Страница 4 из 79
Вновь появился он на борту эсминца «Хьюга»2, правда эсминцем этот корабль, водоизмещением 13 950 т (стандартное) 18 000 т (полное) является только по названию. Официальная классификация как эсминец-вертолётоносец не соответствует реальным боевым возможностям корабля. Он имеет сплошную полётную палубу и относительно большую авиагруппу, что позволяет классифицировать его как лёгкий авианосец. Основной задачей корабля является противолодочная оборона, а также выполнение функции флагманского корабля. Корабль имеет на борту 10 вертолётов, оснащён установкой вертикального пуска ракет Mk41 на 16 ячеек (4 из которых занимают 16 ракет ESSM, а в 12 остальных находятся противолодочные ракеты ASROC) и зенитной артиллерийской установкой ближнего радиуса «Фаланкс». Основу системы управления корабля составляет БИУС ATECS и радар FCS-3 с ФАР.
Император Хирохито обошёл строй матросов, внимательно вглядываясь в лица потомков. Потом поздоровался с офицерами и прошествовал на ангарную палубу, плотно заставленную огромными геликоптерами, а оттуда в кают-компанию. Там, максимально торжественно ему было вручено письмо и подарок — деревянный ларец. Ямамото пояснил, что для пользования подарком необходимы консультации морского офицера. Его величество приказал присоединиться этому офицеру к свите и высокий гость отбыл восвояси.
Хирохито, император Сёва, что означает «Просвещенный мир» уже третий день находился на вилле в Хайяму и никого не принимал. Единственное исключение делалось для безвестного морского офицера, прибывшего в составе свиты после смотра Объединённого флота. Лорд-хранитель печати Коити Кидо предположил, что это затворничество связано с разбором ихтиологической коллекции, которую столь увлечённо собирал тэнно. На самом деле император смотрел кино, в деревянном ларце был iPad могущий показывать художественные и документальные фильмы. Там было много фильмов, но рассказывали они об одном — страшном поражении и неисчислимых жертвах. Император смотрел и думал, думал и смотрел. Обычно Хирохито был весьма строг в интерпретации своего конституционного статуса, — почти неслыханно, чтоб он взял на себя инициативу в созыве кабинета министров на императорское совещание, но он это сделал, выйдя из затворничества 30 июня 1942 года. Уже на следующий день, премьер-министр, в недавнем прошлом министр Армии Хидэки Тодзио, провёл итоговый анализ ситуации в свете последних достижений и побед, который император выслушал с каменным лицом. Он снова нарушил вековую традицию и напрямую обратился к своему правительству: — «Я желаю, чтобы был создан конкретный план окончания войны. Я желаю услышать этот план уже через неделю». Для главного «ястреба» Японии, столько сделавшего для союза с Германией и Италией, творца плана нападения на США, Великобританию и Нидерланды это было… невероятно… невозможно…немыслимо! Что произошло? Почему? Расследование очень быстро привело к событиям вокруг последней битвы флота, но захватить безвестного морского офицера не удалось, тот исчез на своём корабле. Министерство Флота, как и в 1936 году перешло на осадное положение, выставив у парадного подъезда танки. Министр, Косиро Оикава, записной «голубь» явно замешанный в заговоре, взят под охрану морской пехоты и здания практически не покидает. Убить Ямамото тоже пока не представляется возможным, он не сходит с борта «Ямато». А время идёт. 7 июля состоялось императорское совещание, никакого внятного плана премьер-министр не озвучил, более того, он выразил непонимание причины по которой тэнно требует… невозможного. Это было практически неприкрытое неповиновение. У министров такое заявление вызвало шок, император стал медленно наливаться краской, Хидеки Тодзё, напротив, побледнел.
— Премьер-министр, я приму вашу отставку.
