Страница 38 из 46
Перед ними расстилалась широкая поляна, окруженная вековыми соснами с трех сторон и замшелой скалой с четвертой.
«Недалеко уже», — горько подумал Лаури.
Матросы осторожно спустились с холма, проверяя землю на наличие ловушек. Удостоверившись, что все в порядке, пираты кинулись собирать хворост и разводить огонь. Верзила радостно принялся шуршать содержимым своей сумки. Морган вытащил из мешка флягу с водой и припал к ней губами, краем глаза отмечая, с какой тоской на всех смотрел сейдман. Мужчина окликнул норманна, но тот его не услышал.
Томас прошел мимо, подхватывая конец веревки и увлекая шамана за собой, словно козу.
— Так спокойнее будет, — пояснил Вуд, чувствуя повисший вопрос в воздухе. Кому будет спокойнее и от чего, квартирмейстер пояснять не стал.
Веревки еле хватило на то, чтобы запутать ее вокруг ствола, а Лаури не пришлось стоять в обнимку с сосной. Вуд небрежно швырнул в него флягу с остатками воды, которую северянин неловко поймал связанными руками. Тусклый свет костра играл на уставшем лице алыми отсветами, состаривая Ниссена на добрую пару десятков лет.
Пираты расселись вокруг чадящего и трещащего костра и принялись обсуждать, кто что сделает со своей частью добычи. Браун сидел чуть поодаль, задумчиво глядя в огонь. Вуд точил оселком свою абордажную саблю, протирая после каждого движения камень промасленной рогожей.
Мужчины у костра расслабились, предвкушая небольшой отдых. Кто-то даже улегся головой на свой мешок с добром.
Странный треск веток Лаури сначала принял за потрескивание хвороста в огне, но вспорхнувшая недалеко птица развеяла это заблуждение. А затем ему показалось, что он услышал тяжелую поступь. Норманна бросило в дрожь, но не от холода. От страха.
— Сёрэ… — выдохнул мужчина, поднимаясь на ноги и вытягивая шею на источник шума. Его все время сбивали с толку разбивающиеся о хвою капли и пиратский гомон, но, собравшись с мыслями, он все же вычленил то, чего так боялся услышать — тихое утробное рычание, словно кто-то задыхался. Волосы на затылке Ниссена зашевелились.
— Морган! — он дернулся в сторону пиратов, но петля на шее не давала ему сделать это ближе, — нам надо уйти! Немедленно!
— Что? — Браун выплыл из пучины раздумий, смаргивая наваждение.
— С какой это радости? — напрягся Вуд, рывком отправляя саблю в ножны. Перепуганное лицо норманна не внушало ему доверия, а потому он желчно хмыкнул.
— Если мы не уйдем, будет беда! — Лаури встревоженно оглянулся на кусты ежевики, которые отделяли их от голодного зверя. Как на зло, он забыл на всеобщем произношение слова медведь и теперь судорожно пытался его вспомнить.
Резкий рывок заставил его упасть на землю, и начать задыхаться — квартирмейстер снова держал в руках конец удавки и тянул на себя, прижимая сапогом корпус норманна к корням сосны.
— Чего ты там еще понавыдумывал, олень безрогий? — прошипел пират.
— Томас, прекрати, ты его задушишь! — Морган подскочил со своего места, отпихивая квартирмейстера от задыхающегося шамана. Лаури пытался говорить на норманнском, но воздуха в легких не хватало — выходил лишь хрипящий шепот.
— Морган… — еле расслышал южанин, — дэ… эр…б-бьорн…
Последнее слово у норманна получилось выдохнуть чуть громче остальных.
Кракен чертыхнулся сквозь зубы, выуживая из сапога сейдманский нож и разрезая веревки.
— Какого?..
Но договорить Вуду Браун не дал, буквально взваливая на себя надрывно кашляющего проводника.
— Там медведь, собираем манатки и валим!
Было видно, что Томас борется с желанием оспорить приказ, но мычание зверя, который буквально дышал им в спины оказалось весомым аргументом.
Слышавшие все это матросы спешно закидывали дерном костер и распихивали свое добро по мешкам.
