Страница 83 из 85
Надо ли говорить, что Сталин, выслушав из уст первого зама наркома НКВД такой эмоциональный, но бесстрастный доклад — принял его к сведению и запустил в оборот. Потому что за спиной Фриновского стоял я и я же присутствовал незримо на совещании членов Политбюро. И "убеждал" несогласных! А совсем уж упёртых навещал ночью. И кое кто из них утром не проснулся… Возраст, житейские трудности, революционное прошлое и нервная работа: вот и не выдержало сердечко… Увы — но все мы смертны… Недовольных, распускавших языки — быстро приструнили! Террор 1937 года продолжался, хотя и принял несколько иное направление… А народ… Народ с одобрением и воодушевлением воспринимал каждое постановление правительства, зная кто за этими решениями стоит! Мы же — незримые работники дубинки, "ножа и топора", работали как проклятые, но при этом получали моральное удовлетворение: благодаря нам жить стало лучше; жить стало веселей! И правда — жить стало веселее, когда отдел принялся за чистку управления кинематографии; союза писателей; союза композиторов, отдел цензуры… Из всех этих мест начали вычищать иудеев, поднятых на высоту популярности такими же иудеями: рука руку моет! Артистка Фаина Раневская… Её персонажи грубы, примитивны, а потому отрицательны! Какой пример она подаёт девушкам и женщинам с экрана? А певец Марк Бернес? Что — лучше голоса в СССР не было? Или настолько он брал за душу? Просто всё лучшее отдавалось таким вот актёрам и певцам; рекламировалось и навязывалось слушателю и зрителю! А остальным — более талантливым исполнителям, оставались крохи, да и то: у них — к этим самым крохам припадали уже другие иудеи. Продюсеры, худруки и руководители разных мастей…
Незаметно вступил в свои права октябрь… Приехав в Тушино, с удивлением узнал, что моя бывшая староста — Татьяна Соловьёва, уволилась со швейной фабрики и перешла на строящийся здесь же завод авиадвигателей. Тот самый — который я закупил во Франции… Фирмы "Испано-Сюита"… 1500 лошадиных сил! Мечта любого конструктора самолёта-истребителя! И там она — Соловьёва работает наладчиком… Сама пошла, сама добилась разрешения на такой сложный участок работы! Пока, правда — работает на сборке самого оборудования… Когда узнал — спросил — не удержался: И зачем тебе эта не женская работа? Соловьёва полоснула по мне обжигающим взглядом и ответила лаконично и дерзко — Захотелось мне! М… да… Ну что бы ей не двигало — её решение достойно уважения, а потому… А не пригласить ли её в Москву? На отдых небожителей посмотреть?! А то сестрёнку, вроде как — не за что… Так что пусть моя "мартышка" побудет при настоящей труженице. Для правильного понимания "политики нашей партии": что заработал — то и получи! И надо мне на строительство наведаться — со своим сотрудником 13го отдела, курирующим безопасность строительства поговорить насчёт Соловьёвой. Если к ней нет претензий — не мешать дальнейшему росту. Всё же она дочь врагов народа! Хоть и в прошлом уже: и отец и мать сгинули в лагерях Дальстроя… Что поделать — не мог я помочь всем на свете…
Забрал Татьяну в субботу вечером — и, вместе с сестрёнкой, Борисовым и Хафизовым уехал в Москву, под честное слово вернуть всех к началу рабочего дня в понедельник. Заикнулся Соловьёвой о том, что могу сделать ей отдых на несколько дней, но был не понят и моё искреннее желание было отвергнуто. Мягко, но настойчиво — со словами: Проводить время с тобой в одной квартире и ничего… — тут она замялась… — лучше не надо… Ну а я что: не обманывать же мне бедную девушку? Закрутить любовь? Так она согласна — только моргни! А что потом? Сделать её несчастной на всю жизнь? Нет — уж лучше пусть будет, как есть… С тем и поехали в столицу. Переночевали: комнат на всех хватило, а утром отвёз девчонок в ближайший ко мне универмаг. Дал сестрёнке свою карточку, разрешающую доступ в любой спец распределитель или спец магазин на всей территории СССР. И три тысячи рублей — думаю на покупки Соловьёвой хватит… Так и сказал