Страница 3 из 7
О скелете редкостной рыбы-горы, громадного шипастого шара, зародившегося в межмировых просторах и, от чего-то, избравшего местообитанием заветный океан Эстреллы, славящийся дивными жемчужницами и прекрасными пляжами, и говорить не стоило. Шедевр!
Кто, как не Антарес, выловил чудовищного монстра мифриловыми сетями, стребованными ус жадных коротышек-гномов?
Работящие горняки целый месяц трудились, не покладая рук, исполняя заказ бога войны. И чудовищная рыба была поймана, рыбаки и ловцы жемчуга - избавлены от напасти, а, Антарес – безумно счастлив.
В честь своей победы над водоплавающим монстром, он преподнёс супруге чудное ожерелье из засушенных глаз морской твари. Ожерелье Дану приняла с улыбкой, восхищенно поцокала языком и, тут же передарила свёкру – богу Гнева и Ярости. Тот очень любил и коллекционировал подобные затейливые безделушки, а, массивный костяк рыбы-горы занял довольно большое место в коридоре, пугая нежных элементалей воздуха, вынужденных сдувать пыль с ценного экспоната.
И, вот, новое увлечение!
- Рыбалка? – призадумалась Дану – Дело хорошее. Ладно, дорогой, так и быть, не покину мужа в беде и разделю твоё одиночество. Заняться мне, всё равно, нечем – для шоппинга не сезон, а для высадки новых саженцев в Великом эльфийском лесу – ещё рановато, да и хочется чего-то новенького, разнообразного и безобразного. Решено – отправляюсь с тобой на рыбалку. Менлианская впадина, как никак, место популярное и часто посещаемое известными персонами, а, не какая-то глушь! Заодно и «бикини» всем продемонстрирую, а то, мы в своих волшебных мирах совсем от моды отстали!
Антарес, опешивший от, свалившегося на него, счастья, совсем было приготовился к возражениям, намереваясь заявить, что, мол, рыбалка – не бабское дело и не подиум для показа модных тряпок, как, Дану, ловко выудив из воздуха тяжёлую, чугунную сковороду, доставшуюся ей в наследство от любимой бабушки – богини семейного очага и равновесия, Дионы, любовно погладила кухонную утварь ухоженными, тонкими пальчиками и небрежно обронила:
- Не благодари, дорогой! Для сохранения мира и гармонии в семье, все средства хороши! К тому же, чего-то, рыбки жареной захотелось. У меня и сковородочка походная имеется, бабушкино наследство. На обратном пути, к детям заскочим, узнаем заодно – не собираются ли, милые Лиалина и Меллиан, осчастливить нас внуками? я бы хотела девочку, милую, голубоглазую и золотоволосую.
«С длинными ушами» – фыркнул в сторону Антарес, но, невольно расчувствовался – не смотря на всю свою воинственность, дочку Антарес любил и баловал, таская ей всякие вкусности из дальних военных походов.
Он помнил, как маленькая Лиалина карабкалась на его колени, шустро цепляясь ловкими пальчиками за шипастые доспехи, а, он, смущаясь, вытаскивал из кармана платочек с завёрнутым в него мятным леденцом и, поглаживая дриадку по мягким волосам, говорил:
- Это тебе, моя милая. Подарочек. От Зайчика – здоровенного такого Зайчика, со стальными клыками и шкуркой из колючек. Папа отобрал этот вкусный леденец у Зайчика и принёс его своей любимой девочке, чтобы её порадовать.
И, благодарная Лиалина, радовалась, заполучив нехитрое лакомство, которое было для нее дороже всех изысканных угощений из царских дворцов.
- Но, и ты, дорогой, - вставила свои пять копеек Дану, сбив супруга с сентиментального настроения – меня порадуешь в ответ. В следующий раз, ты отправишься со мной за покупками, а то, эти чемоданы такие шустрые, так и норовят разбежаться в разные стороны!
Антарес мысленно застонал, проклиная свой длинный язык, сболтнувший о предстоящей рыбалке – шоппинг с драгоценной супругой утомлял его гораздо больше, чем война. Легче парочку соседних миров завоевать, чем посетить с супружницей один-единственный магазин модной одежды. А, уж, о ювелирных салонах не стоит и заикаться – совсем без штанов останешься!
