Страница 66 из 133
Затем мистер Спирс уселся на край ванны, оперся локтями о колени, подпер подбородок ладонями и погрузился в глубокое раздумье. Время от времени, покончив с очередной мыслью, он отводил палец и снова прижимал его к щеке, а иногда и к тому месту, где у него что-то подрагивало, как у рыбы жабры.
В конце концов мистер Спирс, судя по всему, пришел к удовлетворительному выводу. Он выключил свет и направился в супружескую спальню, выдержанную в кремовых и розоватых тонах с отделкой под старое золото.
Утром мистер Спирс встал, как обычно, и со свойственной ему миной спустился к завтраку.
Жена, полная во всех отношениях его противоположность (каковой, по убеждению многих, и надлежит быть жене), уже хлопотала за кофейником. Она была пухленькой, белокурой, добродушной и беззаботной, короче, обладала всем тем, чем должна обладать хозяйка за семейным столом, и, быть может, даже в избытке. Двое малышей уже завтракали, двое старших еще не спускались к столу.
- Ага, вот и ты, - приветствовала мужа миссис Спирс. - Ты вчера поздно вернулся.
- Около часу, - заметил мистер Спирс, раскрывая газету.
- Да нет, пожалуй, попозже, - сказала она. - Я слышала, когда часы пробили час.
- Ну, значит, в полвторого, - сказал он.
- Тебя подвез мистер Бенскин?
- Нет.
- Не сердись, дорогой, я ведь просто так спросила.
- Где кофе?!
- Я не против, если ты отужинал с друзьями, - сказала она. - Мужчине иной раз нужно провести вечерок в своей компании. Но тебе и отдыхать надо, Гарри. Я, кстати, этой ночью совсем не отдохнула. Ох какой страшный сон мне приснился! Мне снилось...
- Если я, - обрезал ее муж, - ненавижу что-нибудь еще больше, чем помои у себя на блюдце, - полюбуйся на эту пакость...
- Прости, дорогой, - сказала миссис Спирс, - но ты так резко потребовал кофе, что...
- А папочка пролил кофе, - пискнул малыш Патрик. - У него рука дернулась - вот так.
Мистер Спирс посмотрел на своего младшего сына, и младший сын прикусил язык.
- Я повторяю, - продолжал мистер Спирс, - что если я ненавижу что-нибудь еще больше, чем эту пакость у себя на блюдце, так это дурочек, которые за завтраком трещат про свои сны.
- Дался тебе этот сон! - ответила миссис Спирс с величайшим добродушием. - Не хочешь слушать, дорогой, и не надо. Я потому только хотела его рассказать, что он был про тебя.
С этими словами она вернулась к прерванной трапезе.
- Или рассказывай свой сон, или не рассказывай, что-нибудь одно, сказал мистер Спирс.
- Ты же сам заявил, что не желаешь о нем слышать, - небезосновательно заметила миссис Спирс.
- Самая гнусная и отвратительная порода кретинов - это те, кто сперва напускает тайны, а потом...
- При чем тут тайна, - сказала миссис Спирс. - Ты заявил, что не хочешь...
- Послушай, будь добра, прекрати все эти штучки и в двух словах изложи, что за чепуха тебе приснилась. На том и покончим, ладно? Представь, что ты даешь мне телеграмму.
- "Мистеру Теодору Спирсу-вилла "Нормандка" - Рэдклифф-авеню предместье Рекстон-Гарденз, - выпалила миссис Спирс. - Мне приснилось ты умер на виселице тчк".
- На виселице, мамочка, - сказала крошка Дафна.
- Здравствуй, мать! - сказала ее старшая сестра, появляясь в столовой. - Здравствуй, папка! Простите, что опоздала. Доброе утро, дети. В чем дело, папа? У тебя такой вид, будто ты только что спровадил налогового инспектора.
- За убийство, - продолжала миссис Спирс, - что ты совершил темной ночью. Я так ясно все это видела во сне! У меня камень с души свалился, когда ты сказал, что пришел вчера в полвторого.
- В полвторого, держи карман шире, - перебила ее старшая дочь.
- Милдред, - заметила мать, - не говори, как в кино.
- Папуля у нас старый повеса, - сказала Милдред, разбивая яйцо. - Вчера мы с Фредди вернулисьс танцев в полтретьего, так на вешалке не было ни его шляпы, ни пальта.
- Ни пальто, - сказала крошка Дафна.
- Если этот ребенок еще раз поправит тебя или свою старшую сестру в моем присутствии... - начал мистер Спирс.
- Помолчи, Дафна! - сказала миссис Спирс. - Вот и все, дорогой. Мне приснилось, что ты совершил убийство и тебя повесили.
- Папулю повесили?! - воскликнула Милдред е оживлением. - Ой, мамочка, а кого он убил? Расскажи нам со всеми леденящими душу подробностями.
- По правде сказать, они таки и были леденящими, - ответила мать. - Я утром встала совсем разбитая. Это был несчастный мистер Бенскин.
- Что?! - переспросил мистер Спирс.
- Ну да, ты убил беднягу Бенскина. Хотя не могу взять в толк, зачем тебе убивать своего компаньона.
- Затем, что тот настаивал на проверке отчетности, - объяснила Милдред. - Так всегда бывает. Я знала, что папуля кончит одним из двух: или его убьют, или он сам попадет на весилецу.
- На виселицу, - сказала крошка Дафна. - А кого он убил?
- Помолчи, - сказал отец. - Эти детки меня в гроб вгонят.
- Значит, так, дорогой, - продолжала миссис Спирс, - мне снилось, что поздно ночью ты был с мистером Бенскином. Он подвозил тебя в своей машине, и вы говорили о делах-знаешь, как бывает: приснится умный-умный разговор о вещах, о которых и представления не имеешь, но во сне вроде все понятно, хотя на самом деле, конечно, чистая белиберда. Совсем как с анекдотами. Приснится, что придумала самый лучший анекдот на свете, а проснешься...
- Не отвлекайся, - строго заметил мистер Спирс.
- Значит, дорогой, вы болтали, а потом въехали в его гараж, а гараж был такой узкий, что дверцы у машины можно было открыть только с одной стороны, вот ты и вылез первым и сказал ему: "Одну минуточку", потом опустил спинку переднего сиденья его маленького "шевроле" и пробрался к заднему сиденью, где лежали ваши пальто и шляпы. Да, говорила я или нет, что вы ехали без пальто, потому что ночь была теплая, какие сейчас стоят?
- Дальше, - сказал мистер Спирс.
- Значит, там лежали ваши пальто и шляпы, на заднем сиденье, а мистер Бенскин все еще сидел за рулем. Его пальто было темное, он всегда его носит, а твое из светлого шевиота, которое ты вчера надевал, и там лежали еще ваши шелковые шарфы, и шляпы, и все остальное, и ты взял один шарф - они оба были в белый горошек, помнится, на мистере Бенскине был шарф, похожий на твой, когда он обедал у нас в прошлое воскресенье, только у него шарф был темно-синий. Значит, ты взял шарф, сделал на нем петлю, а сам все это время про что-то рассказывал мистеру Бенскину и вдруг набросил петлю ему на шею и задушил его.