сестрёнке, выделив отчётливо тоном — Соловьёвой! Сестрёнка не дура — всё поняла правильно! Такие карточки имеют все чиновники, военные и партийцы высокого уровня. У меня — почти высший: такую, как у меня, имеют только наркомы и их замы… Для чего она? Не хочешь стоять в очереди или ездить в магазин — пожалуйста! Пользуйся карточкой — заходи в закрытую секцию. При любом крупном универмаге есть такое помещение. Там есть всё, что есть в магазине. И, даже, импортные товары — дефицит… Но и цена, соответственно выше, чем в залах продажи! За услуги… А если чего нет — можно заказать или узнать — где есть. Но за оплату, разумеется… Карточкой может пользоваться любой, предъявивший свой документ. В книгу регистрации вносится фамилия покупателя, наименование товара и стоимость покупки. А в конце недели зав магазина лично приносит выписку за неделю сотруднику 13 го отдела, курирующего сеть спец распределителей. А тот — сдаёт их сотруднице аналитического отдела. А та, уже, сводит во едино, все траты владельца карточки по всем позициям. С целью проконтролировать: по средствам ли живёт небожитель, или откуда то всплывают дополнительные траты! А если всплывают — то откуда? И тогда уже — полная проверка! С надлежащими выводами!!!
Предупредил: у вас на всё час. Я уеду по делам, а через 50 минут буду на стоянке. Ровно через час — уеду: добирайтесь сами… Подъехал, подождал… За пять минут до окончания срока из дверей вышли нагруженные сумками и пакетами девицы. Я не кинулся помогать: вышел из машины и раскрыл заднюю дверь. Девчонки подошли: уставшие, но довольные! Сложили покупки на заднее сидение так, чтобы осталось место для пассажирки. Да… — закупились по полной — на всю катушку! Татьяна уже уселась на заднее сидение, когда глаза у неё сделались удивлёнными… И я почувствовал — кто то подошёл сзади…
— Нарушаем гражданин! — раздалось строгое за спиной. Обернулся. Молодой мужчина: скромно одет, но взгляд твёрдый, властный…
— А вы кто такой и что я нарушаю? — даже растерялся на миг… Скорее, парень — вытащил и кармана рубашки малиновое удостоверение с надписью — Главк НКВД СССР. Коллега? Но я не чувствую опасности от него, и аура не говорит о том же… Так что же ему надо?
— Вы почему используете служебный автомобиль в личных целях? — строго спросил сотрудник НКВД. Фух… — отпустило… Я чуть не расхохотался: это надо же — моя задумка на мне же и сработает…
По постановлению правительства, до всех шоферов, без исключения; по всем гаражам — довели следующее: любой водитель, использовавший государственный транспорт не по назначению — получает взыскание. Принудивший водителя к нарушению — штраф в 1000 рублей. Водитель, получивший второе взыскание, автоматически — по решению суда получает три года отработки на государственных стройках страны! На положении расконвоированного: проживание в бараке для заключённых; питание заключенных и 70 процентов заработка — в пользу государства. На той работе — тоже два взыскания. И — на зону… Лицам, обнаружившим и пресекшим нарушение — выплачивается 10 процентов от штрафа! За второе нарушение — штраф уже 2000…
Так у финнов отучили самогонщиков гнать самогон: сообщил о самогонщике; поймали его на "горячем" — получите 20 процентов от штрафа. На свой банковский счёт. За пару месяцев всех выловили! Вот я и навязал начальнику отдела эту методу: отправлять стажёров в такие вот места, для выработки навыков наблюдения и пресечения. И проштрафившихся сотрудников тоже! Пусть наблюдают за нарушителями и за друг другом. По принципу — доверяй, но проверяй! А… — как сказал герой одного фильма: Честному человеку бояться нечего! Вот я и попал на одного из таких стажёров… А почему стажёра — то?
— Вы бы, молодой человек — развернули своё удостоверение — как положено по уставу. Если вам, конечно — нечего скрывать… — ехидно произнёс я. А скрывать было что: должность — сотрудник-стажёр… Парень решительно развернул удостоверение перед моим лицом; вытянул перед собой. Подержал и захлопнув бросил раздражённо: