Страница 65 из 79
На начало лета 1943-го года авиация СФ состояла из двух бригад. 6-я истребительная авиабригада: 2-й гвардейский, 27, 78 истребительные полки и 5-я минно-торпедная авиационная бригада, в которую вошли 24 МТАП, 29 БАП и 255-й ИАП. Правда ещё был 46 штурмовой полк, но он пока не боеготов и в ударе по кораблям противника приняла участие только одна сводная группа.
Ровно в 06.30, когда стало ясно, что вражеские линкоры вошли в Кольский залив и береговая артиллерия не может их остановить, командующий Северным флотом отдал приказ о нанесении удара всеми самолетами. Командующий ВВС СФ генерал-майор Александр Харитонович Андреев начал спешно поднимать в воздух все что было под рукой. На 6 бригаду сейчас расчитывать нельзя, истребители участвовали в отражении налёта, оставалась только 5-я. 24-й полк из имевшихся шести ДБ-3Ф может послать в бой только три, и семь «Хемпденов» из тринадцати. 29-й бомбардировочный доложил о готовности пяти Пе-2. 255-й истребительный получал изношенные «Аэрокобры» от 2-го гвардейского ИАП взамен своих, совсем уж стареньких Як-1 и ЛаГГ-3. Взлететь могут восемь машин, все Р-39 разных модификаций.
К 07.45 разношерстная группа собралась над Ваенгой и ведомая капитаном Киселёвым на «Хемпдене», без разведки, пошла на север. Противника обнаружили на выходе из залива — кильватер линкоров, прикрываемый с боков эсминцами. Толком выстроить атаку не удалось, навалились «Мессера», их попытались перехватить «Кобры» и началась свалка. Торпедоносцы снизились к самой воде и всем скопом нацелились на флагмана — «Тирпиц». С таким плотным зенитным огнём североморцам сталкиваться ещё не доводилось. Киселев получил попадание в левый мотор, который тут же загорелся. Тем не менее, «Хэмпден» остался на курсе и сбросил торпеду. На пылающем самолёте ведущего сосредоточили огонь все зенитные средства ордера. В конце концов торпедоносец рухнул в воду недалеко от одного из эсминцев. Другие самолёты атаковали столь же самоотверженно, на аэродром вернулся только один советский торпедоносец, остальные были сбиты огнем зенитной артиллерии кораблей и истребителями. На «Петляковых» устроила охоту пара, доселе невиданных Ме.155, завалив две машины. Истребители 255 ИАП в бою потеряли одного, и ещё двое сели на вынужденную. Начальству доложили о 15 сбитых немцах и нескольких торпедных и бомбовых попаданиях.
Второй налёт организовали в 9 часов утра. Действовали 4-мя группами в составе: 6-ти Ил-2, 6-ти Пе-2 и 6-ти оставшихся НР-52 в сопровождении 30 истребителей — сборной солянки из всех полков. Вылет опять проводили без разведки, но повезло, немцев обнаружили в 20 милях от берега, правда в этот раз их прикрывало до 30 истребителей. Во время воздушного боя по мнению советских летчиков сбиты или повреждены 19 вражеских самолетов. Потери составили 7 самолетов в воздушном бою, и 4 машины, сбитых зенитной артиллерией. Один «Ильюшин» разбился при вынужденной посадке. Вернувшиеся экипажи «Хемпденов» утверждали, что от взрыва торпеды получил повреждение большой линкор противника. Третий налёт провести не удалось, ударных машин больше не было.
Общее командование десантом было возложено на генерал-лейтенанта Юлиуса «Папу» Рингеля — командира 5-й горно-пехотной дивизии, штаб операции размещён на лайнере «Европа». Просторные помещения огромного судна позволили установить разнообразные средства связи и создать офицерам комфортные условия для работы. К вечеру 14 июня постоянно идущие доклады сложились в стройную картину — задачи первого дня выполнены, даже с лихвой.
Уже в 8 часов утра боевая группа под командованием оберстлейтенанта Отто Шури, — 2-й батальон 100-го горно-егерского полка и четыре «Шермана», по плохонькой грунтовке отправилась к грейдеру мыс Мишуков — Титовка. Это основная коммуникация снабжения 14-й армии у Лицы. Противодействия почти не было, новость о десанте ещё не дошла до взводных опорных пунктов, там и сям разбросанных вдоль грунтовки. Около 12 пополудни егеря вышли на «Русскую дорогу» и были вознаграждены за усилия небольшим обозом ползущим в сторону фронта. Возчики-монголоиды, завидев невесть откуда взявшихся немцев, начали разбегаться по сопкам, некоторых из них поймали и пленили. На этом увеселительная часть операции закончилась, минут через двадцать начался артобстрел. Советское командование осознало какие неприятности творятся в ближайшем тылу.