Видимо, почуяв страх добычи, медведь ринулся через кусты, выкатываясь на поляну. Это был молодой, но достаточно худой хищник, который бродил по округе в поисках еды и наткнулся на отравленные трупы.
Всё, включая медведя, на мгновение замерло, а затем завертелось с такой скоростью, что Морган всю оставшуюся жизнь потом пытался вспомнить, что же именно там произошло. Кто-то из матросов с перепугу пальнул зверю в морду, но не попал, а лишь разозлил голодного хищника. Поляну заволокло белесым дымом, который было видно даже в темноте леса, что дало людям преимущество.
— В рассыпную! — скомандовал Браун, когда услышал гневный рык и обреченный крик матроса. Пока зверь разделывал беднягу, они успеют отбежать на достаточное расстояние. Должны успеть…
Стараясь не запинаться о корни и торчащие из земли валуны, Морган тащил на себе Лаури, который из-за удушья на какое-то время потерял сознание и просто обмяк в руках пирата. Это не было полноценным бегом, скорее весьма быстрой ходьбой. Можно было, конечно, взвалить шамана на себя, как мешок с репой, но тогда падение стоило бы им обоим жизней.
Нестись по лесу в темноте с висящим на плече норманном, который не может отдышаться — стало для Моргана настоящим испытанием силы духа. Брось он его, и удрать от медведя не составило бы труда, но Кракен не был настолько конченной сволочью. Тем более, что Лаури уже почти пришел в себя.
— Идти можешь? — северянин утвердительно кивнул, но он все еще дрожал всем телом.
Шорох шагов заставил мужчин встать спина к спине.
— Снова медведь? — кровь кипела в венах, набатом отдаваясь в висках южанина. Не смотря на прохладу, Морган был так разгорячен побегом, что еще чуть-чуть и от него повалил бы пар, как от загнанной лошади.
— Не знаю, — прислушался норманн, — Нет. Человек. Вуд.
Как уж там Ниссен определил, что это был квартирмейстер, Браун знать не желал. Как и видеть его.
Из-за расступившихся облаков выглянула похудевшая на треть луна, освещая серебряным светом лес. Было видно, что Вуд при бегстве потерял свой вещмешок.
— Эта тварь сожрала Джерома, — Томас стоял, упираясь руками в колени. Дышал он тяжело, видимо, рванул вдоль скалы. — И кто-то свернул шею в овраге. Слышал, как он упал.
— А остальные?
— Черт бы с ними! Главное, чтобы этому мохнатому ублюдку хватило, — тут пират перевел взгляд на стоящего за Морганом Лаури, — Какого хрена Белобрысый не связан?
Томас поменялся в лице, снова надевая маску психоза.
Кракен кинул на серого в лунном свете Ниссена взгляд из-за плеча. Норманн дрожал уже меньше, но теперь это был озноб от холода, потому что южанина самого начинал пронимать холод. Температура падала и это было непривычно для него, чтобы в сентябре уже были такие свежие ночи. Морган не хотел снова связывать сейдмана, но ситуация накалялась. Конечно, можно было попытаться воззвать к адекватности Вуда, но с этим он припозднился. Отдать команду? Томас уже мнил себя капитаном, а потому не стал бы подчиняться, хоть ты тресни. Размышления затягивались.
— Ты оглох, Мор? — Квартирмейстер выхватил из петлицы пистолет и направил его в грудь друга. Это был его любимый — дальнобойный с утяжеленной пулей. Вздумай Вуд пальнуть сейчас, когда за спиной Кракена стоял северянин, — одним выстрелом убил бы двух зайцев. — Или надумал его отпустить?
— Дружище, опусти пистолет, — Браун примирительно поднял вверх раскрытые ладони, — это ни к чему…
— О, нет, не опущу, — пропел мужчина, облизывая кончиком языка пересохшие губы, — пока ты не свяжешь эту белую ворону. От дикаря ожидать можно все что угодно…
Дуло дрожащего пистолета все также смотрело в сердце Моргана. Кракен глубоко вздохнул и полез рукой в сумку, выуживая моток пенькового шнура. Пират нехотя обернулся к проводнику и аккуратно взял того за руку, принимаясь ловко вязать вокруг саднёного запястья петлю. Лаури безразлично смотрел на все это, не замечая, что Браун буквально прожигает на нем дыру взглядом.