- Хорошо, дорогая – обречённо согласился Антарес – завтра поутру, будь готова, отправимся заранее, займём лучшее местечко и насладимся отдыхом на природе. Будем жарить мясо на углях, есть деревенский хлеб с чесноком, запивая всё это великолепие темным, нефильтрованным элем, вспомним молодость.. Эх, хорошо же нам будет!
Дану насмешливо хмыкнула, задумчиво потрогала у мужа лоб – не горячка ли, с любимым приключилась?, но, всё же, кивнула.
«Мясо на углях – мягко улыбнулась супруга в след Антаресу, спешно кинувшемуся собирать свои рыбачьи причиндалы – И, в страшном сне, подобное не приснится! Тоже мне, турист-любитель нашёлся, наркоман адреналиновый!»
И, прекрасная богиня всего живого направилась в свою обширную гардеробную – предстояло подготовиться к предстоящему мероприятию, дабы, не ударить в грязь лицом перед другими любителями экстремальной рыбалки.
**
Менлианская впадина – новое, очень модное место паломничества межмировых рыбаков божественного происхождения, находилась не слишком далеко от Эстреллы – всего пара десятков миров направо, рукой подать..
Местечко, по мнению многих, побывавших там – клёвое, а, главное, никому не принадлежавшее.
Молодой мир, без жителей и без богов – приезжай и развлекайся на полную катушку.
Долго подобное безобразие, конечно же, не продлится – обязательно отыщется подходящий владелец для уютного мирка, но, пока, стоило воспользоваться моментом.
Миры без повелителей, знаете ли, встречаются нечасто.
Может быть уже завтра, кто-либо из юных талантов, выпускников «божественной академии» прибудет на стажировку к Менлианской впадине, да и приживётся в тихом местечке, обзаведётся должным окружением, укрепится, заселит мир своими адептами и, вуаля – да, здравствует новый властитель или властительница, просим любить и жаловать!
Тогда-то, за просто так, на рыбалку не отправишься.
Стоит пользоваться моментом и ловить рыбку, пока есть такая возможность.
Дану, плохо спавшая ночью, капризничала и никак не хотела взбираться на двугорбого, восьминогого одноглазого оленя, любимца и гордость ее мужа, Антареса.
Был ещё один любимец – огромный, шерстистый носорог, бронированная машина смерти, на котором бог войны и брани, предпочитал выезжать на всякие там разборки – войнушки, конфликты и прочие стычки, но, носорога, Дану, не любила еще больше, чем одноглазого оленя и от того, страдающей богине пришлось смириться с неудобствами и взгромоздиться на бугристую спину уродливого транспортного средства и застыть там алебастровым памятником самой себе.
Всю дорогу, недовольная жизнью, супруга пилила своего благоверного, довольно резко высказываясь о его потрясающем неумении устраиваться в жизни – вон, у её знакомой, со снежной планеты Кристаллины, какой приятный заботливый муж – и, ходит-то, она, вся в алмазах, и, платья у неё из дивного, белого шёлка, сотканного из нитей снежных пауков, и вино она пьёт не простое, а, ягодное, из снежаники, и любимец у её мужа – великана, под стать всему остальному богатству – прекрасный, белоснежный медведь в золотой броне, изукрашенной, всё теми же, алмазами. Ехать на нём, наверняка, куда, как удобней, чем на одноглазом олене, который, так и норовит попасть своими развесистыми рогами в бок сиятельной госпоже.
Антарес молча жевал кончик своего уса и злился. Он много чего мог сказать своей любимой супруге и о самой планете Кристаллине – царстве льдов и снегов, где очаги жизни еле теплятся вокруг линии экватора, и о её властителе, боге Мороза и Стужи, повелителе снежных бурь и метелей – Хлодре, и о его жене, безумной Мойре – богине неминуемой погибели.. И, о том, что алмазы её, чудные при свете луны, превращаются в глыбы льда на рассвете, а нити снежных пауков, ужасны по своей сути, ибо вытягивают жизненные силы и лишь сама Мойра может носить одежду из льдистого шёлка, безбоязненно. А, уж, боевой медведь Хладра, слова доброго не стоил – своенравная тварь питалась только человечиной, да и то, лежалой, потому-то, от косматого зверя вечно разило тухлятиной.
Но, Антарес внимал жалобам жены молча, не желая усугублять ситуацию и раздражать супругу неловкими оправданиями – нехай бурчит, к концу пути, как раз выдохнется и настроится на миролюбивый лад.