Сегодня наверное был день отрицания любых приличий и условностей. Отставка была незамедлительно подана, а ночью Тодзё застрелился. В эту же ночь офицерами Министерства Армии и Императорской гвардии был поднят мятеж и была сделана попытка государственного переворота. В пылу трехдневных уличных боев, пост премьера был предложен адмиралу Кантаро Судзуки, обер-камергеру двора, который был ранен во время предыдущей, 1936 года, попытки переворота. Нарушение традиций, похоже уже становилось традицией. Император НЕ МОГ вмешиваться в противостояние кланов, он обязан был дождаться когда одна из конфликтующих сторон одержит верх и нижайше предложит своего кандидата на пост премьера. 11 июля император по радио обратился к нации, говоря о «досадных недоразумениях и излишней горячности». Заговорщики, так и не смогшие захватить Токио и осуждённые «Божественным тэнно», сложили оружие и совершили ритуальное самоубийство. Мир и порядок были восстановлены, но решение проблемы войны и мира оставалось так же далеко, как и 30 июня.
21 июля, в личных покоях Хирохито, новоиспеченный премьер-министр имел приватную аудиенцию:
— Ваше величество, задача поставленная перед кабинетом очень сложна, но не неразрешима. Министерство иностранных дел предлагает рассмотреть две кандидатуры посредников в будущих переговорах. Это Советский Союз и Французский Виши. СССР предпочтительнее, он является официальным участником антигитлеровской коалиции и заинтересован в ослаблении напряжённости на своих дальневосточных границах. К тому же у нас пакт, и Союзники, договорившиеся не заключать сепаратный мир, могут в конце концов не учитывать мнение Советов. Виши же напротив, де факто уже ведёт войну с Великобританией на Мадагаскаре и в Сирии, к тому же Англия в прошлом году уничтожила их флот. Британцы могут не принять такого посредника. Но наши отношения на сегодняшний день весьма тёплые. Мы плодотворно сотрудничаем в Индокитае и на Мадагаскаре. Далее, вместо Мацуока министром иностранных дел назначен Йосида. Это тот, который оставался в составе второго правительства Коноэ и оказался под давлением армии, но при этом и вне флота, с одной стороны, и требованиями Ямамото и людей со схожими взглядами — с другой. В результате у него развился серьезный невроз. Вскоре его отправили в госпиталь на отдых, а за три недели до подписания Трехстороннего пакта он ушел в отставку. Так вот, Йосида сделал дельное замечание: США на данный момент практически разгромлены, но Великобритания отнюдь нет. Поэтому в будущих переговорах они могут занять жёсткую позицию. Прецедент уже был, в прошлом году, когда второй человек в Рейхе, — тут Судзуки заглянул в блокнот, лежащий у него на коленях. — Ах да. Его фамилия Гесс. Этот человек прилетел в Англию с мирными предложениями, по нашим данным вполне приемлемыми, но был арестован и заключён в тюрьму. Из чего следует, что готовность к мирным переговорам Правительства Его Величества короля Георга VI может быть инициирована только серьёзным военным поражением. Морской Генеральный штаб разработал операцию «Со» направленную на уничтожение Британского Восточного флота. Если операция пройдёт удачно, то Великобритания станет, — тут премьер опять заглянул в блокнот, — «Беззащитна в своих индийских владениях, подобно нагой женщине перед лицом распаленного самурая». Простите ваше величество, военно-морской юмор. — Император чуть наклонил голову и улыбнулся краешками губ. — Собственно о этой операции будет ходатайствовать Министерство флота на завтрашнем императорском совещании. И последнее, ваше величество — тут Кантаро Судзуки напрягся, — прошу простить меня, но экстраординарная ситуация требует экстраординарных поступков, вам придётся лично обратиться к президенту Соединённых Штатов. — Лицо Хирохито, императора Сёва превратилось в нефритовую маску.
20 марта 1941 года, заместитель госсекретаря США Самнер Уэллес при личной встрече рассказал Советскому послу, Константину Александровичу Уманскому, что Германия собирается напасть на СССР. Посол Советского Союза ухмыльнулся и осведомился: — «Откуда мол такие сведения?», Самнер не принял шутливой формы разговора и очень серьёзно сказал, что американские секретные службы давно взломали японские шифры. Информация из их перехватов и безусловно вызывает доверие. Уманский поблагодарил Уэллеса и про себя подумал о том, что янки затевают очередную провокацию против миролюбивой страны победившего социализма, дабы вбить клин в «Союз скреплённый железом и кровью» с социалистической (хоть и национал) Германией. Конечно информация была передана в Москву именно с такой ремаркой. А сам Константин Александрович отправился на встречу с коллегой, Гансом Томпсеном из посольства Рейха.