Страница 70 из 133
- Ты поворачиваешь голову - а вдруг, чем черт не шутит, это все-таки он?..
- ... а это всего-навсего клоп, - закончила за него кинозвезда, еле сдерживаясь, чтобы не заплакать. - Все ясно. Думаю, у меня получится.
- Ну конечно, получится! Какие могут быть сомнения! Ложись на кровать. Грим! Где грим для мисс Блайт?! Слезы мисс Блайт готовы?
Но от хрустального флакона с искусственными слезами Блинда наотрез отказалась.
- Когда я думаю о Кэрью, Джек, - сказала она режиссеру с горькой усмешкой, - фальшивые слезы мне ни к чему.
Члены съемочной группы понимающе переглянулись и зашушукались. Безответная любовь решительной девушки к герою - любовнику, наглому, самоуверенному красавцу, ни для кого не была секретом, о чем позаботился отдел информации, ежечасно выпускавший срочные бюллетени о событиях, развивающихся на любовном фронте. Вся без исключения съемочная группа, будь то актер или осветитель, искренне сочувствовала кинозвезде, вызывавшей чувство глубокого уважения и неизъяснимого восхищения.
Ходили разговоры, что "сухарь Кэрью", как его прозвали молодые голливудские остряки, отлично разбиравшиеся в тонкостях мужской психологии, был человеком, который к любой форме любви относился с величайшим презрением, делая исключение лишь для своего горделивого профиля, - на него актер мог смотреть в зеркало часами. И этого человека-подумать только! безнадежно и страстно любила Блинда, та самая Блинда, которую предстояло укусить нашему герою.
Но вот режиссер что-то шепнул ассистенту, а ассистент, приложив к губам мегафон, громогласно объявил: - Тишина на площадке! Мисс Блайт и мистер 0'Лири репетируют!
Гей затрепетал. Еще бы: не каждому клопу удается в один присест стать знаменитым киноактером и счастливым обладателем обворожительной женщины. Блинда ткнулась головой в подушку и горько заплакала. Ее мраморные плечи судорожно вздрагивали от рыданий, и Гей приготовился к прыжку. "Сейчас мне бы очень не помешал батистовый платочек, - подумал он. - Я бы вытер им свой хоботок и сорвал аплодисмент. Зритель был бы необычайно тронут".
Но тут прозвучала команда: "Мистер 0'Лири!" - и наш клоп, взвившись в воздух, опустился на кинозвезду и с остервенением впился ей в плечо.
- Вот это да! - ахнул режиссер. - Ты видел, как он прыгнул?! - спросил он у продюсера. - Смотри, как кусает. Себя не щадит.
- Надо будет заключить с ним долгосрочный контракт, - сказал продюсер своему секретарю. - Запиши, чтоб я не забыл.
"Какого черта я сижу на плече у этой шлюхи? - недовольным голосом пробурчал себе под нос Гей. - Когда же наконец явится этот Кэрью? Сколько можно ждать?" Читатель, надеюсь, простит моего героя. Он просто в очередной раз выпил лишнего.
В этот момент по съемочной площадке разнесся низкий, хорошо поставленный голос: - Что здесь происходит? Юное дарование? Тянет на себя одеяло?!
Все с нескрываемым уважением - а Блинда и Гей с трепетом - повернулись к герою-любовнику, после чего мисс Блайт кокетливо нырнула под подушку, а Гей, совершив прыжок, побивший, вероятно, все мировые рекорды, приник к груди своего нового кумира, рыдая от стыда и восторга.
- Похоже, я пришелся ему по душе, - снисходительно хмыкнул великий актер. - Ну что, будем дружить, сынок? Неплохой материал для отдела рекламы, верно, Джек? - С этих слов и началась несколько необычная, однако весьма трогательная дружба двух киноактеров. Вскоре Кэрью и Гей стали неразлучны.
О следующем этапе в голливудской карьере Гея 0'Лири, с разрешения читателя, мы, пожалуй, умолчим. Говорят, правда, что все знать - значит все простить, но ведь, с другой стороны, чем меньше знаешь, тем меньше потом придется прощать. Скажем лишь, что Блинда по-прежнему беззаветно любила Кэрью, а Кэрью столь же беззаветно, со страстью и постоянством, редкими для Голливуда, боготворил свой горделивый профиль. Что же касается нашего героя, то его любовь к Кэрью поистине не знала границ.
Но довольно скоро про новоявленную кинозвезду поползли какие-то темные слухи. Чего о нашем герое только не говорили: носит-де сногсшибательные туалеты, заказывает костюмы фиолетового (!) цвета, щеголяет в женском (!) белье, нежится в ванне, наполненной французскими духами, устраивает безумные оргии в своем крошечном особняке в Бель-Эр. Одна голливудская газетенка намекнула на то, что неблагонадежные граждане, проникнув в кинематограф - самую процветающую отрасль американской промышленности, становятся чрезвычайно опасными. Еще немного - и вокруг имени Гея 0'Лири должен был разразиться шумный скандал, хранители нашей морали уже запаслись его фотографиями для демонстраций и пикетов.
Но время делает свое дело, и лицо Кэрью, по счастью, поблекло еще раньше, чем репутация Гея. Вскоре бывшего кумира Голливуда перестали приглашать на роль героя-любовника, и он вынужден был либо довольствоваться характерными ролями, либо стать продюсером, а поскольку характерные роли никогда не были его сильной стороной, наш герой счел за лучшее пойти в продюсеры, не подозревая, что продюсер сродни самому Господу Богу в том смысле, что он должен создавать новые звезды, если не хочет остаться без работы.
Впрочем, Кэрью от услуг своего друга-клопа отказываться не собирался. Специально для Гея писались великолепные роли, полные тонкого юмораи язвительной сатиры, но найти актрису, достойную играть с ним в паре, никак не удавалось. Наконец, после долгих поисков и многочисленных неудач, был составлен небольшой список претенденток. Кэрью пробежал этот список глазами, покачал головой и в сердцах швырнул его на свой туалетный стол.
- Все они никуда не годятся, - пробормотал он, - а это значит, что гениального продюсера из меня не получится.
В тот день Кэрью впервые за много лет отправился слать крайне собой недовольный. Поэтому, наверно, его кровь и показалась Гею в тот вечер какой-то бодряще горьковатой, в результате чего нервы у клопа успокоились, мозг прочистился, и по трезвому размышлению он понял, какое его друг Кэрью ничтожество. В такие моменты в памяти поневоле всплывает прошлое, давно забытые дни, юность, невинные забавы, живые лица родных и друзей.