Страница 19 из 106
- Билл, ногами шевели. Не уйдем же. Чтоб болотные призраки этих мымр подрали.Малинового мимо меня протолкнул седеющий наёмник и напролом через толпу пошёл к дороге. Среди девушек послышалось шушуканье, самая смелая невзначай заступила дорогу и принялась что-то щебетать, глядя на малинового из-под ресниц. Тот попытался остановиться и что-то вежливо ответить, но его сзади толкал седой, ругаясь сквозь зубы. Кое-как пробравшись через дам, наёмники вскочили на лошадей и быстро ускакали. А толпа начала таять на глазах.В самом доме целителя было не протолкнуться. Жители явно устроили себе внеплановый выходной и решили наконец-то пожаловаться на своё здоровье. Меня не пустили дальше помощника, даже несмотря на то, что я ведьма при полном чёрном облачении.Молодой парень протянул мне бумажку, я быстро черкнула три слова для целителя и отдала корзину. Помощник заулыбался, но отвлечься от госпожи Маклас, которая выспрашивала, может ли её сердечная настойка заставить биться сердце мужчины быстрее, никак не мог. Зная эту цепкую старушку, у которой шестеро внучек можно было понять, к чему же она задаёт такие вопросы. Но помощник целителя был человеком чрезмерно доверчивым и потому, начал объяснять, что для этого надо выпить как минимум три бутылочки такой настойки. Но пусть она не переживает, люди таких глупостей обычно не совершают, вещал он. Госпожа Маклас сразу заскучала и обратила внимание на меня, причем, её глаза странно блеснули.Пора бежать. Не прощаясь, немного спотыкаясь и уже не заботясь о том, что ведьмы в чёрных платьях ни в коем случае не бегают, а только чинно плывут, я выскочила на улицу. Под хрипловатое «Мариша, душечка-а-а-а» я пробежала несколько домов. И только после удивленного лица кого-то из прохожих вспомнила, что я серьёзная ведьма, сделала строгое лицо и перешла на шаг.К госпоже Маклас у меня давняя нелюбовь. Во-первых, это её «душечка», кто так к ведьме обращается? Во-вторых, это её внучки. Невыносимые девочки, младшей из которых только восемь, а она уже у меня выспрашивала всё о любовном привороте и не поверила, что его не существует. Ещё недавно их было семь, но одну госпожа Маклас с горем пополам выдала за какого-то паренька из ближайшего села.Что стало с родителями девочек, я так и не поняла, но знала, что они живы и, вроде бы, присылают деньги на содержание девочек. Конечно, их не хватало, и потому главной задачей было выдать внучек хоть за кого-нибудь. Говорят, старшую вот-вот должны отдать за помощника портного. Парень сопротивлялся целый год, смог так долго продержаться благодаря тому, что почти везде водил с собой сестру, но месяц назад она вышла замуж. Помощник портного с горя выпил, и в тот же вечер, будучи в подпитии, поцеловал старшую внучку. Тут же откуда-то взялись свидетели этой неземной любви и всё, помощник портного пропал. Хотя сам, конечно, виноват, кто же пьёт, когда по твоим следам идёт такая внучка.Это семейство меня раздражало. Понятно, что содержать столько ртов одной старушке сложно. Но всё равно, их поведение вызывало оторопь. У меня ещё три младшие сестры, и когда мне исполнилось пятнадцать, мы чуть не потеряли лавку. Было сложно, если бы я не училась в ведической школе, где нас кормили, мы бы ещё сильнее голодали и сестрички бы совсем зачахли. Но даже тогда, никто не собирался для меня искать мужей, тем более так нахально. А тут, любой холостяк – это сразу муж, сколько лет и что он за человек никого не волновало. Одно радовало, в этот раз пострадают наёмники. И для девочек эта была даже выгодная партия. Судя по тому, что наёмники одеты далеко не в лохмотья и главарь - маг, у них неплохой доход. И внучки, одой из которой пятнадцать, а другой шестнадцать, своего не упустят. Только даже с наёмниками я им помогать не хочу. Помогу, а их замуж никто не возьмёт, и я точно окажусь виноватой. Они-то умницы раскрасавицы с рыбьими лицами, а вот что там ведьма нашептала неизвестно.Шла к лавке и постоянно оглядывалась, мало ли, может, меня тоже стережёт какая-нибудь внучка. Ради мужей они и ведьму могут поймать. Только закрыла за собой дверь и облегчено вздохнула.Чай, гримуар и пора уже вспоминать, что там за зелье для лица. То, которое мы делали в ведической школе было обычным, освежало лицо да и только. А у моей старухи заковыристое. Нашла и ахнула, его надо было делать на ключевой воде да ещё на свежем воздухе. Вот так новость. Ломала голову, чем бы таким, что можно пожевать, заменить воду. На ум приходили только листья белорошки. Они у неё мясистые и по свойствам ничем не уступают ключевой воде, ну вроде бы. Только зараза горькая, её не то что съесть, а надкусить не получится. Подумала-подумала и решила, что ради красоты девочки и не на такое пойдут. Подумаешь, пожевать лист сорняка, что на навозных кучах растёт.Заговор был сложный, моих сил на него еле хватало, так что нужно было быть очень внимательной. Вышла в наш дворик, с миской, белорошкой и травкой для закрепления. Опять поднялся холодный ветер, рукам стало зябко, но перчатки надевать нельзя. Эх, отморожу руки из-за этих девиц. Хоть я и бухтела, а было что-то в этом всём такое, отчего захлёстывал азарт. Как будто первый раз делаю зелье или что-то наподобие зелья. Хотя во взрослой жизни и чтоб без контроля старухи точно первый.Разожгла огонь, повесила над ним миску, бросила туда листья и начала шептать заговор. Руки над чашкой от напряжения подрагивали, по телу разливалась слабость, ещё чуть-чуть и закружится голова. Взяла горсть закрепляющей травы и бросила в нагретую чашу, продолжая шептать. Повалил белый дым, а я выдохнула, кажется, всё получилось. Но дым сделался ещё гуще и начал окрашиваться в чёрный. А потом как полыхнуло. Раздался оглушительный хлопок, и я повалилась на спину. Огонь погас, ветер унёс остатки дыма, а миска при этом осталась мирно болтаться на крючке.