то большим, чем просто девушка на одну ночь, а он…
Сама я так и не решаюсь ни набрать номер мужчины, ни даже написать смс. Кроме банального “как дела” ничего не лезет в голову, и я заставляю себя выбросить, наконец-то, Стаса из головы. Хотя бы попытаться продолжить жить, как будто его никогда не было в моей жизни.
На носу первое сентября – долгожданная встреча с одногруппниками, лица преподавателей и новый учебный год, но даже эти события, который радовали меня на протяжении последних трех лет, не помогают справиться с душевными мытарствами. Мне все безразлично, безлико и слишком однообразно – никакой радости в жизни, хоть ты тресни.
Настроения даже не поднимает звонок на мобильный, который раздается на следующий день, как гром среди ясного неба.
- Пантелеймонова Диана Викторовна? – произносит женский голос, который кажется мне до боли знакомым.
- Да, - отвечаю, немного запинаясь, так как очень не люблю сюрпризы. Особенно сейчас, когда в душе творится полный хаос. – Чем обязана?