Страница 10 из 11
— Вот этим и займется прямо сейчас, лорд Гойвер. — Загандор поднялся. Старичок на него посмотрел так, будто король ему приказал усмирить гидру сангоширскую. Правитель внимания не обратил на перепуганный вид преподавателя этики, смотря только голодную ведьму. — Завтракайте, моя дорогая.
От правительственного «моя дорогая» у меня ком в горле встал. Всякое бывало, но еще никто меня с такой многозначительно интонацией в голосе не называл «моей дорогой».
А Загандор величественно направился к двери. По пути остановился у меня за спиной, наклонился и на самое ухо мне прошептал.
— Я верю в вас, моя милая ведьмочка.
У меня щеки зарделись.
Правитель, как ни в чем не бывало, направился дальше, вышел и дверь за собой прикрыл.
— Что ж, времени и правда мало! — Провозгласила леди Оливия вставая из-за стола. Узкие глаза её сверкнули. Она разве что руки в предвкушении не потерла. — Выучить, и понять нужно много. Начнем, милейшая ТийРи Грин, создавать из вас светскую леди! Или хотя бы нечто отдаленно похожее.
Глава 11
За всю свою жизнь, я не уставала так, как в эти два дня. Казалось, наука уже больше не в состоянии лезть в мою голову. Я слушала и не понимала, что мне говорят. Ноги дрожали от многочисленных примерок, поклонов, танцев. Спина ныла — от правильной ходьбы, величественной осанки, как садиться, как вставать. Язык не поворочивался, от многочисленных повторений, что можно говорить, что нельзя. Как сделать кроткий взгляд. Что отвечать на вопросы императора о жизни в Хагрине. Полносью и целиком история Харсии. Все это я должна была усвоить за два дня, начиная с того момента, как мы вышли из столовой и вошли в мои апартаменты.
Сначала нудный, но добродушный лорд Гойдер втолковывал мне этикет и культуру общения.
Это надо же! Незамужней женщине непринято разговаривать с кем бы то ни было из мужчин при императорском дворе. И уж тем более не сметь встревать в разговор между ними. И стараться обходить стороной. А если вдруг встретились в коридорах дворца или саду, то глазки вниз, и тенью мимо. На приемах, стоять рядом со спутником, если таковой имеется, слегка улыбаясь и не дай бог хоть слово вымолвить. Это моветон и полное неуважение как к своему спутнику, так и к тому, с кем он ведет беседу.
— А если они не правы? Если я знаю лучше предмет разговора? Это как же выходит, при дворе женщина совсем безмолвное и бесправное существо?
— Вот и знай себе в кулачек, — поправил очки седовласый лорд. — И, вообще, научись помалкивать, даже если совсем невтерпеж. Император очень вспыльчив. Что не так… Ох…
«Гм. Как же молчать, если невтерпёж? Я, конечно, могу. Или не могу? Я постараюсь. У меня целый король на кону. Я готова взгляда на императора вовсе не поднимать. Ага, а посмотреть? Любопытно же! Первый раз самого верховного дракона увижу. Эх, полетать бы! Интересно, он как говорят, красный-красный, или с оттенком каким? Я ведь никогда в жизни живьем дракона не видела. Не забредали их высшие коронованные особы в нашу глухомань. А посмотреть на грациозное существо в истинной ипостаси очень хочется».
После Гойдера, за меня, со страстью любовника, взялась леди Оливия.
— Правильный выбор украшения к платью и аксессуаров, говорит о вашем вкусе. А у леди вашего положения, он должен быть не просто хорошим, а утонченным.
Выставила перед мною три ларца с украшениями.
— Это будет с вами. Скажите, какое из украшений вы подберете на императорский бал, к вот этому персиковому платью, — указала на висящий на вешалке наряд.
— Фу, персиковый мне не идет, — поморщилась я при виде платья. — Давайте то, синее.
— Фу! — Повторила за мной Оливия. — Это слишком темное! Вы же на бал идете, а не на панихиду!
На меня посмотрела изучающе.
— Но персиковый, верно, не ваш цвет. Сиреневый, нежный, светлый, с ажуром. Итак, ваш выбор к нему украшения. Милая, что вы застыли? Не гипнотизируйте каменья, они вам не подскажут.
Каменья и, верно, молчали. Переливались внутренним светом и общаться со мной не хотели. Вот не умею я с неживым на диалог выходить. Толи дело, зверье какое или матушка природа. Вот это мое.
