Страница 30 из 133
- Я тоже старомоден, моя радость, - сказал Ник. - Я не могу войти в первую попавшуюся церквушку. Я провалюсь сквозь землю. Давай, родная, пойдем к простому судье, а я уж как-нибудь увеличу смету. Может быть, достану тебе броненосец - другой.
- Только не забудь, что ты обещал.
- Гора с плеч! Какое счастье! - воскликнул он. - Настоящее счастье! Так не будем же медлить.
- Линда, - шепнул я, пока он заказывал по телефону самолет. - Не забывай о своем престиже.
Устрой себе хороший, долгий медовый месяц. По меньшей мере два месяца, голубка, иначе весь мир подумает, что твоим чарам чего-то недостает.
- Ты прав, Чарли. Устрою.
И вот они отправились в Юму. Несколько недель спустя получаю телеграмму: "Вернемся пятницу зпт приветом тчк Ник Линда". Вскоре другая: "Секрету зпт нельзя ли наметить другой сценарий вопросительный знак Вестерн зпт острова Южных морей зпт любые простые съемки на природе тчк Повторяю тире секрету тчк Ник".
Поразмыслив, я набросал веселую пьеску из сельской жизни; примерно такие играла в старину Мейбл Норман. Я подумал, что Белинда навряд ли придет в восторг, но меня связывал контракт. Приказ есть приказ.
Я поехал в аэропорт встречать молодоженов. Первой появилась Линда, ее тотчас же обступили репортеры. До меня долетали отдельные слова: "Муж... собачки... печеньица... "- Чарлз, - шепнул Махмуд. - На два слова. Вы наметили вчерне? Другой сценарий?
- Да, он готов. А в чем дело? Скупитесь на настоящие броненосцы?
- Чарлз, она требует, чтоб был настоящий Нью-Йорк.
- Ну и ну! Ну и ну! Ничего, есть сценарий из сельской жизни. Белинда может получить настоящие чулки в резинку.
- Она мыслит масштабно, Чарлз. Ей может показаться, что после настоящего Нью-Йорка это просто издевательство.
- Не беспокойтесь. Езжайте в отель. Вам там все приготовлено. Я загляну после ужина.
Поздно вечером я пришел к ним в гости. Судя по всему, в романтическом супружестве не было полной гармонии. Махмуд хмурился над кипой счетов.
- Вы накупили уйму первосортных орхидей, Чарлз, - сказал он тревожно.
- Нет ничего слишком хорошего для вас с Линдой, - ответил я улыбаясь. Вы мои лучшие друзья в мире кино.
- Да, но все ведь идет за счет текущих расходов.
- Ну вот, опять ты за свое, милый! - вскричала Линда. - Он стал таким скрягой, Чарли. Говорит, чтоему не по средствам купить мне Нью-Йорк. Для сцены бомбежки. Когда я спасаю город, не могу я играть на фоне картонных коробок, Чарли. Объясни ему.
- Отчасти она права. Ник, - поддержал я. - Но все же послушай меня, Линда. Я написал тебе новый сценарий. Прелестная роль. Ферма. Птички щебечут. Настоящие птички. И курочки есть. Ты сыплешь им зерно. На тебе комические чулки. Настоящие чулки. Настоящий комизм.
- Ник, эту шутку дурного тона вы специально приберегли к моему приезду?
- Постой, голубка, - сказал Ник. - Дай автору случай отличиться. Он написал этот сценарий кровью своего сердца. Продолжайте, Чарли.
- Правда, Линда. В сценарии есть и смех, и слезы.
- Смех?
- Там тебе попадают эклером в физиономию. Настоящим...
- Скажи-ка, а что еще ты для меня припас? До бурлеска не дошло? Хватит. С меня довольно.
- Жанна д'Арк начинала с фермы, голубка.
- В Жанну д'Арк никто не швырялся пирожными с кремом.
- С нею обращались еще хуже, радость моя, она доила коров, - убеждал Ник. - Я ведь там был. Я сам все подстроил.
- Что это значит "Я там был"? - взвизгнула Белинда. - Ты уже начинаешь мне врать? Лечу в Рино. А впрочем, нет. Не забудь, что ты вставил в мой контракт, когда мы были в Юме. Я одобряю или отвергаю сценарий.
- Ну что ж, радость моя, Чарлз напишет такой сценарий, что ты будешь довольна. Может быть, сыграешь молоденькую девушку, которая мечтает попасть на сцену. Тогда можно будет прочитать монолог Джульетты на какой-нибудь вечеринке. Если там присутствует крупный продюсер.
- Нет, не напишет.
- Нет, напишет.
- Нет, не напишет. Это мое последнее слово.
- Нет, напишет, - упорствовал Махмуд. - Прелестный сценарий. Роль, от которой весь мир с ума сойдет. Настоящий мир. Напишете, Чарлз?
- Да если начистоту, то не напишу, - ответил я.
- Что?
- Посмотрите на часы. Разве вы не слышали, как пробило полночь?
- Ну и что с того?
- А вот что. Ник, - сказал я. - Прошло два месяца. Сегодня - теперь уже вчера - был последний день, когда вы имели право требовать продления контракта. Боюсь, что вы прозевали. Я свободен!
- Силы ада! Впору провалиться на этом самом месте!
- Ники, ты должен нанять сценариста, пусть напишет мне такую роль, чтобы действие происходило в Нью-Йорке. И роли для моих собачек.
- Твои собачки издохли, - объявил я. - Наелись печеньиц.
- Чарли! Собачки!
- Провалиться мне на этом самом месте! - бормотал Ник. - Прозевать срок продления контракта!
- Вот так вот, - сказал я. - Прозевали. Теперь проваливайтесь!
- Так я и сделаю! - воскликнул он и топнул ногой.
Тут он схватил - Белинду в охапку, и-раз! - оба провалились сквозь землю.
Я выбрал себе в петлицу орхидею поменьше и пошел в ночной клуб. На другой день я вернулся на песок Малибу.
ДОЖДЛИВАЯ СУББОТА
Перевод. Загот М. , 1991 г.
Был июль. Посвист, бульканье и еще сотня звуков, что всегда сопровождают дождь, сделали семейство Принси пленниками их большого и унылого дома. Все члены семейства сидели в гостиной, каждый в кресле-озерке из потускневшего и сыроватого ситца, а четыре высоких окна лили обильные слезы.
Этот дом, неухоженный и не радующий глаз, был нужен мистеру Принси, ибо он испытывал отвращение к своей жене, дочери и растяпе-сыну. Прогуливаться по деревне, без тени улыбки подносить руку к шляпе - в этом состояла для него радость жизни. Он испытывал холодное наслаждение, вспоминая эпизоды из бесконечно далекого детства, - вот он находит в оранжерее пропавшую деревянную лошадку, вот видит в толстой стене отверстие, через которое сочится свет. Но теперь все это под угрозой - его аскетическая гордость занимаемым в деревне положением, его пылкая привязанность к дому, - а из-за чего? Из-за того, что Миллисент, его флегматичная и туповатая дочь Миллисент, наконец проявила свой идиотизм в полной мере. Мистер Принси, борясь с отвращением, отвернулся от. . нее и заговорил с женой.