Ещё через час со стороны Лицы появился батальон моряков и сходу попытался атаковать. Начался бой, похожий на десятки других проведённых под Ленинградом. 100-й горно-егерский полк полным составом и ещё один танковый взвод добрались до «Русской дороги» к 16.00. После этого можно было считать, что коммуникация надежно перекрыта. В фьорд вошёл броненосец «Лютцов», его 28-см орудия несколько раз открывали огонь по заявке сотого полка.
Вообще, действия флота в этот день достойны самой высокой оценки. Как только суда десанта втянулись в Ура-Губу, «Шеер» с «Ойгеном» в сопровождении 4-й флотилии эсминцев наведались в Мотовский залив и произвели там настоящий фурор. На полуостровах Рыбачий и Средний «красные» устроили неприступную крепость — «Северный оборонительный район». На Рыбачьем стоят три 130-миллиметровых и четыре 100-миллиметровых орудий — 113-й и 145-й отдельные артдивизионы береговой артиллерии. В окопах, ДОТах и блиндажах засели 12-я, 63-я и 254-я бригады морской пехоты вместе с тремя пулеметными батальонами. Их прикрывает 104-й пушечный артполк. План операции штурм этой твердыни не предполагал, всех устраивало если морская пехота будет сидеть на своих позициях и не попытается вырваться. Поэтому броненосец, крейсер и эскадренные миноносцы произвели обстрел Рыбачьего, не стремясь во что-нибудь попасть. Просто для создания атмосферы угрозы. Береговая артиллерия ответила, «Ойген» принял вызов и пока они развлекали друг-друга, броненосец пошёл вглубь залива. У него была по настоящему боевая задача — приморский фланг 14-й стрелковой дивизии. Обстрел с воды, совмещённый с бомбо-штурмовым ударом Люфтваффе и палубников, создали превосходные условия для наступления 3-й горно-пехотной дивизии. К вечеру левый фланг XIX горного корпуса продвинулся на три километра. Его командир, генерал горных войск Георг риттер фон Хенгль, по рации лично благодарил адмирала Цилиакса.
1-я лыжно-егерская бригада добиралась до Заполярья на лайнере «Потсдам». Разгрузка началась ровно в 09.00, как только на воду были спущены шесть саперных десантных катера типа «PiLB39». С 40 по 42 год этих судёнышек было произведено более 70 штук. Водоизмещение стандартное — 20 т., полное — 29 т; длина — 15 м, ширина — 4,7 м, осадка — 0,5 м, силовая установка — 2 дизельных двигателя; мощность — 90 л.с.; скорость — 8 узл.; запас топлива — 1,6 т. соляра; дальность плавания — 390 миль; экипаж — 7 человек. За полчаса каждый катер доставлял на крохотную пристань посёлка Чан-Ручей 20 тн груза или сотню лыжников. Впрочем, на пристань выгружали только грузы, пехотинцы высаживались сразу на берег, катера оборудованы аппарелью. К 13.00 на берегу были 1-й и 3-й лыжные батальоны с 85 батальоном саперов-лыжников, 2-й батальон будет перевезен позже, а потом дождётся разгрузки «Штугов». Под командованием генерал-майора Мартина Берга бригадная группа выдвинулась прямо на Полярный по проселочной дороге Ура-Губа — Сайда-Губа. Расстояние в 12 км тренированные лыжники одолели за два с половиной часа и к 15.30 вышли к первой оборонительной линии.
Полярный, являясь единственным крупным населённым пунктом на левом берегу, был последним рубежом на пути к Кольскому заливу. В окрестностях города сооружено два оборонительных рубежа: передовой — протяженностью 25 км, глубиной 8–9 км. Он проходит по линии губа Сайда — губа Белокаменная и имеет 235 долговременных огневых точек. За ним находится рубеж непосредственной обороны главной базы — протяженностью 10 км. Глубина обороны 3–4 км, от района Оленья Губа до Питькова, имеет 48 ДОТов и ДЗОТов. Занимать позиции на этих линиях должны: 82-я отдельная бригада морской пехоты, 125-й и 126-й морские полки, три артиллерийские батареи и другие подразделения. В начале 1943 года 82-я отдельная бригада морской пехоты была выведена на доукомплектование и переформирование в Уральский военный округ на территорию Пермской области. После её ухода оборону на передовой линии держал только один морской полк, второй был разбросан гарнизонами по всему Кольскому заливу.