Вздохнула и ткнула наугад. Фиолетовое колье, с бриллиантовыми вкраплениями в золотом оформлении.
— Слишком тяжеловесно. У вас шея отвалится к середине бала, — фыркнула моя мучительница.
— Тогда зачем оно здесь? — Полюбопытствовала я.
— Это родовое колье, к нему идут сережки и браслет. Подобное, должно находиться на вас во время аудиенции с императором. Оно будет говорить о вашем происхождении.
«Угу, значит на бал тяжело, а вот с императором общаться под гнетом тяжелого украшения — самое оно. А чего? Главное, в свое положение королевское ткнуть. Будто император не знает с кем разговаривает. Хотя… Может под весом украшения кланяться легче будет?».
— Так положено. — Угадала мою мимику леди Оливия. — Эти правила не нами придуманы. И да, украшение создавали императорские ракрахи. Оно должно защитить вас от любого магического воздействия.
«От магического? А кто может попробовать на мне магию?»
Ой, как мне это не понравилось! Еще больше чем само путешествие с магом.
Я вопросительно посмотрела на Оливию.
Та, взяла из ларя тонкую нитку белоснежного ожерелья. Повернула меня к зеркалу. Аккуратно застегнула украшение на шее.
— Стать лейдой мечтают многие, — сказала смотря на мое отражение.
— Харсия не мечтает, — парировала я.
— Харсия, по детски влюблена в совсем другого мужчину, — нахмурилась Оливия.
Я вспомнила взгляд девушки обращенный на уходящего мага. Пожалуй, все намного серьезней, чем детская влюбленность. Да и не ребенок она давно!
— Лорд Загандор знает?
Оливия, подобрала мне волосы в пучок, посмотрела и распустила.
— Правитель Ройссрнардахрингорд…
Женщина так уверенно сказала его имя, что я разом начала ею восхищаться.
— Наш лорд, не позволит сделать дочери такую ошибку. Леди, не дергайтесь, позвольте мне подобрать для вас самую выгодную прическу.
Я замерла, смотря в зеркале, как Оливия колдует над моими волосами. Мне очень хотелось поинтересоваться, отчего это правитель считает брак своей дочери и мага ошибкой. Но мне показалось собственное любопытство излишним и я промолчала. Спрошу у Диззи.
Поздним вечером Оливию заменила Харсия.
— Ты симпатичная! — улыбнулась рассматривая меня.
— Ты тоже ничего.
Она засмеялась.
— Мы обе ничего так!
— Почему отец не хочет отпускать тебя к императору? — С ходу в карьер поинтересовалась я. А как же? Любопытство мое всё! Да и… Вдруг там испытания смертельные. Про то, что император грозен я уже знала. А вот что за отбор? По каким критериям? Может, я рано радуюсь будущим перспективам супруги Загандора. Кто знает, чего запросит драконище огненное.
Бррр! От мысли об огне передернуло. Сразу костер вспомнился, посреди площади и болтливая темная ведьма на нем. Нет уж, император точно не моя половинка. И уж кто-кто, а я постараюсь слишком часто ему на глаза не попадаться. Там, смотришь, отбор закончится. Думаю, претенденток хватит кроме меня, на которых дракон обратит внимание. Вернемся с Дайкаром домой… То есть в замок… Ну-у… В мое будущее обиталище. Прямо под венец с Рой… Росс… иир… наар… О темные Боги, нужно выучить имя будущего супруга!
Харсия присела на край моей кровати. Туго сплела пальцы.
— Он боится меня потерять. Слухи ходят, что император скор на руку и горяч в своих поступках. Огненные никогда не славились спокойствием. Лейдой стать, это конечно заманчиво. Но сгореть в пламени вспыльчивого мужа!.. — Она усмехнулась. — Не слишком приятная перспектива.
— А может, врут слухи? — Задумчиво проговорила я. — Зачем императору жечь собственную исстер? Так лейд на всех драконов не напасёшься.
— Может и преувеличивают. – Пожала плечами Харсия. — Но я у отца единственная, и никакие лавры императрицы не смогут мне заменить его тепла. Тигмалион слишком далеко. А после того как лойд провозгласит невесту своей законной исстер и она станет лейдой, девушку отправят в закрытое императорское имение, где последующие несколько лет она будет рожать наследников и воспитывать их. Драконы очень серьезно относятся к своему потомству. Никто, кроме матери, не имеет права заниматься их воспитанием до тринадцати лет, после чего отцы забирают детей в императорский дворец. Только тогда лейда занимает место рядом со своим лойдом в замке.